I.                    

АГОНИЯГУМАНИЗМА

Средоточие трагизма

Всякий человек –пленник тайн, ибо всякий осажден тайнами. Со всехсторон они собираются вокруг него и наваливаютсяна него. Каждое явление излучает тайну, а каждаятайна – бесчисленное множество тайн. Нет ниодного создания, которое бы не носило в себетайну. Тайна рядом с тайной, тайна на тайне – таки образовался мир. Человек заключает в себе некуюпраисконную центростремительную силу,притягивающую ко всему таинственному. Ипривлекает к себе все тайны, и они устремляются кнему, окружают его со всех сторон.

Каждое чувствочеловека окружено бесконечными физическимитаинствами. Из всякой твари во всякий атомчеловеческого существа смотрят чудесные тайны. Исамая маленькая тайна развивается в тайнувселенскую, в тайну бесконечную. Столкнувшись содной из них, человек сталкивается разом со всемтем, чему нет конца. Последняя тайна всякогоявления и всякой твари обвита бесконечностью.Тайна единой мельчайшей водяной капли настолькоогромна, что в ней захлебнется весь человек: и егочувства, и ум, и мысль. Если до концапроанализировать каплю, то можно обнаружить, чтоона состоит из невидимых и неосязаемых частиц,которые зовутся атомами, электронами ипраэлектронами. Так учит современная химия.Видимая капля основана на невидимых частицах;осязаемая капля – на неосязаемых атомах;конечная капля своей сущностью уходи вбесконечность. Это химическая бесконечность.

Но существует ифизическая бесконечность. Современная физикаимеет свою бесконечность, ибо все своипостроения основывает на гипотезе об эфире,«который неосязаем, и неподвижен, и сам по себенезаметен».

Так, современнаяфизика и современная химия всякое явление ивсякую вещь сводят к чему-то невидимому, к чему-тосверхчувственному, к чему-то бесконечному. Идействительно, бесконечность есть конец всякой,на первый взгляд, конечной материи. Всефизическое в своей основе метафизично. И в самомкрошечном создании укоренена бесконечность,которую человек не может уловить ни чувствами, нимыслями. Все конечное основано на бесконечном.Существует некий необъяснимо загадочный переходконечного в бесконечное, переход, не подлежащийникакому чувственному или логическому анализу.  Все, что кажетсячувственным, в действительностисверхчувственно; все, что мыслимо, вдействительности превыше мыслимого. Возможностьосмыслить мир несравненно уже и мельчереальности мира. Поэтому и эта возможностьбесконечна с каждой стороны своегосуществования. Если человек намеренно неукорачивает свои мысли и намеренно не сужаетсвой дух, то в этом мире он должен чувствоватьсебя мыслящей скорлупкой в бурном моребесконечности.

Таинственность мирабесконечна, это должен ощущать всякий, кто хотьоднажды беспристрастно заглядывал в тайну мира.Но и тайна человеческого существа не меньше и некороче. Если человек обратит взгляд на себя, то онвстретит несказанную таинственность. Подумайте,человек не в состоянии объяснить себе, как в немсамом происходит переход из чувственного всверхчувственное, из тела в дух, избессознательного в сознательное. Природа егосознания и мысли непонятна для него. Возможностиосмысления мысли гораздо меньше и уже, чемприрода самой мысли. Точно так же – возможностьосмысления чувств и их деятельность. Все этоутопает в некой внутренней бесконечности.Бесконечность и извне, и изнутри, а бедныйчеловек между ними. Печальная Соломоновамудрость рыдает и захлебывается в плаче по душамугрюмых жителей нашей планеты: «Все такмучительно, что человек не может и высказать, ниоко не может наглядеться, ни ухо – наслушаться».А я бы прибавил и от своего горя: мысль не можетнамыслиться, ни чувство начувствоваться; все вчеловеке вечно алчет и вечно жаждет.

Опасно быть человеком,опасно быть зажатым между двумя бесконечностями,соревнующимися между собою в таинственности изагадочности. Человека пленяет и та, и другая.Неодолимые и неумолимые, они неутомимо и ревнивоборются за несчастного человека. Двамира-сгустка атакуют человека всеми своимибесконечными ужасами. И он, измученный иизраненный, хочет освободиться и от одного, и отдругого мира, но не может без них и вне их. Таковаего судьба.

Трагично бытьчеловеком, ибо человек стал средоточиемтрагизма, средоточием всего, что трагично и вгорнем, и в дольнем мире, и во внешней, и вовнутренней бесконечности. Через человекапрозрела всякая боль, в нем разболелась всякаятварь, через его око проплакало горе всякогосущества. Он больной, несущий на своих плечахболезнь всеобщего существования. В нем, как влинзе, собран весь трагизм мира, и он беспомощносжимается и мечется на одре своей немощи.

Ужасно быть человеком,так как в своем маленьком теле он носит двебесконечности. Он матка, к которой слетаются всерои всевозможных ужасов горнего и дольнего мира.Куда бы он ни направился, за нем следуютнеобозримые рои ужасов. Мысль его, еслипогрузится в мистерию миров, то всегда встретитнечто страшное и ужасное. Жизнь в таком миревселяет безграничный ужас и в человеческиечувства, и в человеческую душу, и в человеческоетело. И он отчаянно борется с чудовищной тайноймиров.

Эта опасность, этатрагичность, эта ужасность и пробудили вниманиечеловека ко всем проблемам, всем тайнам, и он весьрассеялся в них. Нет вещи и нет явления, предкоторым бы человек не согнулся в знак вопроса илиперед которым бы не вытянулся в знак удивления.Точно так же нет и вопроса, который бы не увлекчеловека в свою бесконечность. Ибо всякий вопросвыводит человека за границы человеческого,делает его трансчеловеческим,транссубъективным, соединяя его с природойисследуемого предмета и потопляя его вбесконечности. За вопросом следует вопрос, инигде нет ни конца вопросам, ни края ответам. Ужев чем, в чем, а в вопросах своих, в проблемах своихчеловек бесконечен. Но и вопрошающее сознание, иисследующий дух не бесконечны ли, если могутпорождать бесконечные вопросы?

Когда бы человек былконечен, тогда бы и проблемы его, и устремлениябыли конечны. Конечное легко регистрируется,классифицируется и формулируется. Но кто можетсоставить исчерпывающий реестр человеческихустремлений? Кто может их классифицировать? Ктоможет найти окончательное, всестороннее,абсолютное устремление? Кто может уложитьчеловека в формулу, или в границы, или в слова? Иможет ли кто описать окружность вокругчеловеческих устремлений, человеческих проблем,человеческих достижений?

С какой стороны на негони смотреть, человек бесконечен, бесконеченсвоей таинственностью. И сердце всякого мученикамысли невольно соглашается с Негошем [Петр Негош(1813-1851) – митрополит, правитель Черногории]и повторяет с ним:

Со всех сторон взглянина человека,

Как хочешь рассуждай очеловеке –

Человек для человека –тайна наивысшая.

Как радуга, растянутчеловек по небу жизни; концов его не видно; однимконцом он погружен в материю, другим – всверхматерию, в дух. Он представляет собоюлестницу от минералов к духу. Он переход изматерии в дух, и обратно – переход из духа вматерию.

«Я тело и только тело»,- говорит Ницше. Не говорит ли он этим: «Я тайна итолько тайна?» В человеческом теле слишком многобренного, и оно постепенно разрушается, покасмерть совсем не разрушит его, не испепелит и несмешает землю с землею. А Арцыбашев, страстныйпоклонник плоти, как и Ницше, стоит, задумавшись«у последней черты», стоит у разлагающегосячеловеческого тела провожает его в землюбиблейскими словами: земляеси и в землю отидеши  [ ибо прах ты и впрах возвратишься] (Быт. 3: 19). «Я тело итолько тело»… Но скажите мне, отчего неспокоендух в человеке? Из-за чего он постоянноотрывается от тела и через бесчисленные вопросыпрорывается к чему-то зателесному, надтелесномуи бестелесному? Не потому ли, что в теле с пятьючувствами он ощущает себя, как в темнице,запертой на пять замков? Данное Ницшеопределение человека ни в коем случае неисчерпывает тайну человека. Не исчерпывает нитайны его духа, ни тайны его тела. И дух, и телоподобны загадочным иероглифам, которые мы струдом читаем по складам и, возможно, читаемошибочно. Мы знаем одно: мы исчерпывающе не знаемни природу тела, ни природу духа. Человек не можетответить не только на вопрос: что есть дух, но и навопрос: что есть материя. Дух в теле не ощущает лисебя, как мышь в мышеловке? И тело в духе неощущает ли себя, как птица, пойманная в крепкуюсеть? Дух – тайна для самого себя и для материи,но то же касается и материи. Реальность материине менее фантастична, чем реальность духа.Природа материи и духа скрывается в бездонныхглубинах неизведанных бесконечностей.

Из таинственного бракаматерии с духом родился человек. Бесконечность ипосреди его, и окружает его и с одной, и с другойстороны. Поэтому жизнь человека похожа настрашный сон, бесконечный сон, который снитсяматерии в объятиях духа. И, как в любом сне,реальность ему показана, а не логически доказана.Человек не имеет границ. Границы его телаограничены материей, а чем ограничены границыматерии? Человек ощущает и сознает себячеловеком, а не знает своей сущности; человеквоспринимает себя как реальность а не знаетсущности воспринимаемой реальности.

Мы не знаем человека.Если смотреть на дух со стороны тела, он выглядитнасмешкой над телом, если смотреть на тело состороны духа, оно выглядит упорнымсопротивлением духу. И сами чувства заставляютдух переступать границы тела. Всюду бездны:бездны около каждого из пяти чувств, около каждоймысли, около каждого ощущения. Бездна на бездне ибездна над бездной, и нет нигде верной почвы, накоторой бы несчастный человек мог крепко встать.Постоянное падение, непрестанное падение кнекоему дну, которого, может быть, и несуществует; постоянное головокружение… Ичеловек ощущает себя бессильным, словно отчаяниедостигло в нем своего совершеннолетия.

«Будьте вернымиземле…» - бредит европейский человек, бредитНицше, в то время как земля со всех сторонокружена жуткими безднами. Земля… Что такоеземля? Один мой приятель проскрежетал зубами исказал: «Земля – сгнивший мозг в черепе некоегочудовища; я полночь ношу в зрачке своем, неполдень; земля – совершеннолетие ужаса; смотряна землю и, увы, живя на ней, разлагается душа вомне, разбуженном над безднами…» Страшно бытьчеловеком…

Малые тайны по спиралипереступают в большие, а большие в величайшие.Человек из упрямства может отрицатьбесконечность, но только не бесконечность тайны.Отрицать это было бы не упрямством, а намереннымбезумием. Таинственность мира бесконечна. И все вмире, без сомнения, бесконечно своеютаинственностью. Не признавать это – не значитли иметь недалекие мысли и лелеять чахоточныеощущения; не значит ли думать и не хотеть думатьдо конца, чувствовать и не желать прочувствоватьдо края? Тайна страдания, тайна боли, тайна жизни,тайна смерти, тайна лилии, тайна серны, тайнатвоего ока – разве все тайны не бесконечны?

Все погружено внесказанную мистерию. У каждой твари есть одиннимб – бесконечность. Если в чем и присутствуетвся истина, то она присутствует именно в этоймысли: всякая тварь – символ бесконечности. Этуистину ощущает всякий, кто хотя бы однаждыпогружался в тайну хоть какой-нибудь твари. Вэтой всеобщей таинственности достигается толькоодно: единство посюстороннего и потустороннего.В вопросах и удивлении человек, несомненно,посюсторонне-потусторонен. Зло в этом миретолкает человека к иному миру. Страданиепревращает тело человека в знак вопроса, которыйвыпрямляется, обращенный к тому миру, и отнапряжения превращается в восклицательный знак.

Этот тесный мир естьвопрос, который не может разрешиться сам собою.Неустойчиво человек ощущает себя на границе двухмиров: посюстороннее тянет к себе, потустороннее– к себе, а бедный человек между ними спотыкаетсяи падает. Человек – до ужаса загадочное существо:он находится на перепутье, на водоразделе междутем и этим миром. Кажется, он призван бытьсвязующим суставом посюстороннего спотусторонним. И он пытается им быть: через наукуи философию, через поэзию и религию, особенночерез религию.

Через религию человеквсеми силами пробует выстроить мост надпропастью между посюсторонним и потусторонним,между видимым  иневидимым между чувственным и сверхчувственным,чтобы стало возможным органичное единство этогомира с иным. Через религию человек пытается найтисвое равновесие во вселенной, чтобы непереоценить потустороннее в ущербпосюстороннему и, наоборот, посюстороннее вущерб потустороннему. Это не роскошь, но самаянеобходимая необходимость; это не нечтонеестественное, а, напротив, составляющее самусущность природы человека. Есть нечто в человеке,что не может уложиться в этот трехмерный мир, вкатегории времени и пространства. Это и есть то,что находит свое выражение и свой язык в религии.Через религию человек побеждает геоцентризм ипробует аппироцентризмом [от англ. to appear- являться. Ориентация на мирокружающих явлений] преодолеть эгоизм.

Ощущениебесконечности присуще всякому человеку.Пробудившись, оно проявляется через религию;оставшись в спящем состоянии, оно уступает местобезрелигиозности, безразличию и атеизму.Безрелигиозность и атеизм проявляются у техлюдей, у которых это космическое, это бесконечноеощущение опьянено солипсическим эгоцентризмом.Если человек начнет искать смысл жизни, смысл,который бы был более логичным, чем у моли, то в неммоментально пробуждается спящее ощущениебесконечности. И человек через религию всем своисуществом тянется за пределы себя и над собой впоисках желанного смысла. В этом случае религиястановится средством победы над эгоизмом, надсолипсизмом; средством продления, расширения,углубления, обесконечивания человеческойличности. Через религию человек борется зарасширение круга реальности, за смыслбезусловный, за цель непреходящую, за оптимизмнеугасимый, за бессмертность блаженную. В этомсмысл и оправдание всех религий, возникших нанашей многострадальной планете.

Европейский человек нараскаленном перепутье

Европейский гуманизм,словно стеной, обнес человеком нашу планету.Облек ее в человека. И мобилизовал все, дажевременно и постоянно неспособное для борьбы,против  всегосверхчеловеческого. Всякий проход замурованчеловеком, чтобы ничто сверхчеловеческое непрорвалось в сферу человеческой жизни.Облеченная в человека, наша планетараскачивается, словно пьяная, на своем пути к…?Но все же падение потустороннего страшно. Своимипугающими загадками потустороннее, как огненнымстрелами, как огненными стрелами, изрешетило итело, и дух человека, которым обнесена нашачудная планета. Загадками человек изрешечен, итело его стало решетом, и его дух. А решето можетли остановить ураган потусторонних тайн, которыйденно и нощно рьяно дует на нашу звезду измрачных глубин бесконечности?

Гуманизм основал себяна человеке, как на новом и спасительномевангелии, и не предполагая, что любое евангелиезавершается апокалипсисом. Основывая себя начеловеке, гуманизм основал себя на самой что нина есть вулканической почве. Вулканы же началиизвергаться. Вот уже и начало апокалипсисаевропейского человека. Гуманизм толькорасцарапал кожу человеческого существа, и изкаждой поры заревело по чудовищу. Всевулканические жерла дышат, хрипя и тряся землю.Возле них обитают футуристы, декаденты,анархисты, нигилисты, сатанисты и жадно пишут, поскладам  слагая летописьапокалиптической эпохи человека. И не стыдятсяникаких гадостей, ибо символ апокалиптическойэпохи – обнажение всех гадостей, всех мерзостей,всех ужасов. Право на эту смелость дает им их отец– гуманизм, так как они суть порождения его. И нежелая того, гуманизм устроил страшную выставкучеловека, вынеся напоказ все человеческое.Никогда не видел свет выставки страшнее этой.Человек ужаснулся, ибо человек – это нечто, чегонужно больше всего бояться. Вы не верите?Распечатайте глубочайшие тайники его существа иуслышите, как оттуда воют апокалиптическиечудовища.

Апокалипсис нашеговремени стирает нас в порошок своимиоткровениями: в человеке свели знакомство исдружились ужасы, никогда друг друга не знавшие.Видимо, наша старая планета решила закончить вчеловеке свое существование, закончитьапокалиптически анархично и бурно. Ее атмосферастала слишком взрывоопасной: все космическиепротиворечия встречаются на ней, чтобы привстрече разорваться. К несчастью, она поставленана распроклятейший перекресток вселенной. На нейскрещиваются все пути: дороги света и тьмы,дороги боли и радости, дороги страданий иблаженства, дороги жизни и смерти. Всякоенебесное тело одним своим путем проходит черезнее. Потому земля и стала прибежищем всех болей иперекрестком всех путей. Жизнь на земле стольболезненна, что человек должен в удивлениивопрошать: по каждому лучу, который проникает наземлю не скользит ли боль? Не потому ли земля –огромный океан болей?.. Не стекает ли по каплегноя по каждому лучу? Не потому ли нашаопечаленная планета – нарыв вселенной, в которомсобирается вся космическая нечистота, всекосмическое зло, все космические мерзости?

Ужас человеческойжизни многосторонен и жесток. Видимо, земляобречена быть перепутьем привидений, которые накороткое время облекаются в тело, испытываютсебя, примеряют материю, чтобы наконец с воплем ипроклятьями скинуть с себя телесную скорлупу.Бессмысленность земного космизма наводитчеловека на мысль, что некое высшее существонарочно выдумало игру в материю, облачило в нее (эти приведения – прим. Ред) и испытывает,смогут ли они вжиться в нее и ужиться в ней.

Когда же в человекепробуждается материя и приходит в сознание исамосознание, человек ощущает себя местомскрещивания бесчисленных, необычных путей,начала и конца которым он не знает. Материяблизка человеку; единотелесна с ним, но все же неможет вместиться в рамки человеческой мысли. Вней нет ничего простого, ничего обычного, ничегонеудивительного. Она запечатлевает в человекесебя и все свои перепутья. По ним мчатся призраки,которые с наибольшей радостью останавливаютсяна человеке и облекаются в человека. Человека какбудто послан на мученичество: мир – арена, а егоразрывают призраки.

Все создания междусобою соревнуются в фантастичности: тяжело, авремя от времени и невозможно провести границумежду фантастичным и реальным. Фантастичность –душа реальности, всех реальностей, которые можетсознавать человеческое существо. Поэтомуреальности, какие бы они ни были, составляютпроблемы, не разрешимые для человеческого ума,проблемы, превышающие человека. Как же их решитьчеловеку, если не чем-то большим, чем человек, илучшим чем человек, более умным и более сильным?

Для измученногочеловека необычность этих реальностейразрастается в божество. Трагизм, проклятыйтрагизм наших фантастических реальностейзаставляет человека создавать себе богов, искатьбогов там, где они и не скрывались. Все, чтонеобычнее человека, и выше, и сложнее по своейприроде, навязывает себя человеку в божества. Иестественно, что человек имеет много богов,неудивительно, что он многобожник. Многобожество– следствие многоудивительности мира. Весь мир– это мука для духа, и всякая вещь. Ни одну мукучеловек не может полностью объяснить собою, ноприбегает к богам. Многие муки ведут ко многимбогам. Поэтому человек на своем мучительномисторическом пути и сотворил много богов. Тяжелоразобраться в них. Все предлагают себя, и мукизаставляют человека их принимать.

Чем сильнее мука, темболее сильного бога она требует, мелкие мукинаходят мелких богов. Но существует одна мука,сильнее самых сильных, мука в которой собраны всеостальные муки. Бог, который наполнит ее смысломи притворит в радость, тот воистину Бог, и нетдругого. Эта величайшая мука – смерть. А с ней истрадание, добро и зло, истина и ложь. Все вкупеони составляют мученические проблемы, ибо всякийчеловек, которого мучают эти проклятые проблемы,– мученик.  

Мучимый этимипроблемами, человек должен искать человека илибога, который бы мог из разрешить полностью иокончательно. Кто из разрешит полностью исовершенно, тот и есть истинный Бог, а остальные– ложные. Нет ни одного между фейербаховскимичеловеко-богами, не обанкротившегося перед этимипроблемами. Если желаешь испытать богов, тосделай то же самое. Возложи на них своювеличайшую муку; кто наполнит ее смыслом иправдой, тот заслуживает быть твоим Богом.

Если тебя обуялострадание и преследует тебя, переложи его насвоего бога. Если он сделает его своим, если оннаполнит его смыслом и правдой, то это твойистинный Бог и нет в нем лжи и бессилия. Такжетвой Бог истинен, если он жил в твоем теле и далсмысл твоей бренности; если он жил твоей душою иусладил горькую тайну твоей жизни; если былзеницею твоего заплаканного ока и увидел и обрелсмысл роковой тайны человеческой жизни, надкоторой ты плачешь.

Мученические проблемыдоводят человека до самого страшного перепутья,до перепутья религиозного, на которомиспытывается и избирается Бог. Кто не достигрелигиозного перепутья, того, значит, не посещалиеще мученические проблемы. Стоя у религиозногораспутья, человек стоит на горящих углях.Невероятно тяжело выбирать бога, еще тяжелеевыбирать лучшего Бога. Человеку знаком мохвселенной, в нем он вьет гнездо, до тех пор пока онне познает лучшего и единственно истинного Бога.Без Бога все его знание расхоже и слабо, мелко иповерхностно.  Он ничегоне знает, как должно знать. Не знает ответастрашной загадки добра и зла, которая безмернопревосходит все, что зовется человеком. Поэтомуон не может ее приписывать божествам.

Если бы этот мир былтолько иллюзией, его еще можно было бы вынести, ноон – кошмарная иллюзия, поэтому человеку тяжеловыносить его без бунта. Спиритуалисту материякажется иллюзией; материалисту иллюзией кажетсядух. Поэтому скепсис есть неизбежный результатчеловеческой мысли. Чем завершается моя мысль омире, если не скепсисом? Если же не завершаетсятак, то, значит, я не домыслил до конца свою мысль,не довел до конца свое ощущение. Пусть человекпошлет одну свою мысль в мир. Какой она к немувозвратится? Разве она не возвратится изстранствия гораздо более сложной, болеезагадочной, чем она была до своего путешествия?

Человек разделил себя,повел себя многими тропами, чтобы освободитьсяот мук своего бытия. Создавал религии, создавалкультуры, чтобы облегчить страшное бремяэкзистенции. В  поискахценностей человек неминуемо приходил кперекрестку, на котором ломаются кости. Здесь егопуть разветвляется, раздваивается вмногорукавную дельту. Чем же завершается первыйрукав, тысячный? Не океаном ли бесконечности?

«Через многие вещи яшел к смыслу жизни, - говорил один отчаявшийсямолодой человек, - через многое и через многихлюдей, но, увы! И вещи, и люди доводили меня допроклятого распутья, до горящего углямиперекрестка и оставляли меня на нем одного,удивленного, ошеломленного и осмеянного. Да,осмеянного. И через вещи, и через людей кто-томерзко смеялся надо мною, некто, кто сильнее ивещей, и людей. И я не мог без проклятия вынестиэту тиранию, ибо это была тирания наихудшегорода. Осмеянный, я бежал в одиночестве твоимипутями, и философия, и твоими, наука, и твоими,культура, и все они завершились беспутьем идебрями. Да, беспутьем  идебрями, от чего одичала душа моя в тесном телемоем. И я посылал ее через многие теории игипотезы за непроходящей ценностью, она жевозвращалась ко мне вся избитая и израненная. Япосылал ее измученную, и она возвращалась ко мнееще более нагруженная муками, еще болееобремененная ужасами и в своем одиночестверожала стоглавую гидру отчаяния. И я был должендумать страшную думу своего новорожденного:скользкий червь, длинный-предлинный червь естьось вселенной. И в безумном  своемотчаянии я сам свернул и слепил душу свою вокругсвоего многострадального тела и, ах, свернул еевокруг креста и распятия. Разве тело мое несимволизирует крест? Голова моя, ноги мои иразведенные вширь руки мои не есть ли крест ираспятие, на котором покоится полночь и околокоторого водят хоровод привидения?Психофизической структурой своего существачеловек поставлен на самое жестокое распутье:между духом и материей, добром и злом видимым и невидимым, чувственным инеощутимым, эти и тем, «я» и «ты»…»

Человек – это путь кновым ужасам и новым страданиям. Через человекашествует некое чудовище, и кто знает куда? Телочеловеческое служит ему транспортным средством,последняя остановка которого – смерть. Смерть –это непробиваемая стена; смерть этоневозможность двигаться вперед…Когда человекизбирает (а он обязан избрать) нечто за смыслжизни, тогда пусть он это ничто пресечет путемсмерти и окажется на горящем углем перепутье, накотором человек не может выдержать без бога, безхоть какого-нибудь бога. Говорят, культура –смысл жизни. Прерви ее смертью, что останется отэтого смысла? Прервите смертью все, что сотворилчеловек и что сотворил гуманизм: может личто-либо из всего этого быть смыслом жизни?

Человек – мера всехвещей, видимых и невидимых, это основной принципи критерий гуманизма. Но поскольку человек невладеет ни абсолютным смыслом жизни, ниабсолютной истиной, тогда, значит, всечеловеческое относительно. Релятивизм – душагуманизма. Теория относительности Эйнштейна –это окончательное, итоговое следствие гуманизмаи всех его философских, научных, религиозных,культурных ответвлений.

Но не только это: напоследнем своем рубеже гуманизм являетсянигилизмом. Разве может человек не бытьнигилистом, если не признает никакой абсолютнойценности? Идя логическим путем до конца, мынеминуемо придем к заключению: релятивизм – отецанархизма. Поскольку все ценности относительны,тогда имеет ли право хоть какая из них выдаватьсебя за верховную, за наивысшую и наиглавнейшую?Все остальные имеют право на анархичный  бунт против нее. Нетсомнений, нигилизм и анархизм - неминуемая, заключительная,апокалиптическая форма гуманизма и егорелятивизма.

Гуманизм во всемследует своей специфической логике, когдаотрекается от Бога, потому что провозгласилчеловека Богом. Но доведенная до конца, эталогика отрицает и мир, и человека. Акосмизм – этосамое естественное и самое логичное последствиеатеизма. Ибо человек, который сознательноотрекается от Бога, не может не закончитьотрицанием мира и человека, если не наполнит ихсмыслом и правдой. А что для него это невозможно,человек уже неопровержимо доказал и показалсамыми различными способами.

Человек любит бытьБогом. Это показывает гуманизм. Но никто из боговне компрометировал себя так страшно, какчеловекобог. Он не мог осмыслить ни смерти, нистрадания, ни жизни. Может ли тогда человек бытьспокоен и удовлетворен таким богом? Не ощущает личеловек, как пиявка смерти жадно сосет зеницудуши его и всякого иного человека? И еще хвалитсячеловеком!

Кто, как стеной,обложил себя человеком, не найдет ни покоя, нимира мятежному своему уму: он не вошел в тихое пристанище. Все путичеловеческие ведут ко гробу; в нем собираются, внем остаются, в нем и завершаются; в нем все узлыостаются неразвязанными. Тут только наконецчеловек ощущает немощь своего разума, своей волии своего сердца. Немощь и банкротство. И этобанкротство заставляет его идти далее человека,превыше человека, к более высокому и крепкому,чем человек, существу: к Всебытию, Всесмыслу иВсеосмыслителю. Тогда он болезненно и со всейсилой ощущает, что человек – это то, что требуетсвоего довершения, дополнения. Человек начат, нонедовершен. Все человеческое стремление кпрогрессу, к знанию, все его поиски чего-либопревышающего человека показывают, что человек,оставаясь собой только со своей природой,недостаточен для самого себя и недоувлетворен.Он – «стрела, тоскующая» по тому берегу, по томучеловеку, более полному и совершенному, поБогочеловеку.

Как же довершить себячеловеку? Ни есть ли он Скадар на Бояне*бесконечности? [* Легендарный город изсербского фольклора, в котором построенное задень, ночью снова разрушалось…] То, что онвыстроит за день, кто-то ночью разоряет.Нежелание человека совершиться, достроиться,означает отставку прогресса, невозможностьвыхода из отчаяния, из скепсиса, изсолипсического пекла. Это нежелание происходитот пораженного гуманизма.

Гуманизм тяжко замучили отчаянно разочаровал человека. Европейскийчеловек устал от идолопоклонства. Измучивчеловека от ужаса, гуманизм испустил дух отнебывалого безумия – от европейской войны. Иоставил европейского человека на кладбище, наевропейском кладбище. И он, уставший от бед,нагруженный бременем экзистенции, придавленныйевропейским кладбищем, рыдает и ждет, что нектоупокоит и освободит его от тяжкого бремени. Ипока он в сокрушении рыдает и ждет, надевропейским кладбищем носится кроткий и благойпризыв Богочеловека: Приидитеко Мне вси труждающиися и обременении, и Азупокою вы: возмите иго Мое на себе и научитеся отМене, яко кроток есть и смирен сердцем, и обрящитепокой душам вашим. Иго бо Мое благо, и бремя Моелегко есть (Мф. 11: 28-30). Так благой и единыйистинный Человеколюбец призывает к Себенесчастного европейского человека. Услышит ли онЕго? Услышит ли? Захочет ли услышать?..

Прогресс в мельнице смерти

 Существуетнекий космический заговор против нашей планеты,ибо нигде во вселенной не умирают, только наземле. Остров смерти, единственный остров смерти,на котором все умирает,  -это наша туманная планета. И над ней, и около нее,и под ней кружатся бесконечные миллиарды звезд,на которых нет смерти, на которых не умирают. Нашуже планету со всех сторон окружает бездна смерти.Где тот путь, что начинается на земле и несрывается в бездну смерти? Где то существо,которое может избежать смерти на земле? Всеумирают, все умирает на этом жутком островесмерти. Нет тяжелее судьбы, чем судьба земная, неттрагедии, более приводящей в отчаяние, чемтрагедия человека.

Для чего дается жизньчеловеку, когда он отовсюду окружен смертью?Ловушки смерти раскинуты повсюду, во мракоблечена стезя человеческая. Как огромный, какогромный мерзкий паук, смерть сплетает густыесети вокруг нашей покрыто сажей звезды и в нихловит людей, как беспомощных мух. Со всех сторонлюдоедские страхи гонят человека, а он и не знаеткуда бежать, ибо смерть затворила его отовсюду.

Для чего даетсячеловеку сознание, когда оно всюду и во всемнатыкается на смерть? Для чего даны человекуощущения? Для того ли, чтобы почувствовать, чтомогила ему отец, а черви – братья? Смерть назвах отца моего быти,матерь же и сестру ми – гной [ гробу скажу:ты отец мой, червю: ты мать моя и сестра моя](Иов 17: 14) Сознание – горький и страшный дарчеловеку, но гораздо более горький и гораздоболее страшный дар – ощущение.

А чувства? Для чего ониданы человеку? Для того разве, чтобы быть емущупальцами, с помощью которых можно на каждомшагу истории рода людского нащупать смерть?Пошлите мысль свою на этот остров смерти, чтобыона вам нашла смысл человеческого существования,и она к вам возвратится опечаленная и грустная,вся осыпанная ледяным пеплом смерти. Пошлитесвое ощущение, и оно к вам вернется израненное иизбитое в непроходимых ущельях смерти;прочувствуйте до конца любое существо в истории,и ваше чувство в качестве предела его, егоокончания, несомненно, нащупает смерть.

Одна реальностьнаиболее реальна из всех реальностей в мире –смерть. Об этом нам неусыпно и немилосердносвидетельствуют и сознание человека, и ощущениечеловека, и чувства человеческие. В самом деле,последняя и окончательная реальностьчеловеческой жизни на земле есть смерть. Скажите,разве смерть не есть последняя реальность и моя,и ваша? Все мы заражены смертью, все безисключения, бациллы смерти проникли во все тканинашей души, нашего существа, каждый из нас носит всебе тысячи смертей.

Нашу планету постоянноопустошает хроническая эпидемия смерти, неттакой медицины, которая могла бы нас спасти отэтой эпидемии, нет такого карантина, где бы людимогли полностью очиститься от микробов смерти.Что есть жизнь человеческая на земле, если непостоянная судорожная попытка защититься отсмерти, борьба со смертью и в конце концовпоражение от смерти?

Ведь в медицине, внауке, в философии мы побеждаем не саму смерть, нолишь ее предтеч: болезни и недуги. Причемпобеждаем их частично и временно. Что такоетриумфы науки, философии, техники передстрашащим фактом смертности всего людского? Нечто иное, как бормотание смущенных и испуганныхдетей.

Если в мире естьтрагика, то ее центр – человек. Трагично бытьчеловеком, несравненно трагичнее, чем бытькомаром или слизняком, птицей или змеей, ягненкомили тигром. Сколько бы человек ни делал усилий,чтобы преодолеть трагизм человеческой жизни, онне может не ощущать и не сознавать, что являетсяпостоянным пленником в этой неотворяемойтемнице смерти, в темнице, которая не имеет ниокон, ни дверей. Рождаясь на свет, человек спервого момента – кандидат на смерть, и не толькоэто: как только он родился, он уже осужден насмерть. Утроба, которая нас рождает, не что иное,как родная сестра могилы. Выходя из материнскойутробы, человек уже вступает на путь, ведущий кгробу. Лютейшего и величайшего своего врагачеловек приносит в мир с собою, и это смерть. Ибо,рождаясь на свет, человек рождается смертным.Смерть – это первый подарок, который мать даритсвоему новорожденному. Во всяком человеческомтеле таится и скрывается страшнейшая и самаянеизлечимая болезнь – смерть. И в самом здоровомтеле то, что прочнее самого здоровья, это смерть.Кто есть тот человек, который бы лег спать живым иоднажды, на следующей, на второй или тысячнойзаре не проснулся в смерть? И каким бы путем непошел человек по этому острову смерти, он долженнаконец высадиться в могилу. Всякий человек –кусок, который в конце концов проглотитненасытная смерть, всеядицасмерть. Что остается нам, жалкие пленникисмерти? Одно: бунт горькой усмешки и судороганемощного сердца.

На долгом и страшномисторическом пути в человеке скопилось инагромоздилось столько смертей, что смерть сталаединственной категорией, в которой проходит всячеловеческая жизнь, в которой эта жизньначинается, пребывает и, возможно, заканчивается.В ходе истории в человеке сформировалосьединственное убеждение: если в этом мире и естьчто-либо необходимое, то это смерть. Этоубеждение стало догмой всякой историческойэпохи. Страшная и неумолимая реальность смертизаставила человечество сформулировать этоубеждение в догму: смерть – это необходимость.Эту неприятную догму отец передавал в наследствосыну, человек – человеку, поколение – поколению.

Если человек безпредрассудков заглянет в историю этогоудивительного мира, то должен будет признать, чтоэтот мир – огромная водяная мельница смерти,которая беспрестанно перемалывает необозримыепотоки людей, от первого человека до последнего.И меня перемалывает, и тебя, друг, и всех насперемалывает, пока не перемелет однажды днем илиночью.

Скажите, может личеловек быть спокойным и все это принять безбунта, будучи зажатым в этой водяной мельницесмерти между двумя жерновами, которые его мелютдо тех пор, пока совсем не раскрошат? Может либыть спокойной муха в сетях паучьих, червь всоловьином клюве, а соловей – в ястребином?

Ужас вселяет вчеловека ощущение, что эта жизнь – какое-тострашное привидение и мрачное заточение. Словнонекто нас послал на заточение к этомуотвратительному приведению, послал нас, которыеи сами сделаны из той же материи, что иприведение. Человеку достаточно и одноговзгляда, чтобы увидеть, что наша планета –ристалище, со всех сторон обнесенное смертью. Авселенная? Не есть ли это огромная, со всех сторонгерметично закрытая гробница, в которой люди, какотчаявшиеся кроты, непрестанно копошатся и никакне выберутся из нее.

Вся история родачеловеческого – это не что иное, какзавуалированное подтверждение смерти. Все еебури и грозы, затишья и подвиги, все ее творцы иборцы свидетельствуют только об одном: смерть –это необходимость, всякий человек смертен,неминуемо и неизбежно смертен. Это финал всякогочеловеческого существа, это завещание, котороенепременно оставляет после себя всякий жительнашей планеты.  Этозавещание каждому из нас оставили наши предки. Внем только три слова: смерть – это необходимость.

Скажите, может личеловек с таким завещанием быть спокоен исчастлив в этой мельнице смерти? Возможен липрогресс, логичен ли, оправдан ли, потребен липрогресс миру, в котором смерть – самаянеизбежная необходимость? Этот вопрос означает:имеет ли смысл такой мир, такая жизнь, такойчеловек? Вопрос прогресса есть вопрос смыслажизни. Если на водяной мельнице смерти возможенсмысл жизни, возможен и прогресс. Ответ же на этотвопрос возможен лишь только через ответ навопрос о смерти.

Решением проблемысмерти на самом деле решается центральнаяпроблема человеческого бытия. Опосредованно илинепосредственно все проблемы, в конце концов,сводятся в проблеме смерти. Исследуйте до концалюбую из проблем, и она неминуемо приведет кпроблеме смерти. Следовательно, от решенияпроблемы смерти зависит правильное решение всехостальных проблем. Роковая догма «смерть естьнеобходимость» силой своей вездесущейреальности стала лозунгом человечества.

Все существа обнесенысмертью, как стеной. Так скажите мне, возможен липрогресс в таком мире, прогресс, который бы незавершился смертью? Прогресс, в котором человекне был бы смолот смертью? Это краеугольный вопросдля всех богов и для всех людей. Кто разрешит этотвопрос, тот истинный Бог, и нет иных богов, и онинам не нужны. Но решить этот вопрос может лишьтот, кто сделает прогресс в  этоммире возможным. Сделать же возможным прогресс –значит победить смерть. Может ли это сделатьнаука, или философия, или культура, или некаярелигия?

Чтобы беспристрастноприйти к объективному ответу на этот вопрос,необходимо проблему смерти поставить лицом клицу с наукой, с философией, с культурой, срелигией. Отвечая на этот вопрос, они тем самымдадут ответ о своей действительной ценности, таккак ответят на вопрос: возможен ли и необходим липрогресс в этой грохочущей мельнице смерти, чтозовется землею?

Столкните проблемусмерти с современной позитивистской наукой.Чтобы решить проблемы жизни и смерти, наукамобилизовала все свои силы, но результатом всехее усилий оказалось всего лишь одно заключение:миром управляют естественные законы, онинеобходимы и неизменчивы, смерть – это законе, иэтот закон необходим и неизменчив, в таком мире идля такого человека смерть – это необходимость.

Свой ответ на страшнуюпроблему смерти наука связала с таинственнымсловом «необходимость». Но этим она не решаетпроблему, а лишь констатирует и подтверждает ее.В самом деле, ответ науки осуждает человека ичеловечество на вечный ужас, и страдание, и муку.Подобным ответом наука признает тот факт, чтосмерть – необходимость. Но ведь именно этот факти есть величайшее проклятье для родачеловеческого. Непреодолимый инстинкт сознаниязаставляет меня их этого догмата современнойнауки сделать вывод: если смерть –необходимость, то жизнь человеческая не имеетникакого смысла и настоящий прогресс невозможен,необходимость остается необходимостью,человечество осуждено на перманентный status quo ante* [*прежнее состояние (лат)],то есть навечно осуждено на смерть, потому чтосмерть – необходимость для всех людей.

«Подобным же образом иВселенная, - заявил недавно знаменитый астрономДжеймс Джинс, профессор Кембриджскогоуниверситета, - не представляет собойпостоянного, неизменного сооружения. Она живетсвоей жизнью и идет по дороге от рождения ксмерти так же, как и все мы, так как наука не знаетдругого измерения, кроме перехода к старости, иникакого другого прогресса, кроме движения кмогиле. Поскольку хватает нашего знания, мыпринуждены думать, что вся Вселенная являетсяпримером этого в огромном масштабе».

Раз смерть естьестественный конец человека да и самойвселенной, тогда настоящий прогресс в принципеневозможен. Не только невозможен, но и не нужен.На что мне прогресс, если он состоит в том, чтобыторжественно довести меня от колыбели до гроба?Это все равно, как если бы тебя осудили на смерть,а палач помазал бы меч медом, чтобы было слаще,когда тебе им отрубят голову…

На что мне прогресс, начто мне все бесконечные муки и страдания, которыея переношу на проклятом пути от колыбели догроба? Для чего мне весь мой труд, и радость, иобязанности, и любовь, и доброта, и культура, ицивилизация, если я умираю весь без остатка? Всето, что зовется прогрессом: и работа, иобязанности, и любовь, и доброта, и культура, ицивилизация, все эти лжеценности – вампиры,которые сосут мою кровь, сосут, сосут… Будь онипрокляты!

Надо быть честным: еслисмерть – необходимость, тогда эта жизнь –глумливая насмешка, отвратительнейший дар и, чтосамое главное, ужас, невыносимый ужас…Необходимость смерти для науки неотвратима инепреодолима. Это означает, что наука не всостоянии ни найти, ни дать смысла жизни. Передпроблемой смерти издыхает и сама наука кактаковая.

Многие говорят: наука– сила, наука – мощь. Но скажите сами: разве сила,которая бессильна перед смертью, - на самом делесила? Разве мощь, которая немощна перед смертью, -действительно мощь? Нет победы кроме той, чтопобеждает смерть, и нет прогресса без этойпобеды, и нет силы без этой силы, и нет мощи безэтой мощи… Говорят: наука человеколюбива. Но чтоэто за человеколюбие, раз она оставляет меня всмерти? Раз она бессильна защитить человека отсмерти? Человеколюбие – это победа над смертью.  И нет другого.

Столкните проблемусмерти лицом к лицу со всеми старыми и новымифилософиями. В двух словах, вся логика всехфилософий сводится к единому принципу: категориичеловеческого мышления доказывают, что смертьпобедить невозможно, смерть – это логическоеследствие бренности человеческого существа,поэтому смерть – это неизбежная необходимость.

Такой ответ заставляетменя спросить: как философии могут дать смыслжизни, когда так решают роковую проблему смерти?По сути, философии – это не что иное, какарифметика пессимизма: когда человек смотрит намир с края могилы, тогда никакая философия несделает для него сладкой горькую тайну смерти.Представьте: у меня умер брат, сестра, мать, вовсяком атоме моего существа вскипаетневыразимое горе. На что мне опереться? Кто меняутешит? Философия нема, наука глуха и нема, чтобыменя утешить. Только перед страшной реальностьюсмерти я ощущаю и осознаю, что философия и наукана самом деле не благая весть, а горькая. Развеможет быть благою вестью то, что не в состояниипревратить в сладость самую жгучую муку и самуюстрашную скорбь духа человеческого –полынно-горькую тайну смерти?

Поставьте проблемусмерти перед европейской гуманистическойкультурой. Многих наивных окрылила надеждойевропейская культура. Но эти крылья слабы, чтобыприподнять тяжелое человеческое существо надсмертью. Смерть их немилосердно подрубает накорню. Человек европейской культуры чувствуетсебя до отчаяния бессильным перед устрашающимфактом смерти. Культура на делает человекапобедителем смерти, ибо и сама дело рук смертныхлюдей. На всем, что ей принадлежит, лежит печатьсмертного человека.

Я стою у гробовой доскии взвешиваю культуру на весах смерти. И смотри:она легче, чем ничто. Перед смертью онасворачивается в скорченный нуль. Все еедостижения смерть потихоньку разгрызает иразрушает, до тех пор пока их все не разрушит и неунесет в свою мрачную бездну. Разве культура,которая не в состоянии победить смерть,действительно заключает в себе силу, которую еймногие приписывают? Разве культура, которая неможет осмыслить смерть, может быть смыслом жизни?Какая польза человеку от того, что он культурен,культурен в мельнице смерти, которая несегодня-завтра смелет и его, и его культуру?

Поставьте проблемусмерти перед любой нехристианской религией. Всеони мучаются ею; решая ее, они или обходят еестороной, или отрицают, или перескакивают черезнее. Точнее всех из них брахманизм и буддизм.

Для брахманизмасмерть, как и весь видимый мир, - майя, обманчиваяреальность, небытие, неэкзистенция. Проблемасмерти подпадает под некую категорию самозваныхреальностей, которые надо превозмочь силой своейволи. Весь видимый мир – выставка привидений,которые превращаются в нереальные фантомы. Решаятаким образом проблемы смерти, брахманизм из нерешает, а отрицает.

А буддизм? Буддизм –совершеннолетие отчаяния. Это не толькофилософия, но и религия пессимизма. Тайна небытияприятнее, чем горькая-прегорькая тайна бытия.Смерть – это освобождение от оков этогострашного чудовища, что зовется миром. За смертьюследует блаженство в нирване. Так буддизм нерешает, а перескакивает проблему смерти; непобеждает смерть, а бессильно проклинает.Сходным образом и другие религии представляютсобою не что иное, как банкротство передпроблемой смерти.

Ценность,действительную ценность всякой науки, всякойфилософии, всякой религии, всякой культуры можнонайти, прочитав их в контексте смерти. И черезнауку, и через философию, и через многочисленныерелигии человек пытается победить смерть и никакне преуспевает в этом, никак не найдет рычага,которым бы смог поднять свое тело в бессмертнуюреальность. Поэтому все они становятсябанкротами перед проблемой тела.

Проблема смертностичеловеческого тела – это и есть испытание ипроверка всех религий, всех философий и всехнаук: та из них, которая признает себя банкротомперед проблемой плоти, неминуемо обанкротится иперед проблемой духа. Кто победит смерть тела икто обеспечит бессмертие телу, тот и естьмногожеланный Бог и Спаситель, смысл жизни имира, радость и утешение человека и человечества.Но до той поры пессимизм и отчаяние – удел людейна земле.

Человек одни, а возленего коварно молчит безбрежный океан смерти…Утопленный смертью, человек кричит вздохамисвоего сердца, и никто ему не отвечает, ни излюдей, ни из богов. А если что и промямлит наука,или философия, или культура – все это наркотики,которые никак не могут усыпить душу и телочеловека, пробужденные ужасом смерти.Посмотрите, человеку и человечеству некудадеться из этой проклятой мельницы смерти. Нашамрачная планета имеет слишком многоцентростремительных сил, тянущих к тому, чтосмертно. Все электричество боли, ужаса, трагедиисобирается в единый гром – гром смерти, длякоторого нет громоотвода.

Смерть – верховноезло, которое синтезирует все зло; высший ужас,который вобрал в себя все ужасы; высшая трагедия,в которой собраны все трагедии. Перед этимверховным злом, перед этим верховным ужасом,перед этой верховной трагедией в бессилии иотчаянии замирает весь человеческий дух, всечеловечество… Прогресс? О, всякий человеческийпрогресс есть что другое, как не прогресс ксмерти, прогресс ко гробу? Все прогрессы вмельнице смерти завершаются смертью…

Вся шумная и бурнаяистория человечества доказывает и утверждаетодно: человеку невозможно победить смерть. Еслиже это последний и окончательный вывод, для чеготогда жить? Чего ради создавать историю,участвовать в ней, продираться сквозь нее?История рода человеческого – не что иное, какнемилосердная, тираническая диктатура смерти: неесть ли это насмешка над всяким прогрессом? Небудем обманывать себя: смерть – это триумфтирании и трагизма и, увы, пир иронии и комизма…Бедное и комичное существо – человек, ибо емусуждено жить в мельнице смерти, наблюдая, как онанемилосердно размалывает человека за человеком,поколение за поколением, и ощущая, как она и егопостепенно мелет, пока не размелет совсем…

***

Несчастному иосмеянному существу, что зовется человеком,невозможно победить смерть, никогда. Но то, чтоневозможно человеку, оказалось возможнымБогочеловеку. Да, Богочеловек победил смерть.Чем? Воскресением Своим. И этою победою решилпроклятую проблему смерти; решил ее нетеоретически, не абстрактно, не априорно, а самимсобытием, фактом, историческим фактомвоскресения Своего из мертвых.

Да, историческимфактом. Ибо нет события не только в Евангелии, нои в истории рода человеческого, которое бы былозасвидетельствовано так сильно, такнеопровержимо, как воскресение Христово. Нетсомнения, христианство во всей своейисторической действительности, силе ивсемогуществе основано на факте воскресенияХристова, а это значит, на вечно живой ЛичностиБогочеловека Христа. Вся многовековая инепрестанно чудотворная история христианствасвидетельствует об этом. Ведь если есть событие,к которому можно свести все события из жизниГоспода Христа и апостолов и вообще всегохристианства, то это событие – воскресениеХристово. Точно так же, если есть истина, ккоторой можно свести все евангельские истины, тоэта истина – воскресение Христово. И еще: еслиесть реальность, к котором можно свести всеновозаветные реальности, то эта реальность –воскресение Христово. И наконец, если естьевангельское чудо, к которому можно свести всеновозаветные чудеса, то это чудо – воскресениеХристово. Только в свете воскресения Христовастановится абсолютно ясным и образ Христов, и Егодело. Только в воскресении Христовом получаютсвое полное объяснение все чудеса Христовы, всеЕго истины, все Его слова, все событияевангельские. Ибо Богочеловеческие истиныистинны истинностью Его воскресения, и чудесаЕго действительны реальностью Его воскресения.

Кроме того, безБогочеловеческого воскресения невозможно былобы объяснить ни апостольство Апостолов, нимученичество Мучеников, ни исповедничествоИсповедников, ни святительство Святителей, ниподвижничество Подвижников, ни чудотворствоЧудотворцев, ни веру верующих, ни любовь любящих,ни надежду надеющихся, ни пост постников, нимолитву молитвенников, ни кротость кротких, нимилость милостивых – никакой христианскийподвиг вообще. Если бы Господь Иисус Христос невоскрес и не исполнил бы учеников Своих всеживоюсилою и чудотворною мудростью, кто бы их, робких ибоязливых, собрал и дал им смелость, силу имудрость так неустрашимо, сильно и мудропроповедовать и исповедовать воскресшегоГоспода и с этим радостно идти на смерть за Него?Если бы воскресший Спаситель не исполнил ихбожественной силой и мудростью, как бы онивоспламенили мир неугасимым пожаромновозаветной веры, они – люди простые, некнижные,неученые, бедные? Если бы вера христианская небыла верой воскресшего и потому вечно живого иживотворного Господа Христа, кто бы воодушевилМучеников на подвиг мученичества, Исповедниковна подвиг исповедничества, Святителей на подвигсвятительства, Подвижников на подвигподвижничества,  Бессребрениковна подвиг бессребреничества и Постников наподвиг постничества, да и всякого христианина нахоть какой-нибудь евангельский подвиг? Однимсловом, если бы не было воскресения Христова, небыло бы и христианства; Христос был бы первым ипоследним христианином, испустившим дух иумершим на кресте, а с Ним испустило бы дух иумерло бы и дело Его, и Его учение. Поэтомувоскресение Христово – альфа и омегахристианства во всей его богочеловеческойвысоте, глубине и ширине.

Если бы Христосдействительно не воскрес, кто находящийся вздравом уме мог бы поверить в Него как в Бога иГоспода? И разве бы Апостолы посмелипроповедовать Его как Бога, если бы Он не воскресдействительно?

Какая ревность, -спрашивает св. Иоанн Златоуст, - побуждалаАпостолов проповедовать мертвеца? Какой наградыони ожидали от мертвеца? Какой почести? Ведь ониот Него и от живого разбежались, когда Он былсхвачен, а после смерти разве бы они могли бытьстоль смелыми ради Него, если бы Он не воскрес?Как это понимать? То, что они не желали и не могливыдумать воскресения, которого не было, видно изследующего. Много раз Спаситель говорил им овоскресении, даже и непрестанно повторял, каксказали и сами враги, что Он восстанет через тридня (Мф. 27: 63).

Поэтому, если бы Он невоскрес, они, как обманутые и гонимые всемнародом, изгоняемые из домов и городов, очевидно,должны были бы отречься от Него; и они, какобманутые Им и из-за Него подвергшиеся страшнымнесчастьям, но пожелали бы распространять о Немтакую молву. А что они не могли выдуматьвоскресение, если бы его действительно не было,об этом нет нужды и говорить. Действительно, начто бы они могли при этом надеяться? На силусвоего слова? Но они были людьми совершеннонеучеными. На богатство ли? Но они не имели нижезла, ни обуви. На знатность своегопроисхождения? Но они были бедняками, рожденнымиот бедняков. На известность своей родины? Но онипроисходили из заурядных сел. На свою лимногочисленность? Но их было всего одиннадцать, ито – рассеянных. На обещания Учителя? Но на какие?Если Он не воскрес, тогда и остальные обещанияЕго не были бы для них достойными веры. И как быони могли укротить народное неистовство? Еслистарейший из них не выдержал вопросаженщины-служанки, а все остальные, увидев Егосвязанным, разбежались, как бы тогда они решилиотправиться во все концы земли, чтобы насадитьтам вымышленную проповедь о воскресении? Еслиодин из них не устоял перед угрозой женщины, адругие и перед самим видом уз, как они тогда моглибы устоять перед царями, властителями и народами,среди мечей, огня, печей, бесчисленных видоввсякой смерти, если бы не были укреплены силой ипомощью Воскресшего? Были сотворенымногочисленные великие чудеса, и иудеи неустыдились ни одного из них, но распяли Того, Ктоих сотворил; а простым словам учеников овоскресении разве могли бы они поверить? Нет, нет!Все это сделала сила Воскресшего. [Св. ИоаннЗлатоуст. «Толкование на святого МатфеяЕвангелиста»].

Воскресение Христово– это переворот, первый радикальный переворот иреволюция в истории человечества. Оно разделилоисторию на две части: в первой правил девиз«смерть – необходимость»; в другой –«воскресение – необходимость», «бессмертие –необходимость». Воскресение Христово –водораздел человеческой истории: до Негоистинный прогресс был невозможен – с Него отстановится возможным.

Из факта воскресенияХристова родилась философия воскресения,которая неопровержимо показывает и доказывает,что необходимость – это не смерть, а бессмертие,не победа смерти, а победа над смертью. В этом итолько в этом факте, и в жизни, выстроенной наэтом факте воскресения Христова, возможеннастоящий, истинный прогресс.

Практическоеубеждение и философская догма, что смерть естьнеобходимость – это вершина и совершеннолетиепессимизма. Это догма имеет свои принципиальныепостулаты: грех есть необходимость, зло естьнеобходимость. Но и философия воскресения имеетсвои постулаты, вот они: безгрешность естьнеобходимость, добро есть необходимость.Поскольку воскресение Богочеловека Христа –факт, событие, переживание, тогда нет ни однойбогочеловеческой добродетели и свойства,которые бы не могли в жизни человеческой статьфактом, событием, переживанием.

Факт воскресенияХристова не ограничен ни временем, нипространством, он со всех сторон бесконечен ибеспределен, как и Сама личность БогочеловекаХриста. Воскресение Христово, будучи абсолютноличным актом Богочеловека, все же имеетвсечеловеческое и всекосмическое значение исилу, ибо Богочеловек, как второй Адам, -родоначальник нового человечества, и все, чтокасается Его человеческой природы, в то же времякасается и всего рода человеческого, чьимпредставителем Он является. Поэтому воскресениеХристово – факт и событие всечеловеческого ивселенского значения и размаха. Этот факт, этособытие разрослось в многомиллионную жизнь всеххристиан, ведь все христиане тем и христиане, чтоверою в воскресшего Господа Христа стали Его сотелесниками, то естьчленами Его Богочеловеческого тела – Церкви.Церковь и есть не что иное, как непрестанное ибесконечное продолжение единого события,единого факта – воскресения Христова. Это новыйорганизм, новая реальность – бескрайняя,бесконечная, бессмертная. Здесь нет временных ипространственных границ. Факт воскресенияХристова – это основа Церкви, основахристианства и всякого христианина. Если человекне созидается на нем, то созидается на зыбучемпеске, ведь всякое основание без Него есть не чтоиное, как зыбучий песок.

Своим воскресениемГосподь Христос разрушил порочный круг смерти:Он совершил переход из смерти в бессмертие, извремени в вечность. В Его личности совершил этотпереход и человек, но уже не как человек, а какБогочеловек. Поэтому воскресение Христово –центральный факт, из него изводится и к немусводится вся христианская прагматика. Отчеловека же требуется только одно: усвоить этотфакт, пережить его, воскресить себя из гробавсего того, что смертно, соединяя верою свою душус воскресшим Богочеловеком.

Своим воскресениемГосподь Иисус осмыслил тело, осмыслил материю,осмыслил дух. Ведь Его воскресением впервыеокончательно и славно решена страшная проблемасмерти, проблем тела и смерти. Решена же онаследующим образом: тело человеческое создано длябессмертия и богочеловеческой вечности, а стелом и вся материя, ибо все тварное представленов человеческом теле. Воскресением СвоимБогочеловек дал телу человеческому вечный смысли непреходящую ценность.

До воскресенияСпасителя материя была обесценена и недооценена,так как была смертна. Воскресением Своим ГосподьИисус впервые настоящею ценою, вечною ценоюоценил тело и показал, что и оно для Бога, что ионо достойно вечного сидения одесную Бога Отца.До воскресения Христова в человекеприсутствовало если не реальное бессмертие, то,несомненно, символ бессмертия, выражавшийся встремлении к бессмертию. Ощущение бессмертияувяло в человеке, было парализовано;воскресением Своим Господь омолодил его иосвежил и таким образом сделал человекаспособным стяжать и обеспечить себе бессмертие ивечную жизнь.

Христова победа надсмертью через воскресение сделала возможнымбесконечный прогресс человека и человечества кбожественному совершенству.  Всамом деле, истинный прогресс и состоит в победенад смертью, в обессмерчивании и души, и тела,  в спасении от смерти, тоесть в спасении от греха и зла, которые сутьединые творцы смерти. Дайте мне безгрешногочеловека, и этим вы мне даете творца и вождяпрогресса. Если же смерть – окончание человека ичеловечества, тогда вся тяга человека кпрогрессу – самое проклятое и самоеоскорбительное свойство, которое некто вложил вчеловека, для того чтобы еще более жестоко надним посмеяться. В таком случае лучший и самыйпоследовательный шаг – замереть в полнойотчаяния инерции и совершить самоубийство, ибоиначе жизнь стала бы несносной тиранией инеудержимой насмешкой.

Многие не признаютвоскресения и говорят о прогрессе. Но все таковыепрогрессы: научные ли, философские,художественные или культурные – не что иное, какконцентрические круги, вписанные в круг смерти.Прогресс, который предает и покидает человека всмерти, это не прогресс, а фальсификацияпрогресса. Если прогресс не в состоянииосмыслить смерть и жизнь, чтобы обессмертитьчеловека и человечество, тогда это не прогресс, азамаскированный регресс. Таковы вселжепрогрессы, кроме прогресса, основанного навоскресшем Господе Иисусе.

Если смерть непобеждена и бессмертие не обеспеченовоскресением, тогда нет прогресса в этойстрашной мельнице смерти, тогда все люди безисключения – рабы смерти, лакеи смерти, помолсмерти. Если же так, чего ради тогда жить вмельнице смерти, о мельники прогресса?! Разве длятого, чтобы мельница смерти в конце концовперемолола и меня самого целиком и без остатка?..Да, все прогрессы, не основанные на бессмертиичеловека, представляют собою волшебные сказки ибасни, которые снятся несчастному человеку вобъятиях отвратительного змея смерти.

Слово «прогресс» вбуквальном смысле означает всякое движениевперед. Через всевозможную свою деятельность:религиозную, философскую, научную, техническую,экономическую – род людской, очевидно, движетсявперед, идет вперед, к чему? Сомнений нет: к смертикак к последней реальности. Рожденные в мельницесмерти, возросшие здесь, люди, все люди со своимипрогрессами в конце концов размалываютсясмертью. Загляните в тайну человеческогопрогресса, и если ваш разум не усыплен морфиемнаивного гуманизма и сердце не опьянено опиумомкультурного идолопоклонства, поклонения вещам,то вы будете должны прийти к выводу, чточеловечество через все свои прогрессы спешит,прогрессирует лишь к одному – к смерти. За всеминашими прогрессами стоит смерть. Это вернейшеедостижение человеческого прогресса. А когдапрогресс завершается смертью, не смешно линазывать его прогрессом? Не разумнее ли егоназывать регрессом, роковым регрессом, ведь онвсе уводит в небытие, в несуществование, в ничто?

Если же мы не желаемнамеренно обманывать ту каплю сознания, котороемы как человеческие существа носим в душе, тукаплю чувства, которую мы носим в сердце, тогда мыдолжны и осознать, и ощутить, что нет истинногопрогресса без победы над смертью, безобеспечения бессмертия и вечной жизни длячеловеческой личности. Другими словами, длячеловека и человечества нет прогресса безБогочеловека Христа, единственного победителясмерти. Ведь прогресс – это только то, чтопреодолевает смерть и обеспечивает бессмертиечеловеческой личности; все же, что непреодолевает смерть и не обеспечиваетбессмертие человеческому существу не что иное,как регресс, фатальный регресс, осуждающийчеловека на смерть, после которой нетвоскресения.

Раз БогочеловекХристос – единственный победитель смерти, то Они единственный основатель и творец единственноистинного прогресса, прогрессабогочеловеческого; а человек и все человеческое,чересчур человеческое на самом деле – регресс.Дилемма предельно ясна: человек или Богочеловек,смерть или бессмертие?.. Друг, если бы ты хотьоднажды строго спросил себя, в чем смысл твоейжизни, которая неуклонно и безостановочно мчитсяко гробу, прогрессирует к смерти, то ты только ввоскресшем Господе Иисусе смог бы найтиправильный ответ на свой вопрос. Если же ты своюличную проблему расширил до масштабов всегочеловечества и в бессонные ночи и в бурные днистрого спрашивал себя, каков смысл существованиярода людского и что есть в действительностипрогресс человеческий, то ты из всех фактов могбы сделать вывод, что прогресс – это все, чтоведет к Христу и воскресению, ибо такой прогрессобеспечивает бессмертие и человеку, ичеловечеству; регресс же это все, что отвращаетот Христа и воскресения, ибо подталкивает ичеловека, и человечество к смерти, в небытие.

Стремление ко Христуесть жизненная и животворная сила прогресса, таккак только в нем преодолевается смерть исмертность, то есть грех и зло, и обеспечиваетсябессмертие и вечная жизнь. Единственный правыйсмысл человеческого существования в этоймельнице смерти есть личное бессмертие каждогочеловеческого существа. Без этого на что мнепрогресс и усовершенствование? Зачем мне добро изло, истина и любовь? Зачем мне небо и земля? Зачеммне Бог и мир?

Ощутить себябессмертным еще при жизни в этом теле – это иесть блаженство, которое ничем иным не может бытьобретено и обеспечено, кроме как ГосподомИисусом. Развитие ощущения бессмертия и егопретворение в осознание бессмертия есть делоХристова человека в этой жизни. На мой взгляд,Евангелие Спасителя и есть не что иное какпрактическое руководство к тому, как человекможет переродить себя – смертного вбессмертного. Если человек уверует в ГосподаХриста решительно и всем сердцем, то он словноперекинет мост с этого острова смерти на другойнебесный берег, туда, где начинается бессмертие,с тем чтобы утонуть в той благой вечности.

Претворяя в жизньевангельские добродетели, человек преодолеваетвсе, что в нем смертно, и чем больше он живетпо-евангельски, тем сильнее выжимает из себясмерть и смертность и возрастает в бессмертие ижизнь вечную. Ощущать Господа Христа в себе естьто же, что и ощущать себя бессмертным. Ведьощущение бессмертия происходит из ощущения Бога,потому что Бог есть источник бессмертия и вечнойжизни. 

«Что такое бессмертнаяжизнь?» - спрашивает великий христианскийфилософ, святой Исаак Сирин и отвечает: «ОщущениеБога». Ощущать Бога – значит ощущать себябессмертным. Бог  ибессмертие души – два коррелирующих факта. Одинневозможен без другого. Ощущать Бога в себепостоянно, во всякой мысли, во всяком ощущении, вовсяком поступке – это и есть бессмертие.Приобрести такое ощущение Бога и означаетобеспечить себе бессмертие и жизнь вечную.Следовательно, только из веры в Бога, из ощущенияБога происходит и ощущение личного бессмертиячеловека. Богочеловеческий прогресс и состоит втом, чтобы в людях развивать и усовершенствоватьэто ощущение личного бессмертия человека, домаксимума развивая в них ощущение Бога.

Человек Христовой верыживет ощущением и сознанием того, что всякийчеловек – это бессмертное и вечное существо,поэтому человек не может быть предметомчьей-либо эксплуатации и тирании. Ощущениебессмертия происходит от ощущения Бога, аощущение Бога не терпит греха, а изгоняет его изчеловека, так как грех производит в человекесмерть. От метафизики, безусловно, зависит иэтика: если ощущение Бога живет в человеке, то сним живет и ощущение бессмертия, которое жестокоборется со всем, что умерщвляет человека: грехом,всяким грехом и всяким злом.

Рассмотрите основныепринципы европейского гуманистическогопрогресса, его метафизику. Разве вы не видите, чтогуманистическая культура систематическипритупляет в человеке ощущение бессмертия, покане затупит его совсем, и что человек европейскойкультуры решительно утверждает: я человек итолько человек? А если это его утверждениеперевести на более простой язык, то оно будетгласить: я тело и только тело, я земля и толькоземля. И в первом, и во втором случае человекутверждает одно: я смертен и только смертен. Такгуманистической Европой овладел девиз: человек– смертное существо. Это формулагуманистического человека и сущность егопрогресса.

Сначала неосознанно, апотом систематически сознательно и намеренно,европейскому человеку и через науку, и черезфилософию, и через культуру впрыскивалипредставление, что человек смертен весь безостатка. Это представление постепеннооформилось в убеждение, которое гласит: смерть –необходимость. Смерть – необходимость! Возможенли больший ужас, оскорбление и насмешка:величайший враг человека необходим человеку?!Скажите мне, есть ли здесь логика, хотькакая-нибудь, хотя бы детская или даже логиканасекомых? Может быть, европейский человек,раздавленный и размолотый на мельнице смерти,утратил и последнюю каплю разума и началбредить?..

Гуманистическийчеловек опустошен, страшно опустошен, ибо в немстерто сознание и ощущение личного бессмертия. Аразве человек без ощущения личного бессмертия –полноценный человек? Или лучше: разве такойчеловек- человек вообще?.. О, сужен европейскийчеловек, невероятно сужен, превращен в карлика,искалечен, умален и сведен к дроби, обрывкучеловека, ибо из него изгнано всякое ощущениебесконечности и бескрайности. А безбесконечности может ли человек вообщесуществовать? И если может существовать, то имеетли смысл его существование? Разве без этогоощущения бесконечности он не является мертвойвещью среди вещей и преходящим животным средиживотных?

Представьте себепарадокс: я полагаю, что некоторые животныебесконечнее в своих ощущениях и бессмертнее всвоих желаниях, чем человек гуманистическогопрогресса. Гуманистический человек сморщенный,увядший, поблекший, овеществленный, и онабсолютно прав, метафизических прав, утверждаяустами своих философов, что произошел отобезьяны. Приравненному к животным попроисхождению почему не приравнять себя к ним и вморали? Принадлежа к животным и зверям пометафизической сущности своего бытия, он к нимпринадлежит и по морали.

Разве грех излодейство все более и более не рассматриваютсясовременным гуманистическим правосудием какнеизбежность социальной среды, какнеобходимость природы? Поскольку же в человекенет ничего бессмертного и вечного, то вся этаэтика, в конце концов, сводится к инстинктивнымстремлениям. И гуманистический человек, следуясвоей логике, приравнял себя в этике к своимпредкам, обезьянам и зверям, и в его жизни сталправить принцип homo homini lupus*[* человекчеловеку волк (лат)]. Иначе и быть не могло,ведь только на ощущении человеческогобессмертия может основываться мораль, высшая илучшая, чем мораль животных. А если нетбессмертия и вечной жизни, тогда да ямы и пием, утре бо умрем[ Станем есть и пить, ибо завтраумрем!] (1 Кор. 15: 32). Релятивизм в метафизикеевропейского гуманистического прогресса долженбыл привести к релятивизму в этике, а релятивизм– отец анархизма и нигилизма. Следовательно, всяпрактическая этика гуманистического человека нечто иное, как анархизм и нигилизм. Потому чтоанархия и нигилизм – это неизбежная,заключительная апокалиптическая фазаевропейского гуманистического прогресса.Идейный анархизм и нигилизм, идейное разложениедолжны были проявиться в практическом анархизмеи нигилизме, в практическом разложенииевропейского гуманистического человечества иего прогресса. Разве мы не являемся свидетелямиидейного и практического анархизма и нигилизма,опустошающего европейский континент?  Слагаемые европейскогопрогресса таковы, что как бы мы их ни складывали,в сумме они всегда дают анархизм и нигилизм…

 Глупчеловек, беспримерно глуп, когда может, необуздав смерти, веровать в прогресс, в смыслжизни, и работать ради этого. Зачем мне прогресс,когда за ним меня ожидает смерть? Зачем мне всемиры, все созвездия, все культуры, когда за нимименя подстерегает смерть и в конце концоввыследит меня? Там, где смерть, действительногопрогресса нет. А если он и есть, то это толькопроклятый прогресс в ужасной мельнице смерти.Поэтому его надо полностью и окончательноуничтожить.

Эту муку европейскогогуманистического прогресса ощутил и умелоотразил в своей трагедии  Rossum’s universal Robots чехословацкийписатель Карел Чапек. Между его героямиАлквистом и Еленой ведется следующий разговор:

Алквист:Есть у Наны молитвенник?

Елена:Есть, толстый такой.

Алквист:А есть в нем молитвы на разные случаи? От грозы? Отболезни?

Елена:И от соблазна, от наводнения…

Алквист:А от прогресса нет?

Елена:Кажется, нет.

Алквист:Жаль.

Гуманистическомучеловеку и его прогрессу противостоит Христовчеловек со Своим богочеловеческим прогрессом.Основной принцип богочеловеческого прогрессазаключается в том, что человек есть настоящийчеловек только Богом, только Богочеловеком, или,другими словами, человек есть настоящий человектолько бессмертием, то есть победой над смертью,преодолением всего смертного и всякойсмертности. Одолевая в себе грех и зло, Христовчеловек преодолевает этим смерть и смертность всвоем сознании и ощущении и соединяется с ЕдинымБессмертным – Богочеловеком Христом. Поэтомувеликий созидатель богочеловеческого прогрессасвятой апостол Павел говорит всем христианам: Горняя мудрствуйте, не земная.Умросте бо, и живот ваш сокровен есть со Христом вБозе (Кол. 3: 2-3).[ о горнем помышляйте, а не оземном. Ибо вы умерли, и жизнь ваша сокрыта соХристом в Боге.]

И сознание, и ощущениечеловеческое обессмерчивается с ГосподомХристом. Кто соединил свое ощущение и сознание сБогочеловеком Иисусом, уже бессмертен,бессмертен в этом мире: его ум уже мыслит мысльХристову, мысль бессмертную и вечную, а егоощущение уже ощущает в себе жизнь Христову, жизньбессмертную и вечную… В ваших глазах как бывсплывает вопрос: как можно этого достичь в этопроклятой мельнице смерти? Только верой ввоскресшего Господа Иисуса и жизнью по основнымпринципам этой веры.

Как только человеквсем сердцем и искренне поверит в воскресшегоБогочеловека, в его душе сразу воспламеняетсяощущение бессмертия, воскресения, победы надсмертью, а за ней и над грехом и злом. Это ощущениеисполняет христианина непреходящей радостью ивоодушевляет его на все евангельские подвиги. Ион с радостью исполняет заповеди Христовы и свосхищением проходит жизненный путь от небытия квсебытию, от смерти к бессмертию. РазрастаясьБогочеловеком, человек подобен точке,  разрастающейся во всебесконечности: он весь сияет божественнымибесконечностями, ощущает себя бессмертным ибесконечным во всякой точке своего существа. Тактрагический принцип гуманистического прогресса:смерть есть необходимость – заменяетсярадостным принципом прогрессабогочеловеческого: бессмертие естьнеобходимость.

Богочеловеческийпрогресс имеет свою богочеловеческую мораль: внем вся жизнь людей направляется и обретает силуБогочеловеком. Добро это только то, что Христово,вне этого нет истинного добра. Поэтому основнойпринцип евангельской морали: без Христа человекне может сделать никакого бессмертного добра (ср.Ин. 15: 5). Всякоенепреходящее, бессмертное добро исходит и ведетк чудесному Богочеловеку Иисусу. Добро, котороене Христово, не бесконечно, не беспредельно, небожественно, а это значит, не бессмертно.Бессмертие – это главное свойство Христовадобра. Следовательно, бессмертие необходимо вморали Христова человека как ощущение, какпредставление, как дело, как практика.

Ощущать Господа Христакак душу своей души, как жизнь своей жизни – это иесть бессмертие человека, ибо этим обеспеченабескрайность и бесконечность мысли, ощущенияжизни. Для настоящего христианина бессмертиеестественно и логично, а с ним и в нем –бескрайность и бесконечность. Это то, чтообеспечивает и делает возможным бесконечноеморальное усовершенствование, бесконечныйморальный прогресс к Богу, в котором собраны всебескрайности, все бесконечности, всесовершенства. Поэтому совершенно естественен, илогичен, и оправдан категорический евангельскийимператив: Будьте убо высовершении, якоже Отец ваш небесный совершенесть (Мф. 5: 48), то есть будьте совершенны, какБог. Этого по праву требует Богочеловек Христос,ибо в Нем явлен совершенный Бог и совершенныйчеловек, человек, доведенный до конца в прогрессек Богу, человек усовершенствованныйбожественным совершенством, человек, бессмертнои вечно соединенный со всесовершенным Богом.

Христов человекдвижется путем божественного совершенства,преодолевая грех и злобу в себе и в мире вокругсебя. Он всегда идет вперед от добра к добру, отменьшего к большему, из большего в величайшее;при этом он никогда не останавливается, незадерживается, так как всякая остановка можетозначать духовную окоченелость, омертвение и,наконец, смерть. Через всякую чистую мысль, черезвсякое святое чувство, через всякое доброежелание и благое слово он прогрессирует квоскресению, к бессмертию, к вечной жизни. Черезвсякую же грешную мысль, нечистое чувство, дурноежелание и плохое слово человек скатывается всмерть без воскресения (ср. Рим. 5: 16; 5: 21;7:5; 8:2; 1 Кор 15: 54).

Преодолевая грех исмерть, Христов человек в этой жизни проходит триглавных этапа христианской эволюции: рождение воХристе, преображение во Христе, воскресение воХристе (ср. Ин 1: 12; 3:3 Рим 6:5; 1 Кор 15: 54; Кол 3:1).

Конечная цель егоборьбы – воскреснуть со Христом. Человекпереносит разнообразные муки, исполняя заповедиСпасителя, практикует евангельские добродетели:веру, любовь, надежду, молитву, пост, смирение,милосердие, кротость – ради того, чтобы достичьвоскресения мертвых (ср. Флп. 3: 8-11). Через все свои вздохи, и слезы, имолитвы, и мысли, и ощущения, и дела он тянется квоскресению…

Человек, ты участвуешьв богочеловеческом прогрессе, ты совершаешь его,если ты мыслишь, если ты ощущаешь, еслипоступаешь так, как будто ты уже воскрес, ужепобедил смерть, уже вошел в жизнь вечную. Идействительно, ты уже победил смерть, уже вошел вжизнь вечную, если ты всем своим сердцем, всеюдушою своею, своею мыслью поверил в воскресшегоГоспода Иисуса, ибо Он сказал: веруяй пославшему Мя иматьживот вечный.., смерти не имать видети (Ин 5: 24; 8: 51). Кто верует, тот перешел из смерти вжизнь вечную еще здесь, на земле.

Так, верой в ГосподаХриста вводится сыворотка бессмертия и в душу, ив тело человека. Верою и любовью, ибо и эта благаявесть произнесена в Евангелии: Мы вемы, яко преидохом отсмерти в живот, яко любим братию; не любяй бобрата пребывает в смерти (1 Ин. 3: 14) [Мы знаем, чтомы перешли из смерти в жизнь, потому что любимбратьев; не любящий брата пребывает в смерти.].Господь Христос – единственный Путь, который незавершается беспутьем, единственная Истина,которая не завершается ложью, единственнаяЖизнь, которая не завершается смертью, поэтому Они мог объявить всем на все времена и на всювечность: Аз есть Путь иИстина и Живот (Ин 14, 6).[ Я есмь путь и истина и жизнь] Араз Он первый и единственный победил смертьвоскресением и таким образом обеспечил человекубессмертие и жизнь вечную, то мог сказать о Себе: Аз есмь Воскрешение и Живот:веруяй в Мя, аще и умрет, оживет: и всяк живый иверуяй в Мя не умрет во веки (Ин. 11: 25, 26).[ Я есмьвоскресение и жизнь; верующий в Меня, если иумрет, оживет.  И всякий,живущий и верующий в Меня, не умрет вовек.]

Верою в воскресшегоБогочеловека человек только начинает бытьчеловеком, так как освобождается от греха исмерти и обретает ощущение бессмертия. Грех –это мрачная сила, которая отупляет, иссушает ипарализует ощущение бессмертия, так что человекни ощущением, ни мыслью не достигает Бога, живогои истинного. Такой человек – изуродованныйчеловек, получеловек, гуманистический человек,одним словом, недочеловек. Господь Христос сошелв мир и победил смерть воскресением, чтобыпробудить человека в бессмертие и жизнь вечную,чтобы завядшее и омертвевшее чувство бессмертияв человеке ожило и омолодилось, чтобы человекощутил Бога и жизнь вечную как смысл жизничеловеческой и на земле, и на небе.

По сути, Церковь не чтоиное, как божественная мастерская, в которойнепрестанно омолаживаются, освежаются иукрепляются человеческое ощущение и сознаниеличного бессмертия и бесконечности. Развемолитва не делает душу бесконечной, связывая ее сБогом? Разве милосердие, доброта, кротость, постне делают человека бессмертным, возводя и егосердце, и душу в вечное Царство Христовой Истины?Не будем себя обманывать: всякая молитвапонемногу побеждает в нас смерть, и всякаяевангельская добродетель, а все вкупе онисозидают победу над смертью и обеспечивают жизньвечную.

В богочеловеческомпрогрессе человек постоянно следует Христу какпути Божиему через Истину Божию в Жизнь вечную ибессмертную. Господь Христос не толькопровозгласил божественное совершенство цельюбогочеловеческого прогресса, но и даровалчеловеку все божественные силы для достиженияэтой цели (ср. 2Петр. 1: 3-9). Хотя путь богочеловеческогопрогресса бесконечно долог, все же он весь залитрадостью и восхищением, что святый апостолвыразил словами: братие,радуйтеся, совершайтеся (2 Кор.13: 11),  несть бо Царство Божиебрашно и питие, но правда и мир и радость о ДусеСвяте (Рим. 14: 17)

***

Богочеловеческийпрогресс как антитеза гуманистическомупрогрессу близок душе нашего народа и дорог егосердцу. Столь близким и дорогим сделал еговеличайший зодчий богочеловеческого прогресса вистории нашего народа – святой Савва* [* Св. Савва I Сербский,архиеп. (1175-1235) первый просветитель сербскогонарода, основатель автокефальной СербскойПравославной Церкви, и первый ее архиепископ.].В личности и трудах святого Саввы нашемунациональному сознанию и чувству указаныидеология и прагматика истинного прогресса. Ведьчто такое прогресс для святого Саввы? Не что иное,как победа над смертью, а это значит, победа надзлом, над грехом и через это обеспечениебессмертия для всякой души в отдельности и длявсей нашей народной души в целом. Другимисловами, для святого Саввы прогресс – этостяжание Господа Христа, жизнь в Нем, Им и радиНего и таким образом преодоление греха и смерти всебе и в ближних около себя.

Богочеловеческийпрогресс от человека к Богочеловеку, от смерти кбессмертию осуществляется переделыванием себя спомощью евангельских подвигов, ибо только с ихпомощью преодолевается смерть и делаютсябессмертными душа, мысли, ощущения. В личностисвятого Саввы мы имеем осуществленную программубогочеловеческого прогресса. Устремленными коХристу подвигами он из смертного переродил себяв бессмертного, из преходящего в непреходящего,из несвятого в святого. Для него чудотворныйГосподь Иисус был все во всем: все  в душе, все в сердце, все вжизни, все в народе, все в государстве. Без Христаи жизнь, и сердце, и душа, и народ, и государство нечто иное как смерть, после которой нетвоскресения. Освятив и просветив себя жизнью воХристе, святой Савва стал первым созидателемединственного истинного прогресса в нашемнароде, созидателем победы над смертью, над злом,над грехом, над тьмой. Поэтому ни в его личности,ни в его деле не было смерти, но во всем, что емупринадлежало, разлилось божественное бессмертиеи вечность.

Преодолев в себеевангельскими подвигами все грешное и смертное,святой Савва исполнился бессмертия и вечнойжизни и поэтому стал «наставником, ипервопрестольником, и учителем» пути, ведущего вжизнь, из смерти в жизнь. В нашей национальнойистории он всегда был и останется величайшим инезаменимым вождем нашего народа из смерти  в бессмертие, из этойпреходящей жизни в жизнь вечную. Нам, и каждому вотдельности, и народу в целом, носителиевропейской культуры непрестанно предлагают инавязывают гуманистический прогресс, которыйсистематически убивает ощущение бессмертия вчеловеке и в народе, отождествляя человеческоесущество со смертными насекомыми и животными. Мыже имеем в святом Савве непогрешимого инеустрашимого вождя богочеловеческогопрогресса, делающего нашу душу бессмертной ивечной, невидимо денно-нощными молитвами своимиведущего нас сквозь эту грохочущую мельницусмерти и вводящего в благоуханный мир Христовабессмертия и вечности, где все совершенства и всерадости живут в братстве. Водимые ипредводительствуемые святым Саввою в борьбе с  грехом и смертью, мы, икаждый в отдельности, и народ в целом, будемнепрестанно идти из победы в победу, из победынад грехом в победу над смертью. Так и только такна этой пожирающей людей мельнице смерти мыможем обеспечить себе бессмертие и в этом, и вином мире.

Высшая ценность инепогрешимый критерий

Когда человекпробуждается в брении своего тела и видитдуховные реальности, тогда он ощущает, что всематериальные реальности реальны настолько,насколько его дух осознает их таковыми. И вскоречеловек приходит к парадоксальному выводу: люди,как существа особого рода, познают реальное вматериальном мире с помощью духа, не имеющегосвойств материальных реальностей, ноявляющегося тем, что не может быть ни материальнообъективировано, ни явлено кактранссубъективная реальность, ни чувственноосязаемо. Но, хотя его нельзя заключить в формыматериальной действительности, дух все же своейневидимой сущностью является критерием всехвидимых реальностей в мире материи. И человек всенеодолимее ощущает и осознает, что мысль духа,хотя неощутимая, невидимая, нематериальная,все-таки реальнее, чем какая-либотранссубъективная действительность в областиматерии. Более того, все действительностиосновывают свою реальность на мыслях духа,который сам по себе нематериален. В этом ипреимущество, и загадочность, и величиечеловеческого духа. И пробудившийся человек,водимый своим нематериальным духом черезтаинства материального, физического мира, всеболее понимает, что его дух – его высшая и самаянепосредственная действительность, а тем самым иего высшая ценность. В таком настроении человекбыстро ощущает неопровержимую истинность словСпасителя о душе человеческой как о высшейреальности и высшей ценности, реальности болеереальной, чем весь видимый мир, и ценности болееценной, чем все солнечные системы. Кая бо польза человеку, ащемир весь приобрящет, душу же свою отщетит? Или чтодаст человек измену за душу свою? (Мф.16:26; ср. Мк. 8: 36-37; Лк. 9: 25). Другими словами,в видимом мире нет ничего равноценногочеловеческой душе, нет ценности, которой можнобыло бы оценить и оплатить душу; она более ценна,чем все миры вместе взятые.

В самом деле, всю своювидимую жизнь, жизнь во времени и пространстве,человек основывает на невидимом, то есть на душе,на ее мыслях, на ее совести. В мире видимых вещей исобытий человек ориентируется с помощью своеймысли; ею он все измеряет и оценивает, ею – тем,что и для него самого невидимо. Насколько жетогда естественнее и логичнее ориентироваться сее помощью в мире духовных реальностей идуховных ценностей. Человек соединен мыслью нетолько с миром видимым, миром материальных вещей,но и с миром вещей духовных. Даже и крайниесенсуалисты в гносеологии не могут этогоопровергнуть. Нужно признать: человеческий дух -  чудотворная лаборатория,  в которой непонятнымобразом чувственные впечатления преобразуются вмысли.

Серьезный наблюдательмира, с какой бы стороны он ни приступил кматериальным или духовным реальностям, долженощутить присутствие бесконечной таинственностиво всех явлениях. Это дань, которую всякиймыслитель должен заплатить загадочной мистериимира. Нет сомнений, правильная ориентация в этомзагадочном мире зависит от духа, с помощьюкоторого человек ориентируется, или, точнее, отприроды духа. А свою природу дух человеческийраскрывает и показывает через опыт, создаваемыйсовею деятельностью. Из всего этого опытапроизрастает стремление человеческого духа квсевозможной бесконечности во всем: в знании, вжизни, в существовании.

Дух человеческийнеустанно тянется к бесконечному знанию, кбесконечной жизни,  кбесконечному существованию. А через все это онжелает только одного: преодолеть временность,конечность, ограниченность и обрести, обеспечитьсебе незыблемость, бесконечность,безграничность. В конце концов, во всех культурахи цивилизациях все муки человеческого духасливаются в единое гигантское усилие: преодолетьсмерть и смертность и обеспечить бессмертие ижизнь вечную, обеспечить любой ценой.

Но разве неподталкивает нас все к вопросу: откуда вчеловеческом духе это стремление и тяга кбесконечности во всех направлениях? Что есть то,что гонит мысль человеческую из проблемы впроблему, из бесконечности в бесконечность? Еслиже это стремление человека к бескрайности иможно навязать слабому человеку, то откуда же онау самых самостоятельных мыслителей? Более того, уних она разработана до сложнейшей проблематики.Все это показывает, что стремление кбесконечности заключается в самой природечеловеческого духа. Природа самого познаниятянется к бесконечному знанию, природа самогоощущения тянется к бесконечности ощущения,природа самой жизни тянется к бесконечной жизни.Весь дух человеческий и через познание, и черезощущение, и через волю, и через жизнь желает бытьбесконечным, а значит, бессмертным. Жаждабесконечности, жажда бессмертия – исконная,метафизическая жажда духа человеческого. Онагнала дух человеческий к бесконечности, кбессмертию через разнообразные религии,философии, науки, муки и подвиги. Одним словом,дух человеческий желает бесконечности, желаетбессмертия любой ценой и в любом виде.

Очевидно, что этостремление к бесконечности не могла вложить вчеловека материальная природа, потому что она исама ограничена и не имеет в себе такогостремления. Точно так же очевидно, что духучеловеческому не могло вложить этогочеловеческое тело, поскольку оно самоограничено. Единственным логичным выходомостается постулат:  человеческоестремление к бесконечности, к бессмертиюзаключается в самой сущности человеческого духа.Созданный по образу Божиему, человек весь в этомстремлении. Ибо боголикость в человеческомсуществе и есть устремление к бескрайним истинамБожиим во всех мирах. Имманентная человеческомудуху, эта боголикость подвигает человекабогоустремленно тянуться и возноситься ко всембесконечностям Божиим.

Для боголикой душиестественно тянуться к Богу как к своемуоригиналу. Это не априорное заключение, асовершенно апостериорное, так как всецелый опытрода человеческого свидетельствует об этоймощной и таинственной тяге духа человеческого кбесконечности, к бессмертию, к вечной жизни, наэтом или на том свете. Если, опираясь на всецелыйопыт рода человеческого, мы сведем человека к егоосновным праэлементам, то наверняка обнаружимэту тягу к бессмертию как самый основнойпраэлемент, на  которомпокоится и благодаря которому онтологическиможет состояться весь человек.

Создав человека пообразу Своему, Бог тем самым разлил по егосуществу тягу к божественной бесконечностижизни, к божественной бесконечности познания, кбожественной бесконечности совершенства.Поэтому эта алчущая тяга существа человеческогоне может полностью удовлетвориться и насытитьсяничем, кроме Бога. Объявляя божественноесовершенство главной целью человеческогосуществования в мире, Господь Христос ответил наосновное желание и потребность боголикого ибогоустремленного человеческого существа: Будите убо вы совершенни,якоже Отец ваш небесный совершен есть (Мф. 5: 48).

Боголикостьчеловеческой природы имеет свой онтологическийи телеологический смысл: онтологически, ибо в нейявлена суть человеческого существа;телеологически, потому что в ней указана цельчеловеческой жизни – Бог со всеми Своимибожественными совершенствами. Боголикость естьсущность сущности человеческого существа, накоторой и благодаря которой человек долженсозидать и созидает себя в этом мире. По сути, вчеловеческом существе Бог – первое, а человек –второе; другими словами, человек создан какпотенциально богочеловеческое существо,которое, ведомое боголикой душой, имело своейзадачей во всем уподоблять себя Богу и такимобразом действительно сделать из себябогочеловеческое существо, то есть существо, вкотором человек идеально соединен с Богом иживет в Его божественных, бесконечныхсовершенствах. Но вместо того, чтобыбоголикостью души пропитать всю своюэмпирическую жизнь, человек отделил свой дух отвсего Божиего в себе и, через таинства этого мираотправившись в путь без Бога, то есть без своегоприродного путеводителя, наткнулся в этом мирелишь на непреодолимые скалистые пропасти истрашные расселины.

В своей сущностипадение человека состояло в том, что он воссталпротив боголикого устройства своего существа,оставил Бога и Божие и свел себя к чистой материи,к чистому человеку. Первым же бунтом против Богачеловеку в некоторой степени удалось изгнать изсебя Бога, изгнать Его из своего сознания, изсвоей воли и остаться при чистой человечности,при чистом гоминизме* [* от лат homo- человек.Мировоззрение, имеющее своим центром человека(термин автора)] и тем самым при чистомгуманизме. Страшно сказать, но гуманизм, по сути,исконное зло, первобытное зло человеческое. Воимя этого первобытного гуманизма человек изгналБога в надчеловеческую трансцендентность и весьостался при себе и в себе. Но при этом человек немог полностью обезбожить себя, полностьюуничтожить в себе боголикие стороны своего духа;они остались и проявляются в его гуманизме в видестремления к бесконечному прогрессу, кбесконечному знанию, к бесконечномусовершенствованию, к бесконечномусуществованию. Сознательно или несознательно вовсех противоборствах, которые человек ведет всвоем гуманизме, он стремится к тому, чтобывернуть себе утраченную боголикость. И отчастиему это удается. Настолько, насколько необходимо,чтобы ощутить и осознать, что сам по себе, присвоей чистой,  обезбоженнойчеловечности он никогда не сможет исправить свойдух, вернуть боголикость своего существа. В своейгуманистической ностальгии  человекв действительности вопиет о Богочеловеке.

Следовательно,появление Богочеловека Христа в этом миреестественно, и логично, и необходимо. Ведь толькоБогочеловек полностью отстраняет все муки духачеловеческого, болеющего и обезбоженногогуманизмом. Он единый утоляет всю жаждубоголикого существа человеческого: и жаждубесконечной жизни, и жажду бесконечной правды, ижажду бесконечной истины, и жажду бесконечногодобра, и жажду вообще всех божественныхбесконечностей.

Самые существенныеонтологические желания и потребностичеловеческого существа раз и навсегда получаютсвое удовлетворение только в одном – в личностиБогочеловека Христа. Ибо на все желания ипотребности человеческого духа, которыеотносятся к миру горнему,  Богочеловекотвечает Богом по-человечески, а не все желания ипотребности духа человеческого, которыеотносятся к миру около человека и под ним, Онотвечает человеком по-Божиему. Богочеловекосвобождает потенциал богочеловечества вчеловеческом существе, связанный тираниейбогоборческого гуманизма, и дает людям силуреализовать себя в своей бессмертной полноте.Человек, ведомый Богочеловеком, все измеряетБогом и в этом загадочном мире живет Богом; такимобразом он достигает идеального совершенства ипредставляет собою идеальный синтез Божиего ичеловеческого, духовного и материального,посюстороннего и потустороннего.

ПоявлениеБогочеловека Христа в мире человеческихреальностей ни с онтологической, ни спсихологической, ни с исторической точки зренияне явилось неожиданностью для человеческойприроды. Напротив, оно удовлетворило основныестремления и потребности человеческого существа– стремление к божественному совершенству ивечной жизни и потребность в них. Богочеловек не только не есть нечтонеестественное и ненужное для человека, но,напротив, он необходим человеку больше всего насвете, настолько необходим, что Сам всеистинныйБог и Господь Иисус объявил, что Он есть едино на потребу (Лк. 10: 42). Почему? Потомучто Он самым совершенным, самым естественным,самым точным и логичным образом решил проблемуБога и человека. Как? Реально, по-земному реальнопоказав нам в Себе Бога, которые есть абсолютнаяИстина, абсолютное Добро, абсолютнаяСправедливость, абсолютная Любовь, абсолютнаяМудрость в совершенном единстве с человеком, Онпоказал нам и человека в его безгрешности,бессмертии и совершенстве.

Богочеловек одинаковореально показал и Бога в Его совершенстве, ичеловека в его совершенстве. Если беспристрастнорассмотреть историю рода человеческого, то нужнобудет признать, что в нем не было человекалучшего, чем Иисус, а значит, и лучшего Бога, ибоИисус только как Богочеловек был и есть лучшийчеловек, то есть человек без греха, без зла.Только Единый Безгрешный Господь Христос могнеустрашимо вопрошать Своих лютейшихпротивников: Кто от васобличает Мя о гресе? (Ин 8: 46). И никто из них не мог указать в Нем нина какой грех. А человек без греха естьодновременно и самый идеальный, и самый реальныйчеловек, так как только такой человек истинносовершенен, бессмертен и вечен.

Воплощением Бога Словав человеческую природу вошла БожественнаяМудрость, всесовершенная Божественная Логика,всесовершенный Божественный Ум. И Слово плоть бысть  (Ин 1: 14) [И Слово стало плотию]:это значит, что все трансцендентные Божественныеценности стали имманентны природе человеческой,ибо они стали конгениальны сущности боголикойчеловеческой души. Все эти вечные божественныеценности, воплощенные в человеке, сходятся вконце концов в единую, неизмеримую инепревзойденную ценность – Богочеловека Христа.Поэтому Богочеловек – и первая, и величайшая, ифундаментальнейшая, и высшая ценность в миречеловеческом. Ибо нет ничего болеечеловеческого, чем Господь Христос,олицетворяющий собой самое идеальноесовершенство всего истинного, людского, истинночеловеческого. И не только это. Он, какБогочеловек, есть совершеннейший синтез Божиегои человеческого, посюстороннего ипотустороннего, естественного исверхъестественного, физического иметафизического, реального и идеального. В Немкак в Богочеловеке самым идеальным образомосуществлено и сохранено равновесие междуБожиим и человеческим, а вместе с этим сохраненаавтономия человеческого, людского и автономияБожиего, божественного.

В богочеловеческойЛичности Господа Иисуса достигнут самыйрадикальный, самый логичный и самый полныймонизм жизни посюсторонней и потусторонней, ачерез это – монизм восприятия посюстороннего ипотустороннего, монизм ощущения человеческого ибожественного. А это значит, что и жизнь, и мысльчеловеческая, и ощущение человеческоепреодолели пропасть, зияющую между человеком иБогом, между этим и тем миром. Поэтому Христовчеловек живо ощущает единство этого мира с тем,Бога с человеком, посюстороннего спотусторонним, естественного сосверхъестественным. Он глубоко ощущает и ясноосознает, как в нем совершён переход из смертногов бессмертное, из временного в вечное. Этоощущение вечной жизни делает возможным иобеспечивает Христову человеку и вечность мысли,и бессмертие ощущения.

Но Христов человек,даже и таким образом удлиненный, расширенный иуглубленный до божественных бескрайностей, всеже не утрачивает своей человечности, своейиндивидуальности, своих характеристик, но идальше остается человеком, только человекомсовершенным, обогочеловеченным. В БогочеловекеХристе человек вознесен на высшую ступеньсовершенства, на вершину превыше всех вершин. Ибоникто никогда так не прославлял человеческуюприроду, человеческое существо, как Богочеловек.В Его Богочеловеческой личности человекуоказана величайшая справедливость,справедливость величайшая из возможных. Хотячеловек и был неизмеримо возвеличен, вознесен ипрославлен Богом, нигде, ни в чем человек не былнедооценен в пользу величия Бога, равно и Бог – впользу величия человека.

Нет сомнений, проблемадобра и зла является  однойиз тяжелейших и мучительнейших длячеловеческого сознания. Но и она окончательно исовершенно решается в Личности БогочеловекаХриста.  И решается  не вербально, нетеоретически, не диалектически, но по существу,прагматически, богочеловечески. Ибо Господь Христос во всецелой Своей жизникак бы показал Себя воплощением, очеловечениембесконечного, всесовершенного и абсолютногоДобра. Никакое самое пристальное око не смогло бынайти в Нем ни капельки зла, ибо Он греха не сотвори, ни обретесялесть во устех Его (1 Пет. 2:22) [Он не сделал никакого греха, и небыло лести в устах Его.]

Имея перед собою в лицеБогочеловека Христа абсолютное божественноеДобро в границах человеческого существа,человеческой природы, человеческое сознаниетолько от Него и Им знает, а человеческое сердцеощущает, что есть добро и что – зло. Добро, вечноедобро есть все, что есть Христос в Своейбогочелвоеческой реальности, то есть все, чтобогочеловечно. Как Единый безгрешный ивсемогущий, Господь Христос дал человеческойприроде благодатные силы для достижениясовершенства, преуспеяния в божественном добре иокончательном преодолении греха и зла. ПоэтомуБогочеловек Иисус – высшая ценность во всехмирах, в которых движется человеческая мысль ичеловеческое ощущение.

Через всю свою историючеловек являет себя существом особого рода тем,что неустанно ищет основную и главную истину –истину, на которой стоят и ради которойсуществуют все миры, в том числе и человеческий. Вэтом поиске истины человек решал проблему истиныи мифологически, и философски, и теистически, иатеистически, и спиритуалистически, иматериалистически. Да так ее и не решил, потомучто решал ее в категориях чистого, обезбоженногогуманизма. Только в чудесной ЛичностиБогочеловека Христа явилась вся вечная Истинабез остатка. И проблема истины решена появлениемабсолютной, божественной Истины в границахчеловеческой природы. Поэтому из устБогочеловека Христа и вышло самое смелоезаявление, которое человеческое существокогда-либо делало, заявление: Аз есмь Истина (Ин 14:6). Этозначит, что Богочеловек Христос как личностьесть Истина во всей Своей богочеловеческойполноте и реальности.

Но то, что БогочеловекаХриста делает ценностью превыше всех ценностей,это то, что Он первый и единственный решилпроблему жизни и смерти, решил ее прагматически,реально, показав в Своей БогочеловеческойЛичности воплощенное, очеловеченное бессмертиеи жизнь вечную. Он это исключительно сильнопоказал и доказал Своим воскресением из мертвыхи вознесением в вечную жизнь Божества. И вообщевся богочеловеческая жизнь Господа Христа, и до,и после воскресения, - очевидное доказательствотого, что Он есть олицетворение бессмертия ивечной жизни, а тем самым и владыка смерти.Воскресением Своим Он человеческой природенавеки обеспечил победу над смертью, а Своимвознесением – жизнь бессмертную в вечностиТрисветлого Божества. Поэтому Он единственный вроде человеческом имеет право сказать о себе: Аз есмь воскрешение и живот(Ин. 11: 25). СвоеюБогочеловеческою личностью Он есть воскресениеи жизнь, потому что он безгрешен. Где нет греха,там нет смерти, так как только грех творит смерть.И так же, как грех есть единственный творецсмерти, так и безгрешность, совершенная святостьесть единственный созидатель бессмертия.

В человеческомсознании тайна мира соревнуется с тайнойчеловека. Непроглядный мрак покрывает всякоесоздание,  и человеческаямысль никак не может проникнуть в его основнойсмысл, никак не может понять, для чего существуеттакой мир в таком виде. Только освещенный светомБогочеловека Христа мир нам открывает венецсвоей сущности и в нем – свой настоящий смысл иценность. Поэтому Спаситель и сказал о Себе: Аз есмь свет миру (Ин. 8: 12; ср. Ин 9: 5). ВБогочеловеке и в Его свете человек становитсяистинно зрячим и проникает в истинный смысл мира.

Некая божественнаяразумность и целесообразность разлита по всемутворению. Разлита Самим Господом Христом каквечным Словом Божиим, почему и говорится в святомЕвангелии: вся Тем быша… ежебысть (Ин. 1:3)[ Все чрез Него начало быть, и безНего ничто не начало быть, что начало быть.].Эта логостность и логичность мира и всеготварного становится очевидной, только будучиосвещенной светом воплощенного Бога Слова.Человеческое сознание, только освещенное светомвоплощенного Бога, может наблюдать божественный,логосный смысл творения и убедиться в истинностиапостольских слов: всяческаяТем и о Нем создашася (Кол. 1: 16).
Это означает: смысл всякого создания, каждого вотдельности и всех вместе, в том, чтобы в высшейстепени осуществить в себе богочеловеческуюистину и справедливость. Небо и земля не прейдутдо тех пор, пока на них не исполнится весь законБога Слова (ср. Мф. 5: 18). ВБогочеловеке Христе началось оздоровлениетвари, реинтеграция твари, разболевшейся иобратившейся в хаос присутствием в действиемчеловеческого греха и зла (ср. Рим. 8:19-23)

***

Если Господь Христоскак богочеловеческая Личность является высшейценностью, то Он представляет Собой и высшийкритерий всех настоящих ценностей. В этом миреникакое существо, меньше, чем Богочеловек, неможет быть истинным и непогрешимым критериемценностей, раз наивысшая ценность – это личностьБогочеловека. Человек не может быть мерилом, ибоон представляет собой гораздо более малуюценность, чем Богочеловек. Являясь высшейценностью, Богочеловек является и лучшимкритерием всего Божиего и всего человеческого ив этом мире, и в том. История этой планеты не знаетни лучшего Бога, чем Христос, ни лучшего человека,чем Христос. Богочеловек в одно и то же времясовершенно открыл Бога и совершенно открылчеловека. Поэтому нет ни Бога без Богочеловека,ни человека нет без Богочеловека.

Чтоесть истина? (Ин. 18: 38) – вопрошал Пилатвоплощенную Истину и хотел ушами услышать то,чего не видел глазами, как будто не одна и та жедуша слушала его ушами и смотрела его глазами.Действительно, Богочеловек Христос есть истинане как слово, не как учение, не как деятель, но каквсесовершенная и вечно живая богочеловеческаяЛичность. Только как такая Личность Он естьнепогрешимый критерий истины. ПоэтомуБогочеловек и говорил о Себе не только: Аз есмь Истина (Ин 14:6), но и Аз есмь Путь (Ин 14:6). Путь всаму Истину, критерий самой Истины, сущностьсамой Истины. Критерий Истины есть только самаИстина, а Истина есть Богочеловек Христос.Поэтому все, что не от Него, не есть истинно, внеЕго богочеловеческой личности истинаонтологически невозможна.

В христианстве истина– это не дискурсивное понятие, не теория, неучение, не смесь учений, но живаябогочеловеческая Личность, исторический ИисусХристос (ср. Ин 14:6). До Христа людипредчувствовали истину, но не имели ее; соХристом как воплощенным Богом Словом вечнаяБожественная Истина вся явилась в этот мир.Поэтому и сказано в святом Евангелии: Истина Иисус Христос бысть(Ин. 1: 17) [истинапроизошли чрез Иисуса Христа]Что естьжизнь, настоящая, истинная жизнь, и критерийжизни? Опять-таки Личность Богочеловека Христа, ане Его учение, отделенное от Его чудотворной иживотворящей Личности. Никто из людей никогда несмел сказать: «Я есть жизнь», - так как всякийчеловек смертен. А Богочеловек сказал: Аз есмь Живот (Ин 14:6). Исказал это по праву, ибо воскресением победилсмерть и показал Себя вечно живым, когда вознессяна небо и воссел одесную Отца. ПоэтомуБогочеловек есть и Жизнь, и критерий Жизни. Все,что не есть от Него, - смертно. В Нем Жизнь имеет свою логосность и своюлогичность, так как имеет свою божественнуювечность. Как вечное Божественное Слово, Он естьи Жизнь, и Всежизнь (ср. Ин 1: 4), ибо жизнь бываетжизнью Им. Где Его нет, там жизнь превращается всмерть, ибо только Он единый есть Тот, Кто жизньделает живою. Отпадение от Него, которые естьЖизнь, всегда завершается умиранием и смертью.Поэтому в Нем, как в Слове и Логике жизни,находится единственно возможное оправданиечеловеческой жизни в категориях времени ипространства.

Вечная жизньсохраняется и созидается вечным добром и вечнойправдой, вечной истиной и вечной мудростью,вечным светом. И когда Спаситель объявил: Аз есмь Живот, - этим Онзаявил о Себе: «Я есть Добро, Правда, Истина,Мудрость, Свет». Поскольку Он заключает в себевсе это, то Он и есть высший критерий всего этого.Своею всесовершенною личностью безгрешныйБогочеловек представляет в роде человеческомединственный непогрешимый критерий и жизни, идобра, и правды, и истины, и мудрости, и света.Богочеловек есть высшая и совершеннейшаяценность, единственная вечная ценность, аследовательно, высший и совершеннейший критерий,единый вечный критерий истины, жизни, правды,света, доброты и мудрости.

***

Все Свое учение идеятельность Господь Христос сводит к Своейбогочеловеческой личности и объясняет их черезнее. Поэтому и апостольская Православная ЦерковьХристова все в христианстве сводит кживотворящей личности Богочеловека: и учение, иистину, и правду, и добро, и жизнь. ОбразБогочеловека Христа – высшая ценность Церкви иее величайшая драгоценность. Все остальныеценности она получает он Него, как лучи от солнца.

Не надо себяобманывать: христианство есть христианствоБогочеловеком, в этом его исключительноезначение, достоинство и сила. Господь ХристосСебя самого, свою богочеловеческую личность явилкак Церковь, поэтому Церковь является Церковьютолько Богочеловеком и в Богочеловеке.

Все новозаветноесливается в единую, огромную, всеохватную истину:Богочеловек есть и сущность, и цель, и смысл, ивсеценность Церкви; Он есть и ее душа, и ее сердце,и ее жизнь; Он есть сама Церковь в своейбогочеловеческой полноте, ибо Церковь есть нечто иное, как Богочеловек Христос,распространенный во все века: се, Аз с вами есмь во вся дни доскончания века (Мф. 28: 20;ср.Еф. 1: 21-23).

Богочеловек есть главателу Церкви (Кол 1: 18ср. Еф. 1: 22; 5:23), единственная глава. В этомкачестве Он является Спасителем телу Церкви (Еф. 5: 23), единымСпасителем. Им одним, единым и неделимымБогочеловеком Церковь всегда одна, едина инеделима. Ибо всецелое тело Церкви Он какБогочеловек содержит в нераздельном единствеблагодати, истины и жизни. Тело Христово растетИм во все бескрайности божественной жизни;растет ростом Божиим в мерувозраста полноты богочеловеческой (Еф.4: 13), ибо всяческаяТем и о Нем создашася (Кол. 1: 16 ср. Еф 4: 15-16; Кол 1:10).Своей благодатной силой Он таинственнообогочеловечивает все члены Церкви, ибо смысл ицель существования Церкви в том и состоит, чтобыбогочеловеческой верой все привести в меру возраста исполненияХристова (Еф 4: 13), всеобогочеловечить.

Благодаря этомуЦерковь через всех своих Апостолов, Мучеников,Исповедников, Святителей и верных неустрашимоисповедовала и защищала более всего и превышевсего Богочеловечество Господа Иисуса, Егочудесную и незаменимую Личность. Милосердноснисходя к согрешившим, Церковь, защищаяпречистый и пресветлый лик Богочеловека Христа,всегда была ревностно неумолима и решительна восуждении и отвержении всех тех, кто хотькаким-то образом или порицал, или отрицал, илиунижал Богочеловечество Господа Христа. Церковьвсегда с радостью готова пойти на всеапокалиптические мучения, только бы защитить исохранить Его.

Что есть сущностьПравославия? Богочеловек Христос. Следовательно,все православное имеет богочеловеческийхарактер: и сознание, и чувства, и воля, имышление, и этика, и догматика, и философия, ижизнь. Богочеловечество – это единая категория,в которой движутся и осуществляются всепроявления Православия. Бог во всем на первомместе – человек на втором; Бог ведет – человекводим; Бог действует – человек содействует. И этоне некий трансцендентный, абстрактный,деистический Бог, но Бог самой непосредственнойисторической реальности, Бог, Который сталчеловеком, жил в категориях нашей человеческойжизни и во всем самым очевиднейшим образомпоказал Себя абсолютно святым, абсолютно добрым,абсолютно мудрым, абсолютно праведным, абсолютноистинным.

Как совершенномуБогочеловеку, Ему ничто человеческое ненеизвестно (ср. Ин. 2: 25).Он и стал человеком, оставаясь Богом, чтобы какБог дать человеческой природе божественные силы,которые бы приводили людей к самому тесному,богочеловеческому единству с Богом. И эта Егобожественная сила непрерывно действует вбогочеловеческом Его теле – в Церкви, соединяялюдей с Богом через благодатную и святую жизнь.Ибо Церковь есть не что иное, как чудесныйбогочеловеческий организм, в которомсотрудничество благодати Божией и свободнойдеятельности человека обессмерчивает,обогочеловечивает все человеческое, все, кромегреха.

В богочеловеческоморганизме Церкви всякий верующий подобен живойклетке, которая становится его составнойчастицей и живет его животворнойбогочеловеческой силой. Ибо быть членом Церкви –значит совоплотиться Богочеловеку, стать Его сотелесником (Еф.3: 6), членом Его богочеловеческоготела (1 Кор 12: 12-13; Еф. 5: 30);одним словом, обогочеловечиться во всецелойреальности своей человеческой личности. Есличеловек этого достигнет, то достигнетбогочеловеческого единства жизни и будет иметьживое и бессмертное ощущение, что перешел отсмерти в жизнь (ср. Ин. 3: 36;5: 24; 11: 25-26). При этом онвсем своим существом непрестанно ощущает, чтоЦерковь как богочеловеческий организм – этоБогочеловек, продолженный во все века. КакБогочеловеческая личность Господь Христоснеповторим, но как богочеловеческая сила и жизньОн непрестанно повторяется во всякомхристианине как органичном члене Своегобогочеловеческого тела – Церкви.

Называя Церковь теломХристовым (Еф. 1: 23; Кол 1: 24), святой Апостолсвязывает ее бытие воедино с тайной воплощенияБога Слова и показывает, что живое и неизменяемоеоснование реальной видимой Церкви обнаруживаетсебя именно в том, что Слово стало плотью (Ин. 1: 14).Он показывает, что Церковь, будучи Христовой,непрестанно и непосредственно зависит отвоплощенного Бога Слова во всем, что делает ееЦерковью. Неизменную же полнотубогочеловеческих даров и сил она получает отТого, Кто все ей принадлежащее исполняет Собою(ср. Еф. 1:23; Кол 2:9).

Поскольку Церковь всемсвоим существом и всею деятельностью своеюполностью зависит от воплощенного Бога, онаосновывается на исторической действительностиевангельского благовестия: Словоплоть бысть, то есть «Слово сталоБогочеловеком». Эта истина – главная истинаЦеркви, ее основание. Поэтому Церковь во всем и повсему прежде всего богочеловеческий организм, азатем богочеловеческая организация.

Вся природа Церкви вовсех своих проявлениях имеет богочеловеческийхарактер. Из этого логически проистекает и еебогочеловеческая деятельность в мире: воплотитьв человеке и человечестве все принадлежащееБогочеловеку. Миссия Церкви обнаруживается всамой ее природе: осуществить всебогочеловеческие ценности в мире человеческом.Воплощение Бога есть совершенное и цельноеоткровение Бога такому существу, как человек.Ведь став человеком, а не каким-либо другимсуществом, Бог показал, что Богочеловек –природа природы человека, истина истинычеловека; одним словом, сущность, смысл и цельбоголикой души человека. Исповедуя Богочеловека,Церковь вместе с тем исповедует настоящего,истинного, цельного, боголикого человека. Ибо внеБогочеловека нет настоящего человека.

Как ПравославнаяЦерковь хранит свою величайшую драгоценность,пресвятую Личность Богочеловека Христа? Онахранит Ее своей единой, святой, соборной иапостольской верою. Единством веры ПравославнаяЦерковь веками хранит единство и единственностьбогочеловеческой жизни и истины; святостью онахранит единственный свет жизни и истины в своембогочеловеческом теле; соборностью – цельностьбогочеловеческой жизни и истины; апостольством– неприкосновенность и преемственностьисторической реальности и животворностибогочеловеческого тела и дела Христова.

Только со всеми святыми, по словамапостола Павла (Еф. 3: 18),может познаваться чудесная тайна личностиХристовой; а это значит, что только со всеми святыми можноистинно и правильно веровать в БогочеловекаХриста. Только живя со всемисвятыми в соборном единстве веры, человекможет быть настоящим христианином, настоящимпоследователем Богочеловека Христа.Действительно, жизнь в Церкви всегда соборна,всегда в единении со всеми святыми. Поэтомуистинный член Церкви живо ощущает, что он однойверы с Апостолами, Мучениками и Святителями всехвеков, что они вечно живы и что всех иходновременно пронизывает одна и та жебогочеловеческая сила, одна и та жебогочеловеческая жизнь, одна и та жебогочеловеческая истина. Без соборности нетцерковности, ибо только действительная жизнь вЦеркви создает в человеке ощущение соборностиверы, истины и жизни со всеми членами Церкви всехвремен.

 «Приобрести соборноеустройство духа невозможно иным образом, кактолько через пребывание и жизнь в Церкви. Весьсмысл православного господства над временем иживой связи со святоотеческим временем состоитименно в нумерической тождественности Церкви,единой и единственной в своем вселенском,соборном и всевременном бытии, в непрерывностииерархической преемственности, (в непрерывности)совершения Таинства, общения веры и действующегов них единого Духа и единой благодати. Это и естьединство Тела Христова, единство дома Божиего, вктором не только некогда жили, но и теперь живут иобитают все те, кто преставился в Боге и вере: исвятые подвижники, и Отцы Церкви. И всякийсовременный священник, который совершаетЛитургию, не только повторяет те же самые слова,которые некогда возносили перед алтарем св.Василий Великий или св. Иоанн Златоуст, но и вреальном, непостижимом общении в буквальномсмысле вместе с ними сослужит Богу. На всякомбогослужении невидимо присутствует вся Церковь,как истинное «единое стадо», вместе и единодушновознося молитвы и благодарения Господу ИисусуХристу и Отцу Его. Это не психологическая,субъективная связь с прошлым, а онтологическоеединство жизни. В Церкви время останавливается,ибо здесь нет смерти и прекращение земногосуществования не разрывает живую связьпоколений».

В Церкви прошлоевсегда современно; настоящее в Церкви – этонастоящее всегда живым прошлым, ибо БогочеловекХристос, вчера и днесь Тойже, и во веки (Евр. 13:8), [Иисус Христос вчера и сегодня и вовеки Тот же.]непрестанно в Своембогочеловеческом теле живет одной и той жеистиною, одним и тем же светом, тем же добром, тойже жизнью и все прошедшее всегда делаетнастоящим. Отсюда живому православному ощущениюи сознанию все члены Церкви, начиная от святыхАпостолов вплоть до вчера почивших, всегдасовременны, так как всегда живы во Христе. Исейчас всякому настоящему православномучеловеку современны все святые Апостолы, иМученики, и святые Отцы. Более того, для него ониреальнее, чем многие из его современников потелу.

Это ощущениевсеединства веры, жизни и сознания составляетсущность православной церковности. Это ощущениеобнаруживает истину: Богочеловек естьнепрестанная животворящая сила, непрестаннопроявляющаяся в богочеловеческой жизни Церквичерез единство, святость, соборность,апостоличность веры, жизни и истины. Ведь чтозначит быть православным? Это значит быть внепрестанном подвиге изменения от человека кБогочеловеку, быть в непрестанном созидании себябогочеловеческими подвигами. При этом человекникогда не одинок: всякое его ощущение, и дело, имысль лично-соборны; они никогда не бываютисключительно личными и никогда исключительнособорными.

Когда православныйхристианин мыслит о чем-либо, он мыслит сострахом и молитвенным трепетом, так как знает,что в этом таинственным образом участвует весьсобор Святителей, весь лик всех членов Церкви.Православный христианин никогда не принадлежитсебе, но всем Святым, а через них пресвятомуГосподу Иисусу. Рассмотрев свой дух,православный христианин говорит себе: дух мойничто, если его не исполнить и не усовершитьДухом Святым.

У православногохристианина ничто не бывает по человеку, но всепо Богочеловеку; через непрестанныеевангельские подвиги он собирается в Боге, духего, и душа, и воля собираются Духом Божиим; все,что в нем заключено, собирается и соборуется вБогочеловеке. И он всем своим существом ощущает,что православная церковность – всегда святая ивсегда соборная и что категориябогочеловечности – это неизменная категорияцерковности, православности. Православныеправославны тем, что им непрестанно свойственноэто ощущение богочеловеческой соборности,которое они согревают и сохраняют молитвой исмирением. Они никогда не проповедуют себя,никогда не хвалятся человеком, никогда неостаются при голой человечности, никогда неидолопоклонствуют гуманизму. Святыехристоносные Апостолы дали раз и навсегдаформулу богочеловеческой церковности: изволися (угодно) бо Святому Духу и нам (Деян. 15: 28). СначалаДух Святой, потом мы – в той мере, в какой мыдопускаем Духу Святому действовать через нас.

В этойбогочеловеческой апостольской формулесодержится весь метод богочеловеческойдеятельности Церкви в мире. Этот метод усвоилиМученики и Исповедники, святы Отцы и ВселенскиеСоборы. Если ты отступишься от него, тоотступишься от Духа Святого, от святых Апостолови Мучеников, от святых Отцов и ВселенскихСоборов, отступишься от единства, святости,соборности и апостоличности богочеловеческойверы Христовой; одним словом, отступишься отГоспода Христа. Православная Церковь потомуединая, святая, соборная и апостольская, что неотступает от этого священного метода. Она потомуправославна, что непрестанно исповедует,содержит и хранит не только богочеловеческую,апостольско-соборную вселенскую идеологиюхристианства, но и богочеловеческую,апостольско-соборную вселенскую методикухристианства. Богочеловеческая идеологияхристианства может быть сохранена только егобогочеловеческой методикой. Господь Иисус есть иИстина, и Путь. Если отступишься отбогочеловеческой методики, то неминуемоотступишься и от богочеловеческой идеологии,отступишься от Богочеловека Христа.

Православная Церковьследует всей идеологии Богочеловека Христа, ибонеотступно придерживается богочеловеческойметодики святых Апостолов и Вселенских соборов.Человек православной, апостольской,святоотеческой веры ощущает и знает, чтоправославные люди – просто соработники ДухуСвятому; соработники, непрестанной молитвойвнимающие тому, что Он говорит; соработники,непрестанно творящие то, что Он желает;соработники, непрестанно проверяющие Им своимысли, и слова, и дела. А раз всеединствобогочеловеческой Истины всегда присущесоборному сознанию Православной Церкви, тосвятые Отцы и Учители Церкви непрестанноучаствуют в богочеловеческой жизни Церквиблагодатным действием Духа Святого. Поэтомуправославные патриархи в новое время заявляют всвоем Послании: «Учит Дух Святый Церковь чрезСвятых Отцев и учителей Кафолической Церкви…Церковь научается у Живоначального Духа, но неиначе, как чрез посредство Святых Отцев иучителей… Кафолическая Церковь не можетпогрешать или заблуждаться и изрекать ложьвместо истины, ибо Дух Святый, всегда действующийчрез вернослужащих Отцев и учителей Церкви,предохраняет ее от всякого заблуждения».

***

На европейском Западехристианство постепенно превращалось вгуманизм. Долго и упорно сужали Богочеловека инаконец свели к человеку – к непогрешимомучеловеку в Риме и к не менее непогрешимомучеловеку в Берлине. Так осуществился западныйхристианско-гуманистический максимализм –папизм, берущий у Христа все, и западныйхристианско-гуманистический минимализм –протестантизм, который у Христа просит минимум,зачастую ничего. И в папизме,  ив протестантизме как высшая ценность и высшийкритерий вместо Богочеловека воздвигнутчеловек. Там была совершена болезненная итяжелая коррекция Богочеловека, Его дела, Егоучения.

Терпеливо и упорнотрудился папизм, чтобы заменить Богочеловекачеловека, до тех пор пока в догмате онепогрешимости папы Богочеловек не был навсегдазаменен непогрешимым человеком. Так, этимдогматом человек однозначно и предельно яснопровозглашен не только чем-то большим, чемчеловек, но и большим, чем святые Апостолы, чемсвятые Отцы и святые Вселенские Соборы. Такимотступлением от Богочеловека, от вселенскойЦеркви, папизм превзошел Лютера – создателяпротестантизма. В самом деле, первый радикальныйпротест против единой, святой, соборной иапостольской Церкви надо искать в папизме, а не влютеранстве. В этом первом протесте иобнаруживает себя первый протестантизм.

Не стоит обманываться,западный христианско-гуманистическиймаксимализм – папизм – и есть радикальнейшийпротестантизм, так как он основание христианстваперенес с вечного Богочеловека на преходящегочеловека. И провозгласил это главным догматом, тоесть главной истиной, главной ценностью, главнымкритерием. А протестанты просто приняли этотдогмат в его сущности, развили его до неслыханныхразмеров и разработали до деталей. На самом делепротестантизм есть не что иное, как тотальнопримененный папизм, основной принцип которогопретворяется в жизнь каждым человеком вотдельности. По примеру непогрешимого человека вРиме всякий протестант – повторенныйнепогрешимый человек, так как претендует наличную непогрешимость в делах веры. Можносказать, протестантизм – это вульгаризованныйпапизм, но лишенный мистики, авторитета и власти.

За счет того, чтозападное христианство со всеми его бесконечнымибогочеловеческими истинами было сведено кчеловеку, оно превратилось в гуманизм. Это, можетбыть, выглядит парадоксально, но истинно своейнеопровержимой и непреклонной историческойдействительностью. Ведь западное христианство,по своей сути, есть самый решительный гуманизм,потому что оно провозгласило человеканепогрешимым и богочеловеческую религиюпревратило в гуманистическую. Об этомсвидетельствует то, что Богочеловек вытеснен нанебо, а на освобожденное место на земле поставлен«его заместитель и наместник», «Викарий Христа»[или«наместник» как, католики зовут Папу- ред. golden-ship.boom.ru ]… Какаятрагическая нелепость – вездесущему Богу иГосподу назначать заместителя и наместника! Иэта нелепость воплотилась в западномхристианстве.

Так совершено своегорода развоплощение воплощенного Бога,обезбогочеловечивание Богочеловека. Западныйрелигиозный гуманизм вездесущего Богочеловекапровозгласил не присутствующим в Риме, из-за чегоЕму и назначил заместителя в лице непогрешимогочеловека. Всем этим этот гуманизм как бы сказалБогочеловеку: ступал бы Ты из нашего мира вдругой, уходи от нас, у нас есть Твой заместитель,который Тебя непогрешимо во всем заменяет.

Эта заменаБогочеловека человеком на практике проявилась вощутимой замене христианской богочеловеческойметодики методикой человеческой, иногда дажеслишком человеческой. Отсюда аристотелевскийфилософский примат в схоластике, отсюдаказуистика и инквизиция в этике, отсюда папскаядипломатия в международных отношениях, отсюдаклерикальные партии в политике, отсюда папскоегосударство, отсюда прощение грехов путемдекретов и по радио, отсюда иезуитство вразличных формах.

Все эти факты наводятна заключение: гуманистическое христианство, посути, есть самый решительный протест противБогочеловека, Его аксиологии и критериологии. Вэтом опять-таки излюбленное желаниеевропейского человека все свести к человеку какк основной ценности и основному мерилу. А за всемэтим стоит единый идол – «Человеческое, слишкомчеловеческое»[название произведения Ф. Ницше.].

Сведениемхристианства к гуманизму христианство, безсомнения, упрощается и тем самым уничтожается.Совершив унификацию христианства с гуманизмом,сегодня уже кое-где в Европе помышляют о том,чтобы гуманистическое христианство древнейязыческое религией. Единичные призывы впротестантском мире: «Назад к Иисусу!» - всеголишь на всего немощные крики в промозглой ночигуманистического христианства, оставившегобогочеловеческие ценности и критерии и теперьзадыхающегося в отчаянии и немощи. А из глубинывеков звенит терпкое слово горестного пророкаБожиего Иеремии: проклятчеловек, иже надеется на человека! (17:5).

В широкой историческойперспективе западный догмат о непогрешимостичеловека не что иное, как попытка оживить иобессмертить умирающий европейский гуманизм.Это последняя трансформация и окончательноеторжество гуманизма. После рационалистическойпросвещенности 18-го века и близорукогопозитивизма века 19-го европейскому гуманизму неоставалось ничего другого, как распасться всвоих противоречиях и в своей немощи. Но втрагический момент религиозный гуманизм пришелк нему на помощь и своим догматом онепогрешимость человека спас европейскийгуманизм от очевидной смерти. Но, хотя идогматизированный, западный христианскийгуманизм не мог не содержать в себе все пагубныепротиворечия европейского гуманизма, единодушножелающие одного – изгнать Богочеловека с землина небо. Ибо главное, самое главное для гуманизма,чтобы человек стал высшей ценностью и высшимкритерием.

***

Итак, христианствоявляется христианством благодаря Богочеловеку,Его богочеловеческой идеологии ибогочеловеческой методике. Это основная истина,относительно которой не может быть никакихкомпромиссов. Этой основной истиной обусловленаи определена вся христианская аксиология икритериология.  Толькокак Богочеловек Христос является высшейценностью и непогрешимым критерием. Надо бытьоткровенным и последовательным до конце: еслиХристос не Богочеловек, тогда Он наглейшийсамозванец, ибо провозгласил себя Богом иГосподом. Но евангельская историческаядействительность неопровержимо показывает идоказывает, что Иисус Христос по всему и во всем– совершенный Богочеловек. Поэтому человек неможет быть христианином без веры в Богочеловекаи Его богочеловеческое тело – Церковь, которойОн оставил всю Свою чудесную личность.Спасительная и животворящая сила ЦерквиХристовой обнаруживается в вечно живой ивездесущей Личности Богочеловека. Всякоезамещение Богочеловека каким бы то ни былочеловеком и всякое выделение из христианстватолько того, что отвечает индивидуальному вкусуи разуму человека, превращает христианство вповерхностный и беспомощный гуманизм.

Ничто не ново подсолнцем, кроме личности Богочеловека Христа.Только она нова и вечно нова. Это то, что НовыйЗавет всегда делает новым и  новозаветнуюистину – всегда новой и вечной. Вечно молодая иновая в своем богочеловеческом совершенствеличность Богочеловека не может ни меняться, ни заменяться. Она всегда равнасебе и верна себе. Поэтому и Евангелие всегда ивсюду одно и то же, одно и то же и для людей наземле, и для ангелов на небе. Поэтому БогочеловекХристос – единое слово, единый разум, единыйсмысл человека и твари.  БезНего в  этом мире и дляэтого человека невозможна никакая, хотьсколько-нибудь приемлемая теодицея.

С чисто онтологическойточки зрения Богочеловек не чудо, анеобходимость такого мира и такого человека.Поэтому в Святом Евангелии и сказано, что БогСлово, воплотившись, во Свояприиде (Ин 1: 11).[ Пришел к своим] А чем же людиЕму Свои, если не своей боголикой душой? Ещесказано: сего бо и род есмы (Деян.17: 28).[ "мыЕго и род".] Не иным чем, но боголикоюдушою. И еще сказано, что Бог Слово бе свет истинный, ижепросвещает всякаго человека грядущаго в мир(Ин. 1:9)[Свет истинный, Который просвещает всякогочеловека, приходящего в мир.]. Поэтому,воплотившись, Он не обитал среди чужих, но средисвоих. И мы, исповедуя Богочеловека,опосредованно исповедуем христоликостьчеловека, божественное происхождение человека,божественную возвышенность человека, а значит, ибожественную ценность и неприкосновенность егочеловеческой личности. Если же не так, то чем бымы были свои Богу Слову и родом Божиим? В самом деле,борьба за Богочеловека есть борьба за человека.Не гуманисты, а люди богочеловеческой веры ижизни борются за настоящего человека, человекабоголикого и христоликого.

Исключительнаяважность христианства для рода человеческогосостоит в его животворной и неизменяемойбогочеловечности, которой оно наполняет смысломчеловеческую природу, изводя ее из ничтожестванебытия к свету Всебытия. Только своейбогочеловеческой силой христианство есть сольземли, соль, которая хранит человека, чтобы он неистлел в грехе и зле. Растворенное же в гуманизмехристианство теряет вкус, становится безвкуснойсолью, которая, по истинным словам Спасителя, нина что не годна, разве только на то, чтобы еерассыпали и попирали (ср. Мф. 5: 13). Всякое стремление и попыткасоотнести христианство с духом времени, спреходящими движениями определенныхисторических периодов и даже с политическимипартиями или с политическими режимами отнимают ухристианства ту специфическую ценность, котораяи делает его единственной богочеловеческойрелигией в мире.

Не сообразование иприспособление Богочеловека Христа к духувремени, а сообразование и приспособление духавремени к Христовой вечности, Христовойбогочеловечности – это и есть единственнаяистинная миссия Церкви Христовой в мире, Церквиапостольской и православной. Только так Церковьсможет сохранить животворную и незаменимуюЛичность Богочеловека Христа, эту высшуюценность во всех мирах, видимых и невидимых, и вовсе времена, бывшие, нынешние и будущие, ибо Онесть высшая ценность и мерило всего.

Меж двух философий

  Запряженныйв ярмо времени и пространства, человек тащитвселенную. Куда? На какие скалы он ее вытащит, накакие льдины, надвременные инадпространственные? Человек за человеком, племяза племенем, народ за народом, поколение запоколением – все одинаково впряжены в одно и тоже ярмо времени и пространства. И днем и ночью онитянут это тяжкое ярмо, гонимые некоей неодолимойсилой. Тянут и спотыкаются, и опять тянут, и сноваспотыкаются, падают и пропадают. Ради чего? Ктоэто их так запряг и никогда не распрягает? Овремя!.. Откройте мне тайну времени. Время – этогорькое бремя. А пространство? Грустный близнецвремени.

Нет ничего трагичнее,ничего горестнее, чем род человеческий,запряженный в тяжкое ярмо времени ипространства. Он тянет время, а не знает ни егоприроды, ни смысла, ни цели. Бесцельный плененбессмысленным. Бесцельность соревнуется сбессмысленностью, и в этом соревновании всегдапобеждает трагичность.

Существовать и жить вэтом мире не привилегия, разве не так? Но покакой-то непонятной необходимости ты вылезаешьиз небытия в бытие и сейчас же оказываешься вгорькой упряжке времени и пространства.Необычайное гостеприимство, не так ли? При этом,если ты послан в мир с хоть сколько-нибудьразвитым аппаратом чувств, то должен вскореощутить, как какая-то огромная тяжестьпридавливает все существа и какая-тонемилосердная внутренняя болезнь подтачиваетвсе существующее. И сердце твое вдруг станетслезоточивым, ты увидишь, что у всякого существаесть глаз, непрестанно источающий слезы откакой-то горькой тоски. И все слезы всех плачущихсуществ сливаются в сердце человеческое иразливаются по всему человеческому существу.Попробуй тогда сдержать сердце и не разрыдатьсянад тяжкой судьбой этого мира. И вот попыткаперерастает в вопль, твоя воля отчаяннобессильна перед давлением космической тоски,исходящей из всего твоего существа.

Этот мир… Что такоеэтот мир со всеми своими муками и тяжестями,трагедиями и страстями, как не безнадежныйсмертник? Да, безнадежный смертник, которыйпостоянно в муках умирает и никак не умрет. Чтонам остается? Скрежетать зубами и бунтовать? Нопротив кого и против чего? Эх, тщедушноечеловеческое создание никак не может найтиглавного виновника?! Оно дано людям лишь в тоймере, чтобы они могли им тщетно мучиться, ощущаясвою трагическую безысходность в этих ужасныхусловиях существования. Сознание человека –маленький светлячок в непроглядной ночи, повсюдувокруг сплошная темнота и непроглядный мрак.Гонимый неким внутренним беспокойством, бедныйсветлячок мчится из мрака в мрак, из малого вбольший.  Но вершина ужасав том, что величайший мрак есть наименьший из тех,что дальше. И так – бесконечность мрака.

Слишком развитаяспособность к познанию… Для чего она мне? Я хочуничего больше не желать. Слишком развитоеощущение… Зачем? Я хочу больше ничего не ощущать.Но самая несносная мука – это думать обессмысленности мысли. Мысль – это величайшаябессмыслица. О, если бы человек выдумал мысль, онбы легко нашел свой рай. Как? Упразднив мысль. Атак мысль навязана человеку; мысль думает итогда, когда человек упорно не желает этого.Мученики мысли, вы это знаете и чувствуете.Ощущением знаете, а это самое страшное знание.Найдите мне конец мысли, найдите мне ее смерть, итогда вы сможете стать величайшимиблагодетелями человечества. До тех пор, покачеловек чувствует, до тех пор, пока человекмыслит, он не может не плакать над жуткой тайнойэтого мира, плакать бесконечно и неутешно, ибочеловек в грусти беспределен и бесконечен. В этомего бессмертие. Бессмертие проклятое иназойливое. О, если бы измученный и охваченныйпечалью человек нашел смерть, в которой умерла бывсякая мысль без остатка, причем умерла на всевремена и на всю вечность!..

***

Таков человек и таковмир, если я их ощущаю не Христом, если смотрю наних не через Христа. Но с Ним все меняется. И я, имир вокруг меня. После встречи с Ним по человекупроходит что-то совсем новое, нечто ранее неощущавшееся, не встречавшееся, неизвестное. А отлюбви к Нему ощущение себя и мира преображается вчудесное благовестие, которому нет конца ни вовремени, ни в вечности. И через все бездны ипропасти мира в человеке нежно струится благой ичарующий голос, голос, который поддерживает всехутомленных, который подымает всех павших,который спасает всех пропавших, который лечитвсе раны, который утоляет всю тоску, которыйоблегчает все ноши, который услащает всю горечь,голос Единого Человеколюбца: приидите ко Мне вситруждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы,возмите иго Мое на себе и научитеся от Мене, якокроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покойдушам вашим: иго бо  Моеблаго, бремя Мое легко есть. (Мф. 11: 28-30)

Почему жизньчеловеческая тяжела человеку? Потому что человекнашел смерть и поселил ее в себе и во всехсуществах вокруг себя. А смерть – этонеиссякаемый источник всех мук и всякой горечи.Все нервы смерти исходят из человека, так какчеловек – это главный нервный узел смерти. Всамом деле, смерть – единственная горечь бытия,единственная горечь жизни. От нее-то и всятрагедия жизни.

Земная жизнь человекане что иное, как непрестанная борьба со смертью, сее разведкой и предтечами, с ее свитой и войсками.Здесь никогда не бывает перемирия, а тем болеемира. Смерть постоянно нападает на человека иснаружи, и изнутри. Как? Каким образом? Извне –через искушения, изнутри – через грехи, а изнутрии снаружи через видимые и невидимые болезни. Ивсе это: и искушения, и грехи, и болезни не чтоиное, как зубы смерти. И они постоянно грызутчеловека и снаружи, и изнутри. И что самоестрашное, они разъедают не только его тело, но идушу, и сознание, и совесть.

Из этого есть толькоодни выход, только одно спасение – воскресениеХристово, и в нем победа над смертью во всехмирах. Как смерть есть источник горечи ивсегоречь, так и воскресение Спасителя –источник всех радостей и всерадость. Человек,если только протрет свои глаза ото сна, не можетне ощущать и не видеть, что воскресший Господь –ничем и никем не заменимый Созидатель смысла ирадости горькой жизни человеческой на земле.

Что самое главное исамое важное в человеческой жизни? Несомненно,дать смысл своей жизни, которая и онтологически,и феноменологически обессмыслена смертью. А этозначит, обессмыслена грехом. Ибо грех и смерть –единственные обессмысливатели жизни исуществования; они обессмысливают и человека, ивсякую тварь, вытесняют из создания Божиего егопервобытную логосность и логичность, которуюСлово посеяло в нем при творении. В самом деле,грех и смерть – единственная бессмыслица в этоммире, единственная нелогостность, единственнаянелогичность. До тех пор пока в человеке обитаетгрех и смерть, бессмысленность опустошает и егосамоощущение, и самосознание, и жизнь, и мир.Только когда человек причастился радостиХристова воскресения, его душу посетит истинныйсмысл и слово, истинная логика и логичность, иповедут его в чудесный мир Христова бессмертия ибесконечности.

Без сладчайшегоГоспода Иисуса бессмысленна, страшна икратковременна жизнь земная, а тем болеебессмертие, бесконечное и незаканчивающееся. Гдеприсутствует смерть, там нет настоящей радости. Всвоем бредовом состоянии и безумствовании,произведенном грехом, в своем опьянениисладостью греха люди провозглашают радостьюжизни многочисленные бессмыслицы и безделицы. Абессмыслицей и безделицей является все, чтоудаляет человека от Господа Христа, что необеспечивает человеку Христово бессмертие исвятость.

И еще: где есть смерть,там нет настоящей истины, и правды, и любви.Только тот, кто победит смерть и освободит род человеческий от смерти, имеетистинную любовь. Что это за любовь, которая неосвобождает возлюбленного от смерти? ПоэтомуГосподь Иисус – Единый Человеколюбец. Авселюбовь – тем и вселюбовь, что содержит в себевсю истину, всю правду и все самое возвышенное,самое благородное, самое бессмертное, самоеразумное и самое божественное.

В самом деле,измученный человеческий род имеет только одногонастоящего друга – это Господь Христос, ибоХристос освободил человеческий род от самогоглавного врага – от смерти. Славным воскресениемСвоим Господь ввел человеческий род в русло рекибессмертия, которая течет в жизнь вечную. А мысли,а ощущения, а дела Христовых людей – все этомалые ручейки бессмертия, которые через порогивремени и пространства пробиваются и журчат,радостно торопясь к безбрежному морю Христовойчарующей вечности и богочеловечности.

Если из времениизгнать грех и смерть, то время станет дивнойувертюрой к божественной вечности, дивнымвведением в богочеловечность. По всеистинномуслову Вечного, Богочеловечного, веруяй в Мя имать живот вечный(Ин 6: 47). Время горько смертью и грехом; сладкимоно становится через бессмертие и безгрешность.Без Единого Сильного, без Христа время естьтяжкое бремя, с Ним же оно становится легким. Ачудный близнец времени – пространство и все, чтов нем, - всей своею тяжестью придавливает исминает человека. Страшное и устрашающее бремя,тяжкое и режущее ярмо. Только лишь при помощивсеблагого и всесильного Богочеловека это ярмостановится благим и бремя – легким. По истинномуслову Истины, иго бо Моеблаго и бремя мое легко есть (Мф. 11: 28)

Иго жизни мучительно,бремя существования тяжело, до тех пор пока ихнаполняет свинец греха и смерти. Если устранитсясилой Всевышнего свинец греха и смерти изсущности жизни и существования, то иго жизнистановится благим и бремя легким. Более того,жизнь преображается в радость, существование – ввосхищение. Это радость жизни, радость бытия,радость существования, которая не прекращаетсяни в этом, ни в ином мире. Когда Вечный иБогочеловечный укрепит, исполнит правдой иобессмертит человека, иго жизни становитсяблагим и бремя легким. И человек всем своимсуществом ощущает, как тихий божественный светзаливает его из всех глубин Слова и высотбогозданного времени и пространства.

Для мыслящего человекаи время, и пространство – чудовища, если их ненаполняет смыслом вечность, а значит,богочеловечность, ибо мы не знаем иной вечностикроме той, что проявилась в категории, в факте, вакте богочеловечности. Вечность, соединенная современем, впервые вся предстала передчеловеческим сознанием в личности Богочеловека.Бог – владелец и носитель вечности, человек –представитель времени, Богочеловек – высший,полнейший, совершеннейший синтез вечности ивремени. Время обретает свой настоящий смысл всоединении с вечностью в богочеловеческой жизниГоспода Иисуса.

ОсвященноеБогочеловеком, время показывает свои логосныесвойства, ибо и оно произошло через Слово (ср. Ин 1:3). Время в своейсущности логосно, поэтому оно и есть введение вЛогосную вечность через богочеловечность.Воплощенный Бог Слово убедительно показал, чтовремя есть подготовка к вечности. Кто входит вовремя, тот тем самым входи в преддверие вечности.Таков закон нашего существования.

Находящийся вовремени, человек есть существо, подготавливаемоек вечности. Без Бога Слова страшна, бессмысленнаи мучительна земная временная жизнь, а тем болеевечность. Вечность без Бога Слова – это и есть ад.А земная жизнь без Бога Слова есть введение иподготовка к аду. Ведь ад – это не что иное, какжизнь без Слова, без Смысла, без Логики. Только ваду нет ни слова, ни логики, ни смысла.Человеческий ад начинается еще на земле, есличеловек не живет Словом и Христом. Но и рай длячеловека начинается еще  здесь,на земле, если человек живет Божественным Словом– Богочеловеком Христом. Воплощенный Бог Слово– это и смысл, и логика, и рай для человеческогосущества. А все, что противологосно и нелогосно,тем самым бессмысленно и нелогично. Это и есть то,что приводит человека в адское состояние,которое и претворяет жизнь человека в ад.

Человек? Предваряющеесущество, существо, которое подготавливается квечности через богочеловечность. БесконеченХристов человек и бессмертен, ибо он перешел от смерти в живот (Ин5: 24). Смерть не перерубает его, онпродолжается из времени в вечность. Живявоскресшим Господом, он христоощущением делаетбессмертным свое самоощущение и христосознаниемделает бессмертным свое самосознание.

Человеческие ощущения?Предваряющие ощущения, которыебогочеловечностью претворяются в вечные. Тольков этом случае ощущения не становятся мукою длячеловеческого духа. Если бы вы пожелали, выдолжны были бы увидеть, что ощущения для вас –величайшая мука, и ужас, и ад, до тех пор пока из некоснется чудесный Господь Иисус. Если Онкоснется их, они превращаются в радость, ввосхищение, в рай. Без сомнения, ощущенияблагословенны только в христоощущении, без этогоони проклятие и ужас. Человек для того и былсоздан боголиким, христоликим, духоликим, чтобысуть его ощущений была богостяжательной,христостяжательной и духостяжательной.

Человеческие мысли?Смысл их в том, чтобы войти в вечное, вбогочеловечное. Мысль – тяжелое и мучительноебремя. Только как Христова мысль становитсялегким и милым грузом. Когда мысль приобретаетсмысл, охристовляется, тогда она получает своювечную ценность, и радость, и смысл. Без этоговсякая мысль – это маленький ад. А все вместе –ад бесконечный и вечный.

Нет большего ужаса, чемвечность без Христа. Я бы с большей радостьюжелал быть в аду со Христом (простите мне этотпарадокс), чем в раю, в котором нет Христа. Ведьтам, где Его нет, там все превращается впроклятие, в горечь, в ужас, там крошечное зерночеловеческого самосознания повергается вбескрайнюю тьму и бесконечный мрак, там телопревращается в тяжелое бремя, а душа – впроклятое ярмо. Кто хоть немного промучилсямукой человеческой, должен был ощутитьистинность апостольских слов: Благословен Бог..,благословивый нас всяцем благословением… оХристе (Еф. 1:3). БезГоспода Христа и вне Него человека несут и уносятчерные подземные реки проклятия и зла.

Только в Сладчайшем мыощутили и познали, что этот мир есть введение иподготовка к тому миру; время – введение иподготовка к вечности; земная жизнь – введение иподготовка к вечной жизни; земное добро –введение и подготовка к добру вечному. Добре,рабе благий и верный: о мале ми был еси верен, надмногими тя поставлю, вниди в радость Господатвоего (Мф. 25: 21). Нельзязабывать: только освященные и просвещенныебожественным светом Богочеловека, мы увидели иощутили всю пагубность зла и греха. Земное злоесть введение и подготовка к вечному царствугреха – к аду. Только христоносцы знают дотонкостей тайну добра и зла, ибо имеют чувстваобучена долгим учением в рассуждении добра же изла. (Евр. 5: 14). Болеетого, они совершенно познали менталитет Сатаны идиалектику философии зла, по словам Апостола,  не не разумеваем боумышлений его (Сатаны) (2 Кор. 2:11).

На логосном основаниичеловеческого боголикого существа время ивечность органически соединены, онтологическисвязаны соразмерно величине человеческогосущества. Опираясь на эти имманентные элементывечности в себе, человек может превратить себя вдивное существо. Боголикость есть неиссякаемыйисточник богостяжательных творческих сил вчеловеке, с помощью которых человек созидаетсебя как существо вечное.

Грех нарушил этоимманентное единство времени и вечности вчеловеческом существе, и в человеке образоваласьстрашная пропасть между временным и вечным, вкоторой человеческая мысль и человеческоеощущение непрестанно задыхается. Какпротивобожеская и противологосная сила, грехобезбоживает, делогосирует, обессмысливаетчеловека. А это значит, что грех омертвляетчеловека, удаляет его от единственного источникажизни, бессмертия и вечности – от Бога.

Живя грехом, человекобособляется, замыкается в себе, провозглашаетсебя центром всего, признает только себя. Чемглубже он погружен в грех, тем глубже делаетсяпропасть в его сознании и ощущении междувременем и вечностью. Обращенный к внешнему миру,человек греха ощущает и видит страшную расселинумежду собою и остальными людьми, между собою иостальными существами. Утопая в безднеэгоистической обособленности, он постепенноутрачивает ощущение всеединства родачеловеческого, до тех пор пока совсем его неутратит. Пропасть мех ним и мирозданием в целомстановится бездной бескрайней и непреодолимой.Он видит только себя, ощущает только себя,признает только себя и никого более ни над собою,ни около себя. Повсюду он, только он – самозваный,мизерный бог на своей помойке. Отсюда так многолюдей с недалекими мыслями, с короткимиощущениями, которые не могут оторваться от себя иперейти к другому. Эгоистичные мысли и чувства,искалеченные и обезображенные самолюбием, непризнают ни людей, ни Бога, ибо не достигаютвечного и богочеловеческого. Роковая расселиназияет в мыслях, в чувствах, в жизни; проклятыйраскол доминирует в сознании, в сердце, в душе,раскол, который опустошает фаустовский типчеловека: «две души в мое груди».

Богочеловек – первый,кто, устранив грех, перебросил мост через вырытуюгрехом пропасть между временем и вечностью,между человеком и Богом, между человеком иостальными существами. Этим Он восстановил вчеловеческом сознании и ощущении единство междучеловеком и Богом, между временем и вечностью,между этим миром и тем. Следовательно, люди духаХристова, Христовой веры, борясь против греха,борются за целостное ощущение мира, зацелостного человека.

Грех разрушил единствочеловеческого самоощущения, самосознания, мысли,жизни, существования, бытия. А тем самым иединство человеческого ощущения мира. Христоваборьба против греха не что иное, как борьбапротив этой единой силы, которая роковым образомразбила в человеке ощущение единства человека иБога, времени и вечности, ощущение всеединства.Богочеловек Своей богочеловеческой жизнью далСвою богочеловеческую философию всеединства. Вэтой жизни и в этой философии нет места злу, грехуи смерти.

Человек создан Богомкак макрокосмическое существо, поэтому иестественно, и логично, чтобы в нем быломакрокосмическое ощущение мира,макрокосмическое осознание мира. Поэтомучеловек, не тронутый и не разбитый грехом,ощущает органическое единство всех созданий: ирадости, и тяжести тварей он ощущает как свои, таккак неким таинственным образом он несет в себесудьбу всех существ. Пример – Адам. До паденияощущение всеединства доминировало в Адаме. Икогда он пал, то повлек за собою в грех и смертьвсю тварь. Менее давние примеры – Апостолы,Мученики, Святители и все настоящие Христиане. Апример примеров – апостол Павел. Никто такглубоко и сильно, как он, не ощущает, как вся тварьвоздыхает и печалится вместе с людьми, воздыхаети печалится от греха и из-за греха, от смерти ииз-за смерти, которым их подчинил грехолюбивыйчеловек (ср. Рим. 8: 19-23).

Реинтеграция тварисовершена в Личности Богочеловека Христа. А отНего и через Него переносится на всех Его сотелесников (ср. Еф. 3:6), на всехлюдей, которые привились к Нему как виноградные рождия к лозе (ср. Ин. 15: 1-7). Из Него к нимисходит богочеловеческое ощущение и сознаниевсеединства жизни и твари. Этим ощущением исознанием особенно богаты облагодатствованные иохристовленные души святых. И их самоощущение иощущение мира, и их самосознание и осознание мирадействием Богочеловека восстановлено, исцеленоот греха. Возрожденные душой, они постепенноисцеляют от греха и тварь вокруг себя, возвращаяей первобытное всеединство. Как сыны Божии поблагодати, они лечат это естество онраздробленности, от тления, от дезинтеграции (ср.Рим. 8, 19-21).

Действительно,богочеловеческой реинтеграцией человека вчеловеке созидается ощущение и сознаниемакрокосмического всеединства. И Христовчеловек всю тварь и на небе, и на земле видит вбогочеловеческом всеединстве: и ощущает, исознает, что Христом создано все, и на небе, и наземле: свяческая Тем и о Немсоздашася, и Той есть прежде всех, и всяческая вНем состоятся и Той есть глава телу Церкви (Кол 1: 16-18).

Евангельскимиподвигами человек восстанавливаетмакрокосмическое единство в своем сознании,ощущении, жизни. В этом перерождении и созиданиисебя Христом участвует весь человек: всей своейдушой, всем сердцем своим, всем своимпомышлением, всей своей силой. И весь растетростом Божиим в меру роста полноты Христовой, вчеловека совершенна (ср. Еф. 4: 13; Кол 1 : 29;2:19). Человекутрачивает евангельское ощущениемакрокосмического всеединства, когдасознательно отдается злому деланию и в себе, и вмире вокруг себя (ср. Кол. 1: 21).

Богочеловеческаяфилософия, философия по Христу – это философиячеловека, Христом обновленного, Христомперерожденного, Христом освященного, Христомобожженного. В ней доминирует богочеловеческоеощущение, и сознание всеединства бытия и твари.Все же, что парализует, омертвляет и отравляетэто богочеловеческое ощущение и сознаниевсеединства, составляет философию по человеку,по огреховленному и омертвленному человеку.

В самом деле,существует только две философии –богочеловеческая и человеческая. Одна –философия богочеловеческого монизма, другая –философия человеческого плюрализма. Всячеловеческая философия движется позаколдованному кругу смерти и смертности, вкоторой и ощущение и сознание разрушено грехом.Здесь и мир, и человек – легион, здесь и человеку,и миру имя – легион. Здесь все дышит смертностью,здесь все «человеческое, слишком человеческое».Поэтому христоносный Апостол мудро советует: (Братие), блюдитеся, да никтожевас будет прельщая философиею и тщетною лестию,по преданию человеческому, по стихиям мира, а непо Христу (Кол 2:8) [Смотрите, братия, чтобы кто не увлеквас философиею и пустым обольщением, по преданиючеловеческому, по стихиям мира, а не по Христу].

Богочеловеческаяфилософия – философия богочеловеческого опыта,в ней все основано на опыте, на восприятии, наделе. Здесь нет ничего абстрактного, ничегоирреального. Только богочеловеческаядействительность. Ибо в Богочеловеке Христе живет всяко исполнениеБожества телесне. Поэтому и дается совет: да будете в Нем исполнени.(Кол. 2: 9, 10) [ибов Нем обитает вся полнота Божества телесно, и выимеете полноту в Нем, Который есть глава всякогоначальства и власти].

Всей своей личностьюуходя в Господа Иисуса и преисполняя себя Им,человек исполняет себя богочеловеческимощущением и сознанием макрокосмическоговсеединства. И он пламенно ощущает, что всеответственны за всех; болезни всех существ – егоболезни, печали всякой твари – его печали. ВоХристе все составляют единое богочеловеческоетело – Церковь. А Христос – главателу Церкви (Кол 1: 18). Он дает мысленность мысли,чувствительность чувству всякого христианина;Он соборует во всяком члене Церкви ощущение исознание, и каждый живет совсеми святыми (Еф. 3: 18), ибо живет ГосподомХристом. Отсюда в Церкви богочеловеческаяфилософия всеединства; отсюда в нейбогочеловеческое ощущение всеединства.

От раздробленности иатомарности чувства и сознания человекспасается только богочеловеческой жизнью. Так онспасается и от эгоистической обособленности,которая есть не что иное, как своего родасатанизм. Ведь сатана – это самое одинокоесущество во всех мирах. Он полностью утратилощущение макрокосмического всеединства.Воистину, сатана одинок в абсолютном смысле.Поэтому человеческий эгоизм, человеческоеобособление ради самого себя, отрыв человека отмакрокосмического всеединства не что иное, какпоспешное устремление к сатанизму. Ведь сатанатем и сатана, что его самосознание и самоощущениеполностью оторваны от Бога и от всех другихсуществ и созданий.

Спасение от сатанизма,от солипсизма, от эгоизма заключается только вобогочеловечивании, ибо обогочеловечиваниемобретают былую целостность самоощущение,самосознание и ощущение мира. Человек ощущает исознает себя обиженным во всяком существе и вовсякой твари. Всеединство есть самаядействительная  и самаянепосредственная реальность и для человеческогосознания, и для человеческого ощущения. Такойчеловек непрестанно собирает себя в Боге:молитвою, верою, любовью, правдою, милосердием,истиной и остальными евангельскими подвигами.Это собирание себя в Боге, это сосредоточениесебя в Богочеловеке усиливает человеческоеощущение и сознание макрокосмическоговсеединства до небывалых размеров. И Христовчеловек омывает всю тварь и все существа своейбескрайней любовью. И со слезами молится за всехи за вся, ибо он как никто ощущает и знает, чтолюбовь Христова есть единственное спасениегрешника и бессмертное празднество праведника. Вней вся философия непреходящего оптимизма, также как в сатанинских сетях – вся философиячеловекоубийственного пессимизма. А передчеловеком стоит и та, и другая.

Невидимое в видимом (тайнадобра и зла)

О, мир невидимый, тебямы видим,

О, мир недоступный,тебя мы касаемся

О, мир неизвестный,тебя мы знаем,

Непостижимый, мыпостигаем тебя.

Невидимое – это сердцевидимого, ядро видимого. Видимое есть не что иное,как кожура вокруг невидимого. Бесчисленныобличья, в которые одевается невидимое.Одевается и переодевается. Видимо солнце, ноневидима сила, которая его прогревает. Видимыбесчисленные созвездия, но невидима сила,которая их мудро двигает и ведет черезбескрайние пространства, на сталкивая друг сдругом. Видим магнит, а сила его невидима. Видимаземля, а ее притяжение невидимо. Видим соловей, аневидима та жизненная сила, благодаря которой онсуществует. Видимы многие существа на земле, а невидима та сила, что дает им жизнь и дает им жить вграницах жизни. Видима трава, видимы растения,видимы цветы, но невидимо то, что из одной и той жепочвы производит разнообразные травы, различныецветы, различные плоды.

Земля! Интереснейшая изагадочнейшая мастерская и в то же времягениальнейший творец. Она непрестаннопроизводит из себя и живых существ, и травы, иминералы. В ней одновременно формируются и розы итерние, пшеница и куколь, базилик и полынь, ладани герань. Это настолько очевидно. Но именно этаочевидность и заставляет задать вопрос: ктопроизводит это из земли, кто созидает через нее,кто ею орудует? Вот полынь и базилик растут однаподле другого, на одном и том же квадратномдециметре, и в то время как семя базилика земляделает благоуханными, семя полыни она делаетгорьким. А физические законы, условия одни и теже: и солнце, и луна, и звезды, и почва, и снег, иветер, и дождь, и мороз, и засуха – все то же, арезультат диаметрально противоположный. Какимобразом солнечный свет и капли дождя в базиликепревращаются в аромат, а в герани в смрад? И еще:каким образом земные соки в черешне превращаютсяв сладкое, а в полыни – в горькое? Кто совершаетэту необычную дифференциацию? На одной и той жепочве, при одинаковых условиях возникают, растут,созревают самые разнообразные и самые непохожиеплоды и травы, живут самые различные существа,обитают самые противоположные создания. Кточерез все существа и создания проводит этувеликую тайну жизни и существования? Втождественном – различное, в едином – многое… Имысль человека не может не преклоняться передсвятой библейской истиной: Ирече Бог: да произрастит земля былие травное,сеющее семя по роду и по подобию, и древоплодовитое, творящее плод, ему же семя его в нем,по роду на земли… И рече Бог: да изведет землядушу живу по роду, четвероногая и гады, и звериземли по роду. И бысть тако (Быт. 1:11,24).

Ясно, что творческую,животворящую силу земля обрела от Бога. Богперенес на нее часть своей всесильнойбожественной энергии, и земля таинственнымобразом продолжает творческое и животворящеедело Божие. Отсюда столько неисчерпаемых сил ибогомудрой целенаправленности в земномсозидании. Слово Божие оплодотворило землю инавсегда сделало ее деятельной, плодотворной иживотворной.

Не только в начале, но итеперь, и всюду земля творит, производит иживотворит по слову Божиему. Подумайте только, -говорит святой Златоуст, - как земля произвелавсе только словом Господним. Тогда еще не было ничеловека, ее обрабатывающего, ни борозды, нипашущих волов, ни хоть какого-то попечения о ней,но как только она услышала заповедь, сразу жеисполнила то, что ей должно. Отсюда мы познаем,что и сегодня нам приносит плоды не усердиеземледельца, не труд и усилия в обработке земли,но прежде всего слово Божие, сказанное земле вначале. С другой стороны, исправляя позднейшеечеловеческое заблуждение, Божественное Писаниенам точно излагает по порядку, как все произошло,чтобы этим отстранить праздную болтовню тех, ктона основании своих заключений утверждает, чтодля созревания плодов необходима деятельностьсолнца. Есть также и такие, кто все существующееприписывает неким звездам. Поэтому нас  и учит Дух Святой, что землядо создания этих стихий, покоряясь слову ивелению Божию, произвела все семена, при этом ненуждаясь в чьей-либо помощи. Вместо всего этогодля нее достаточно слова Божиего: да прорастит земля былиетравное, сеющее семя по роду и по подобию…Пусть люди возделывают землю, пусть используют вэтом деле скот и проявляют великую заботу, пустьи все временные обстоятельства будутблагоприятны, и все прочее будет толькоспособствовать; если не будет на то волиГосподней, все будет тщетно, все напрасно, и отмножества трудов и стараний не будет никакогопроку, если рука Всевышнего не поможет и неодарит зрелостью посеянное.

В видимом мирепоражает факт, что все самое главное в немневидимо. Невидим воздух. А разве есть что-либоболее необходимое для жизни людей, животных,растений? Невидимы молекулы, невидимы атомы,невидимы электроны. А разве видимый мир не сотканиз этих невидимых нитей? Невидимые частицысоставляют видимый мир! Как это невидимоепреображается в видимое? Каким образомсовершается переход невидимого в видимое? Кактак получается, что невидимые частицыобъективируются и проявляются как видимыйматериальный свет? Почему невидимые частицыприобретают столь видимые, столь ощутимые, стольмногочисленные формы? Видимая материяобразована из невидимых частиц. Это парадокс, нои факт. И на этом парадоксе стоит и существуетэтот мир. Видимое стоит на невидимом и состоит изневидимого. В самом деле, в видимом мынепрестанно усматриваем и наблюдаемобъективизацию и манифестацию невидимого. Таковзакон, который царит в мире видимом, но в то жевремя бесконечно загадочном и безмернотаинственном.

И человек под этимзаконом. Все самое основное в человеке невидимо.Око человеческое видимо, но сила, что смотритэтим оком, невидима. Ухо человека видимо, но сила,что этим ухом слышит, невидима. Руки человеческиевидимы, но сила, что их движет, невидима. Поступкичеловека видимы, но сила, которая человеческоежелание претворяет в поступки, невидима. Телочеловеческое видимо, но невидима та сила, которойоно живет, двигается и существует. Назови этусилу субстанцией, душою, энтелехией, энтузиазмом,волей или другим каким названием, все равно, эточто-то невидимое. А значит, видимое существо,которое мы называем человеком, живет исуществует чем-то невидимым. (ср. Деян.17: 28).

  Человек-это самый яркий пример того, как невидимоепретворяется в видимое: его невидимые мысли, егоневидимые ощущения, его невидимые желанияпретворяются в видимые дела, в видимые поступки,в видимые подвиги. С какой стороны ни посмотреть,человек, всякий человек – чудотворец уже самимтем, что он человек. Ибо он непрестанно творитчудеса, претворяет невидимое в видимое. Защищаясвою честь, он защищает нечто невидимое и готовради этой невидимости пожертвовать тем, чтоявляется видимым – телом. Как ощущение, любовьесть нечто невидимое, а сколько жизней былопожертвовано за нее, невидимую! Совесть, по своейсути, есть нечто самое внутреннее, самоеневидимое, но по действенности своих проявленийчто есть более очевидное и ощутимое, чем совесть?Люди защищают свои убеждения, идут на смерть заних, а разве убеждения не есть нечто невидимое? Ивообще, все человеческие мысли и ощущения, ижелания, и убеждения, по сути, нечто невидимое,однако их манифестации очевидны и ощутимы.Видимый человек есть только проявление, проекцияневидимого человека, внешний – внутреннего.Видимый стоит на невидимом и существуетневидимым и от невидимого.

В конце концов,основание всего видимого невидимо: основаниечеловека – душа, мира – Бог. Невидимое естьипостась всего, основание всего, субстанциявсего, то есть то, на чем стоит мир и все, что естьв мире. Это должен ощутить всякий человек, еслисерьезно всмотрится хоть в какую-нибудь тайнуэтого мира и этой жизни. На дне всего видимоготаится невидимая сила. Невидимое есть самаяглавная твердыня в мире наших земных видимостей– электричества, радио. Гравитационная силаневидима, но сильнее всех планет, она расставляетих, как детские шарики для игры.

Невидимое естьсердцевина видимого – это закон над всемизаконами в этом мире: невидимое владеет видимым.Этот мир – Божия лаборатория, в которойневидимое превращается в видимое, но только доизвестной степени. Ибо имеется и границапретворения невидимого в видимое, потому чтоневидимое всегда шире, бескрайнее и бездоннее,чем видимое. Как душа несравненно шире, выше иглубже тела, в котором она заключена, так же иневидимая суть всякого создания шире, выше иглубже самого этого создания. Вдействительности, видимое есть овеществлениеневидимого, но только в известной мере. А вокругвидимого и за видимым простирается безбрежноеморе невидимого.

По этим законамосуществилось и воплощение Бога. Только здесь мысталкиваемся с совершенным примером Невидимогов видимом. В маленьком, но видимом теле человекаскрывался невидимый Бог. Здесь вся тайна – ималого мира (микрокосма), и всецелого мира(макрокосма). Но все по тому же закону невидимогов видимом.

В появлениивоплощенного Бога нет ничего неестественного и«незаконного» ничего нелогичного  и ненормального и даженичего удивительного.  Ибов этом мире все видимое есть сокровищницаневидимого. Воплотившись, Господь Христосневидимого Бога сделал в определенной меревидимым. Неописанного в некоторой степени описалплотью. И так осветил всю тайну всех миров:невидимое есть душа всего видимого, из всехбесчисленных видимых созданий исходятбесчисленные невидимости, а над всеми и во всех –Он, Единый, Невидимый, Господь и Бог миров,Трисветлый и Триединый. А совершеннейшее видимоеявление невидимого Бога – воплощенное СловоБожие, Господь наш Иисус Христос, Иже есть образ Боганевидимого (Кол.1: 15),яко в Том живет всякоисполнение Божества телесне. (Кол2:9)

Богочеловек Христос, иИм, по Нему и через Него – христиане. Очевидно,христиане суть тем христиане, что Христомощущают тайну жизни и мира, Христом объясняют ее.Видимое объясняют невидимым и, наоборот,невидимое объясняют видимым; человека объясняютБогом, но и Бога – человеком, то есть человеком вБогочеловеке Христе. Человек без Богочеловека –ужас, а Бог – и того больше. Вне Богочеловекачеловеческой мысли нигде нет покоя. Отовсюдуугрожающе разверзаются пропасти и ужасныебездны. Богочеловек есть самый совершенныйсинтез Невидимого в видимом, Вечного ивременного. Поэтому Он и самый совершенныйкритерий Божиего и человеческого, духовного ифизического, видимого и невидимого в миречеловеческом. И невидимое, и видимое в миречеловеческом Он максимально наполняет смыслом,чтобы крошечная мысль человека не сошла с ума надогромной тайной мира.

Христиане суть темХристиане, что во временном ищут вечное, ввидимом – невидимое, в человеческом – Божие.Паломники вечности, они через временное  шествуют вечным, черезчеловеческое – богочеловечным. Они непрестанноищут божественное золото в земном болоте. Инаходят. Для них вещи прозрачны: через видимоеони видят невидимое, через временное – вечное. Вовсем видимом они ищут  инаходят эту невидимую суть, это невидимое ядро,что таинственным нервом связывает видимое сНевидимым. В самом деле, наше призвание – идтичерез видимое к невидимому, искать в видимомневидимое, через видимое смотреть на невидимое, ввидимом жить невидимым, ибо невидимое вечно, авидимое временно и преходяще. По слову апостолаХристова, не смотряющим намвидимых, но невидимых: видимая бо временна,невидимая же вечна. [мы смотрим не на видимое, нона невидимое: ибо видимое временно, а невидимоевечно.] (2 Кор 4:18)

Для нас, христиан,христоосвещенных и христопросвещенных, все вэтом мире имеет смысл и ценность постольку,поскольку является средством и путем кдостижению вечного, так как мы обращаемся к тому,что невидимо, мы видим невидимое. Всю свою жизньво времени мы регламентируем только вечным,человеческое – богочеловеческим. Если вграницах времени присутствует вечное, мыпитаемся им, если нам его недостает, мы обретаемего по ту сторону времени, в царстве бесконечногои невидимого. Мы все видим с точки зрениявечности, то есть с точки зрения Христовой, ибо Он– вечный Бог и Господь  вграницах человеческого тела.

Действительно,христиане, простые или ученые, смотрят на это мири оценивают его и все, что в нем, с точки зрениявечности. Ибо Господь Христос – Вечный, и еготочка зрения и видение этого мира – это точказрения и видение Вечного. Всякий христианин всамой вере своей имеет Христову философию жизнии мира и на все создания, все существа, всесобытия в мире смотрит с Христовой точки зрения,а это значит, с точки зрения вечности ибогочеловечности. Поэтому только вбогочеловеческой  вере ив богочеловеческой философии людямдействительно дана возможность и сила реальновзглянуть на мир с точки зрения Бога, с точкизрения вечности. В остальных философиях такойвзгляд будет или абстракцией, или гипотезой, илинеосуществимым желанием, но никогда очевидной инеопровержимой действительностью.

Это наша единая иединственная точка зрения, наш единый иединственный критерий, ибо Господь Иисус Своеюличностью и жизнью показал нам, как вечный Богоценивает этот мир и все, что в нем, как смотрит налюдей и все, что в них, как оценивает человеческиепоступки и всю историю рода человеческого.Только в свете Вечного и Богочеловечногооткрывается настоящая ценность всеговременного. И только через вечность ибогочеловечность временное обретает свойистинный смысл и свою настоящую ценность. Каклуна от солнца.

Нельзя сбрасывать сосчета и то, что человек приобретает способность ина себя и на окружающий мир смотреть с точкизрения Бога, оценивать Божией оценкой, меритьБожией мерою, только если благодатными подвигамиевангельской веры он совоплотится Христу, станетЕго сотелесником (Еф. 3:6),составным членом Его богочеловеческого тела –Церкви. Другими словами, если он всем своимсуществом, всей своей душой, всем своим сердцем,всей своей силой воцерковится и оцерковится, тоесть посмотрит на мир глазами Церкви. Все этодостигается лишь непрестанным, благодатнымделанием евангельских подвигов веры, любви,надежды, молитвы, поста, кротости, смирения,терпения  и т.д. Ислучается таинственное и благодатное срастаниедуши человеческой с Господом Христом, как лозы с рождием (ср. Ин. 15: 1-7)

От всякогоевангельского подвига в душе произрастает поединому оку, и от многих подвигов – многие очи,которыми душа смотрит и видит невидимое ибогочеловеческим судом оценивает все события всебе и в мире около себя. Если человекподвизается подвигом евангельского милосердия,то в душе у него должно возникнуть око, котороепристально обращает взор на то, что Христово, идень и ночь ища то, что вечно и богочеловечно.Если он подвизается подвигом евангельской любви,евангельской молитвы, евангельского поста иостальных добродетелей, в душе его умножаютсяочи, которые обращены к невидимому и видятНевидимого. Так, через евангельские добродетелидуша  человеческаянаблюдает за всем тем, что есть Божие и вечное вмире временного существования. Если в человекенет евангельских добродетелей, душа остаетсяслепою ко всему, что бессмертно и вечно и в этом, ив ином мире (ср. 2 Петр 1: 3-9).

Евангельскиедобродетели, эти евангельские очи душичеловеческой, видят невидимые истины Божии,рассеянные по видимым созданиям, видят невидимыеистины Божии, которые в воплощенном Боге Слове,Господе нашем Иисусе Христе, стали видимыми иочевидными до крайней степени. Без евангельскихдобродетелей человек остается навеки слепым кистинным ценностям в этой жизни и, как слепец, наощупь блуждает через ущелья страшных тайн этогомира, пока наконец не сорвется в какую-нибудь изних и не разобьется совсем.

Обширное земное полезасеяно семенами вечности. Небесный Сеятельпоказал, что этот мир создан с целью стать нивой,на которой взойдет, взрастет и созреет семявечности (ср. Мф. 13: 18-23;36-43; Лк 8: 5-15). Враги человеческой вечности, зло игрех, своим тернием и бурьяном заглушают это семяи делают Божию ниву бесплодной. Есливоплотившийся Бог своей богочеловеческой жизньюи учением и открыл что-либо, так это то, что люди –существа вечные; этот мир лишь их временнаяобитель; вечная жизнь людей начинается в этоммире и, не прекращаясь, продолжается в том (ср. Ин. 5: 24-29; 6: 47).

От нас требуется лишьвзращивать и воспитывать в себе это вечное ибогочеловеческое; максимально развивать в себеощущение и осознание вечной жизни. Для того БогСлово и стал человеком, чтобы нас, людей, научить,как обрести жизнь вечную в этом преходящем мире.Наша вера есть не что иное, как непрестаннаяборьба ха жизнь вечную, непрестанное мучение зажизнь вечную (1 Тим 6: 12). Кто мыслит иначе, тот неХристов.

С кем мы ведем борьбу? Сврагами нашей вечности и нашего бессмертия. Ктоони? Наши грехи, наши страсти, наши пороки, нашизлые духи (ср. Еф. 6: 12).Всякий грех понемногу окрадывает нашу вечность иомертвляет наше бессмертие. Не надо себяобманывать, дружба с грехами – вражда с Богом,вражда с Господом Христом (ср. Рим 8:7; Иак 4:4). Ктоводит дружбу с грехами, тот становится врагомБогу (ср. Иак 4: 1-4). Провозгласить свои грехисвоими противниками и почувствовать их своимилютейшими врагами – это первое условие движениячеловека по пути, ведущему в жизнь вечную,который приближает к Богу и сдруживает с Ним (ср. Иак 2: 23; Ин15: 14). Но здесь необходимарешительность, решимость вести борьбу не нажизнь, а на смерть. Ибо в этом мире человек можетбыть или другом Божиим, а врагом диаволу, илиприятелем диавола, а врагом Божиим. Третьего недано. Над людьми властвует непреклонный закон:или человеческая жизнь – дружба с Богом исопротивление диаволу, или дружба с Диаволом, апротивление Богу. Для всех людей актуальны словахристомудрого апостола: Повинитесяубо Богу, противитеся же диаволу, и бежит от вас.Приближитеся Богу, и приближится вам. (Иак. 4: 7,8)  

Как человеку приучитьсебя ненавидеть грех? Вот как: всегда сознавай изнай, что всевидящий Господь Иисус, непрестанно ине отводя глаз, смотрит на всякую твою мысль, навсякое твое желание, на всякое твое ощущение, навсякое твое дело. И мучается от всякой твоейскверной мысли и грешного желания, от всякоготвоего порочного ощущения и злого дела. Его,незлобивого и преблагого, непрестанно мучают,бьют, оплевывают, распинают наши грехи, нашипороки. Любя грех и живя в грехах, мы продолжаемпреступление  христоборцеви христоубийц. Спасение от этого только в одном:решительно возненавидеть грех всей своей душою,всем своим существом, избегать греха и бежать отнего, а если он найдет на нас, бороться с ним до крове (Евр. 12:4), неустрашимо и смело, есливойдет внутрь, ни за что не давать ему оставатьсяв нас. Для этого необходимо мобилизовать весьсвой ум, всю свою душу, всю свою волю, бдительнонести стражу, охраняя себя и все, что в нас, ивнимательно наблюдать за всем, что входит в нас ивыходит из нас. Этот подвиг святые Отцы называюттрезвением – трезвением ума, трезвением сердца,трезвением души и от опьянения грехом.

Отрезвляя себя отопьянения грехом, от опьянения злом, человекпостепенно приспосабливает себя к различениюдобра и зла и приобретает благодатнуюспособность евангельского рассуждения, что естьдобро, а что – зло. Опьяненный грехом, опьяненныйзлом, человек не в состоянии хорошо знать идействительно не знает, что есть добро и зло всвоих последних глубинах и тонкостях. Тольковсесторонне восприявшие благодать,охристовленные  личностизнают в точности и тайну добра, и тайну зла. Этаспособность различения добра и зла естьодновременно подвиг и дар. Апостол Павелназывает ее даром различения духов, даром ДухаСвятого (1 Кор. 12: 10), но и подвигом, состоящим вдолгом упражнении и очевидным в совершенныххристианах. А твердая пища есть пищи совершенных.., имущих чувствияобучена долгим учением в рассуждении же добра изла  (Евр.5: 14).

Только с помощьюживотворной силы Святого Духа, с помощьюблагодати Божией человек, который трудится надсобою, может развить в себе способность кразличению добра и зла, к различению духов добрыхи злых. Не очевидно ли, что заблуждение вразличении добра и зла возникло в Европе именноиз-за утраты благодати и способности к ихразличению? И вот, наконец, европейская этикапришла к тому, к чему несколько ранее пришлаевропейская метафизика: все необходимость, нетни добродетели, ни греха, потому что нет ни Бога,ни диавола. Добродетель является добродетельютолько Богом, и грех есть грех только диаволом.Тиранию же европейского «несуществующего» злаощущают все континенты.

Из трагичногоевропейского заблуждения есть только один выход:усвоение единственного истинного инепогрешимого критерия добра и зла, которыйбогомудро выразил святой Иоанн Богослов: Всяк дух, иже исповедуетИисуса Христа во плоти пришедша, от Бога есть: ивсяк дух, иже не исповедует Иисуса Христа воплоти пришедша, от Бога несть, и сей естьантихристов (1 Ин 4: 2,3). Этот критерий действителен и длядобра, и для зла. Всякое добро, не признающее, чтоИисус – воплощенный Бог, не есть добро, но зло.Добро есть только то, что заключено в воплощенномБоге и исходит от воплощенного Бога. Так, вличности Богочеловека Христа дан полный исовершенный ответ на вопрос, что в мире естьдобро, а что – зло. Добро – все то, чтообнаруживает себя в Господе Христе, все то, чтоприходит от Него и что ведет к Нему; а зло – всето, что приходит не от Него, что уводит от Него ичто идет против Него.

Ты можешь открыть вчеловеке человека, только когда разберешься втом, что он считает добром и что – злом, и все этоизмеришь мерою Христовою. Человек обычно весь всвоей главной заботе. Если отыщешь ее, то отыщешьто, чем он живет и ради чего он живет. Люди частопровозглашают своей главной заботой недостойныеэтого вещи. Но и здесь нам приходит на помощьпреблагой Иисус. Он и объявил самой главнойчеловеческой заботой прежде всего поиск Царствия Божиего и правды Его(Мф. 6:33). Это значит, всегда выбирай и ищи то, чтосамым быстрым и верным образом ведет к ЦарствуБожиему и правде его. Во всяком недоумении, вовсякой проблеме, во всякой ситуации рассуждайтак: выберу это а не то, сделаю это, а не то, потомучто это меня всего вернее ведет к Царству Божиемуи правде его. Измеряй себя и все свое по главнойсвоей заботе, по тому, насколько она приближаеттебя к центру своей жизни, Царствию Божию. Еслибудешь так поступать, то способность различениядобра и зла разовьется в тебе до великогосовершенства.

Человека можно оценитьпо его главной заботе. Если найдешь в человекеего главную заботу, то отыщешь саму изюминку егосущества. Человек обычно весь живет в своейглавной заботе. Здесь его и надо искать. Все егоценности и все его недостатки в его главнойзаботе и около нее. Здесь его рай и его ад. А когдачеловек является истинным христианином? Тогда,когда он через все свои мысли и желания, ощущенияи дела заботится только о главной христианскойзаботе – искать и обрести Царство Божие и правдуего – уклоняется от всякого зла и греха.Непрестанно так поступая, он ощущает себяблаженным в делании добра (ср. Иак. 1:25) и обретает верный критерийдобра и зла: добро – все, чем созидается ЦарствоБожие в этом мире, а зло – все, что этомусозиданию препятствует, все, что его делаетневозможным, все, что его задерживает.

Только у совершенныххристиан способность к различению добра и зларазвита до непогрешимости. А совершенны те, ктодолгой практикой благодатных евангельскихподвигов успел полностью очистить себя отвсякого греха и зла и утвердить в себебожественное добро, божественную правду,божественную любовь, божественную мудрость,божественную истину. Кто эти совершенные? СвятыеАпостолы, святые Отцы, одним словом христоносцы идухоносцы.

Много требуетсяблагодатного упражнения от человека, чтобы онстал действительно способным к различению своейдоброй и злой мысли, своего желания, своегоощущения, своего дела. Всякая добрая мысль своимсамым внутренним нервом связывает человека сБогом. Так же и доброе желание, и всякое доброеощущение, и всякое доброе дело. Но точно так жевсякая злая мысль, злое желание, злое ощущение,злое дело своим самым невидимым, но главнейшимнервом связывает человека с диаволом.  Хочет человек того или нет,но его мысли и чувства, желания и дела – это илиуток на ткацком стане зла, под рукою сатаны, илиуток на ткацком стане добра, под рукою Божиею.

Совершая евангельскоедобро, человек настолько соединяется с Богом, чторождается от Бога и становится сыном Божиим,чадом Божиим (ср. Ин 1: 12-13);а совершая зло, он настолько соединяется сдиаволом, что рождается от диавола и становитсясыном диавола и исчадием диавола (ср. Ин8: 44). В Господе Иисусе не греха. Всяк, иже в Нем пребывает, несогрешает: всяк согрешаяй не виде Его, ни познаЕго (1 Ин 3:6).Нет зла, нет греха, которые бы опосредованно илинепосредственно не происходили от диавола. Творяй грех от диавола есть,яко сперва диавол согрешает… Всяк рожденный отБога греха не творит… Сего ради явлена чадаБожия и чада диаволя: всяк не творяй правды, нестьот Бога  (1Ин. 3: 8-10). Благотворяй от Бога есть; азлотворяй не виде Бога (3 Ин 1:11)   

Все люди в большей илименьшей степени являются добровольными рабамигреха, яко всяк творяй грехраб есть греха (Ин. 8: 34). Замученный грехом,всякий человек есть и остается мастерской греха, если не последует забезгрешным Господом Иисусом. Только Безгрешныйможет освободить человека от рабства греху.Только Христов человек становится свободным отгреха (ср. Ин 8: 36). Какимобразом? Когда безгрешный Господь становитсядушою его души, мыслью его мысли, ощущением егоощущения и преисполняет Собою всецелое существочеловеческое, так что человек может вместе сапостолом Павлом сказать: живуже не ктому аз, но живет во мне Христос (Гал 2:20).

Без веры в ГосподаХриста, без перерождения в Господе Христе, безжизни в Господе Христе человек есть и остаетсядиавольским делателищем.Преисполненная вечной и бескрайней Христовойистиной, душе не имеет места для греха. Во всякомслучае не имеет любви к греху. Когда человек всемсердцем своим, всею душою своею, всем своим умом,всею своею силою проникает в Христову истину, иограждает себя ею, и утверждает себя в ней и онаоплодотворяется в нем, и срастается с ним, истановится единое с его душою и волей, тогда вдуше такого человека не остается места для греха,тогда она вся Христова, вся для Него, вся в Нем,вся в Царствии Божием, вся в правде Его. Тогдачеловек становится делателищемБожиим, Божией мастерской.

Сама по себесверхъестественная, божественная истинаХристова становится достоянием людейестественным образом. Спаситель показал это иобъяснил приведенным примером лозы и рождия. Что естьлоза для рождия, то и Господь Христос для людей.Как рождие не может плодсотворить, если не будет на лозе, так и человек,если не будет во Христе (Ин. 15: 5-8). Этоестественный и органичный процесс. Чтобы человекмог творить Христово добро, он должен преждевсего стать единым целым с Господом Христом, какрозги с лозою. И тогда по ним будет струиться одини тот же сок одна и та же жизнь, одна и та жеистина, одно и то же добро, одна и та же сила, однаи  та же богочеловечность и одна и та же вечность. Безэтого существо человеческое сохнет и засыхает,как рождие без лозы (ср. Ин15:6). Поэтому-то чудесный Господь и возвестил: без Мене не можете творитиничегосже (Ин 15:5): ничего доброго, ничегоправедного, ничего истинного, ничегонепреходящего, ничего бессмертного, ничеговечного. Поэтому для человека главное и самоеглавное – соединиться с Господом Христом,облечься в Него (ср. Гал. 3: 27) и жить Им и в этом, и в ином мире.

Если душа человеканаходится вне Господа Христа, она постепенноувядает, сохнет, ее мысли становятся недалекими,ощущения иссыхают, желания огреховляются и онавсе менее ищет Божиего, все менее желает доброго,истинного, праведного, непреходящего, вечного, дотех пор пока она наконец не возненавидит всепринадлежащее Богу, Божиему добру и вечности.Душа человеческая только тогда растет к Богу ивсему бессмертному и вечному, когда веройпривита к древу жизни, к Господу Христу. В этомслучае для человека становится совершенноестественным уклоняться от греха и порока иприлепляться ко всему вечному и богочеловечному,всему божественно истинному, праведному идоброму. И при этом совершать всякуюевангельскую добродетель как нечтоестественное: Тако всякодрево доброе плоды добры творит[всякое дереводоброе приносит и плоды добрые] (Мф. 7: 17). Аделать грех и зло для него становитсянеестественным, ненормальным и отвратительным,как неестественно источнику от единаго устья источать сладкое и горькое (Иак. 3: 11)  и чистому сердцу – нечистоежелание.

Кто оживляет себяверою в Богочеловека, тот неминуемо умираетгреху и относится к сладостям греховным, какмертвый человек. Оживленный божественной силою,он ходит новыми путями, живет новой жизнью,жизнью во Христе и по Христу. Мертвый для греха,человек живет Богу и Господу нашему ИисусуХристу. Живя Христовою истиною и добром, онумерщвляет себя для греха и зла. Грех больше неможет овладеть им, ибо он находится подблагодатью, которою непрестанно утверждает себяв Боге и ограждает себя Богом. А благодать – этобожественная сила, которая делает человекабезгрешным, освящает его, обеспорочивает,обесстрашивает. Рабы греха превращают себя вмастерскую греха, а Христовы люди, освобожденныеи освященные Истиной, преобразуют себя вмастерскую вечности и святости, в которойсозидается жизнь вечная, через святые мысли,через святые чувства, через святые желания. Путьгреха неминуемо завершается смертью, путь жеХристовой веры – вечностью (ср. Ин 8: 32; 17: 17-19; Рим 6: 2, 4, 11, 12, 14, 17-20,22, 23).

Исполненный даромСвятого Духа к различению добра и зла, великийапостол языков [апостол Павел назван в Писании«апостолом язычников» (языков) – golden-ship.boom.ru],богомудро рассуждая, различает в мире два закона:закон греха и смерти, господствующий над рабамигреха, и закон Духа Святого, закона благодати,закон жизни, закон святости, закон безгрешности,закон свободы, господствующий в христианах. Упервых имеет место телесное мудрование, у вторых– духовное, ибо они мыслят Духом Святым и по ДухуСвятому. Телесное мудрование поверхностно,чувственно и не покоряется закону Божиему,закону Божией мысли, Божией мудрости, а духовноемудрование – мудрование Богом и по Богу, а этозначит, глубокое, божественное, святое. Кто неимеет Духа Христова, тот не Христов, поэтому и егомысли, и желания, и ощущения, и дела не Христовы(ср. Рим. 8: 2, 5, 6, 9)

Человеку необходимомного упражнять свою способность к рассуждению,чтобы он мог познать и знать, чтоесть воля Божия (Рим. 12:2), а что нет. Апостол Павел говорит, чтоусловие познания воли Божией – несообразовываться веку сему и перерождатьсяблагодатью Божией, преобразовываться, обновлятьсвой ум, то есть жить вечностью и ради вечности(ср. Рим 12:2). Ум обновляется благодатною верою,если мыслит по мере веры, целомудренно (Рим 12:3), тоесть если имеет здравые и трезвенные мысли, еслиизбегает грешных мыслей, которые и есть болезньума. Апостольские слова мудроватьцеломудренно значат, как говорит святой ИоаннЗлатоуст, что мы получили силу к рассуждению длятого, чтобы употребить ее не на высокоумие, а наздравоумие (на целомудрие). Апостол не сказал:мыслите о себе смиренномудро, но здравоумно,подразумевая здесь под здравоумием недобродетель, противоположную надменности, и неудаление от невоздержанности но ум, трезв и здрав. Ведь иметь здравые мысли– это и называется здравоумием. (целомудрием).Называя смиренномудрие здравоумием, апостолпоказал,  что нескромный(не смиренномудрый) не здрав умом, но глуп,беснуется и поступает безумнее всякогосумасшедшего. Апостол называл здравоумиемздоровье ума, уча, что гордость есть болезнь ума.

Всякоже, еже не от веры, грех есть [все, что непо вере, грех](Рим 14: 23). Это главная благаявесть апостола Павла. Она означает: все, что  в твоих мыслях  и ощущениях, желаниях иделах не есть от Богочеловека и Его веры, грех:все, что в твоей жизни не исходит от Богочеловекаи не бывает по Богочеловеку, грех. Всякий грехесть или плод неверия, или плод маловерия, илиплод лжеверия. Если нападет на тебя нечистаямысль, или непристойное ощущение, или хотькакое-то искушение, борись с ним верою, молитвою,постом, бдением, памятью смертной, памятью оГосподе Христе, об Ангеле-хранителе, о Святых.Главное – не блуждать помыслами, избегатьмечтаний, ограждать верою и молитвою всякую своюмысль, всякое ощущение, всякое желание и всю своюжизнь. И никогда не забывать богомудрых словсвятого апостола: всяк жеподвизаяйся от всех воздержится (1 Кор. 9: 25) [Всеподвижники воздерживаются от всего],особенно же тот кто борется за жизнь вечную, иумерщвляет тело свое, и принимает муки (ср. 1 Кор. 9: 26-27).

Чем же человек можетсегодня показать себя Христовым, если еще вчеране был Его? Несомненно, новыми мыслями вместостарых, новыми ощущениями вместо старых, новымижеланиями вместо старых, одним словом, новойжизнью вместо старой, то есть жизньюевангельскою, богочеловеческою. Ведь тот, кто во Христе, нова тварь:древняя мимоидоша, се быша вся нова (2 Кор. 5: 17) [Итак, кто воХристе, тот новая тварь; древнее прошло, теперьвсе новое]. Старый образ жизни прошел иначался новый – евангельский; прошел старыйобраз мышления и начался новый –богочеловеческий; старый человек исчерпал себя  и начался новый –евангельский.

Мучителен подвиг –распять в себе ветхого человека, убить в себе всегрехи, все страсти и жить только Богу черезсвятые мысли, через святые желания, через святыеощущения, через святые дела. Но христианин толькоэтим и Христов, ибо Христовы плоть распяша со страстьми ипохотьми (Гал. 5: 24). Невозможно быть Христовым ижить в страстях и похотях. Всякий грех –нападение на Безгрешного; всякая страсть – смрадпред Бесстрастным. Христианин должен иметь креств душе, на котором он долго и упорно распинаетсвои грешные мысли,  своидурные желания, свои нечистые ощущения, своинеевангельские настроения.

Кто желает одолетьгрех, этого главного врага своей души и своейвечности, тот должен укрепляться в Господе, чтобыпреисполниться Его победоносной силой и, такукрепившись, вступить в сражение с грехом. Яко несть наша брань к крови иплоти, но к началом и ко властем, и кмиродержителем тмы века сего, к духовом злобыподнебесным  (Еф. 6: 12). Изэтой судьбоносной брани можно выйти победителемтолько при условии: облецытесяво вся оружия Божия (Еф. 6: 11) [Облекитесь вовсеоружие Божие]. А всеоружие Божиесоставляют все евангельские добродетели: истина,правда, мир, вера, непрестанная молитва, бдение,терпение, любовь (Еф. 6: 13-18).

В этой борьбе с грехамии страстями и их главными виновниками, злымидухами, должно быть неутомимым, безжалостным инеумолимым. Ибо борьба ведется не на жизнь, а насмерть. Дилемма очевидна: погибаешь или ты, илитвои грехи. Третьего не дано. Поэтомухристомудрый апостол и поучает: Умертвите убо уды ваша, яже наземли: блуд, нечистоту, страсть, похоть злую илихоимание…, гнев, ярость, злобу, хуление,срамословие от уст ваших (Кол. 3: 5, 8). Не оставляйте на поле битвы раненыхи не берите пленных; все пороки, все страсти, всегрехи, всех духов злобы ставьте под меч,отсекайте им головы, пронзайте их сердца, чтобыони не ожили в вас снова и не убили бы вас.

Беззаконие – вещьлукавая и ловкая. Оно имеет свою огромную тайну.Тайна беззакония иногда соблазнительна иобольстительна (ср. 2 Сол. 2:7). Она имеет свои таинственные путии невидимые способы с помощью которых заводитчеловека в безысходную тьму. В ней она егоотравляет страстями и ослепляет грехами, пока,наконец, совсем не отравит и не ослепит. Поэтомунеобходимо отрезвиться от опьянения грехом,прозреть евангельские истины, вси бо вы сынове Света исынове дне несмы нощи, ниже тмы (1 Сол. 5:5) [Ибо все вы —сыны света и сыны дня: мы — не сыны ночи, ни тьмы].Опьяненные грехом – это сыновья ночи и тьмы. Онине могут отрезвиться от этого пьянства ничеминым, как только верою, любовью и надеждою (ср. 1 Сол. 5: 6,7), итолько уклоняясь от всякого греха и мертвойхваткой держась Христова добра (ср. 1 Сол. 5: 20-22; 2 Тим 2: 22; 3: 17).Ведь в борьбе с грехом надо бороться до крове (ср. Евр. 12:4), домученичества Христа ради, себя ради и своейвечности ради. В этой борьбе главное правило – небояться врага и быть покорным Богу во всем. ВедьБог борется с нами и за нас. По военной стратегииправославного воеводы Христова, повинитеся убо Богу,противитеся же диаволу, и бежит от вас (Иак. 4:7) [Итакпокоритесь Богу; противостаньте диаволу, иубежит от вас]. Если мы Божии, не надобояться Диавола и мрачных войск его. ВедьВсепобеждающий сказал в Святой Книге: Вы от Бога есте, чадца, ипобедисте тех, яко болий есть Иже в вас, нежелииже в мире (1 Ин 4: 4) [вы от Бога, и победили их; ибо Тот,Кто в вас, больше того, кто в мире](ср. 1 Ин 2: 13-14).

Яковсяк рожденный от Бога побеждает мир (1 Ин. 5: 4),то есть сладострастие, грехи, соблазны, злыхдухов. Побеждает чем? Верой, ибо вера наша –победа, победившая мир (ср. 1 Ин. 5:4). Ведь всеискушения этого мира, все сладости, все грехи, всесоблазны, все нечистые духи побеждаются темтолько, кто верует, что Иисус есть Сын Божий и Бог(1 Ин. 5: 5, 20).Вера в воплощенного Бога и Господа нашего ИисусаХриста, любовь к Нему, надежда на Него – это иесть непобедимое оружие для всякой битвы во всехсражениях против греха и зла и в этом, и в иноммире…

Много на дано, но ещебольше задано. Дан нам видимый мир, чтобы обрестив нем невидимые силы Божии. Бог Слово для того истал человеком, чтобы дать людям зрение, котрымневидимое видимо в видимом и около видимого. Такрод человеческий только со Христом прозрел иувидел вечные ценности. Прежде появленияБогочеловека все томилось и слепло во тьмегреховной и в сени смертней(Мф. 4: 16) [тенисмертной]. Только с Ним и в Нем родчеловеческий впервые правильно сориентировалсяв этом загадочном мире и впервые неодолимоощутил и всеубедительно понял всю безмернуюважность невидимого в видимом и всюонтологическую зависимость видимого отневидимого.

Страшный суд над Богом

Никогда в человеке небыло так мало Бога, дорогие братья, как сегодня,никогда человек не был так безбожен, как сегодня.Сегодня диавол воплотился в человека, дабыразвоплотить Богочеловека. Сегодня все зловселилось в тело человека, дабы Бога изгнать изтела. Сегодня весь ад переселился на землю;помнит ли кто-то, что когда-то земля была раем?Нынешнее падение человека неизмеримо страшнеепервого падения человека; тогда человек отпал отБога, а сегодня распял Бога, убил Бога. Человек,как тебя именовать, если не диаволом?  Но что это я говорю? Это оскорбление для диавола. Диаволникогда не был так зол, так изощренно зол, какчеловек. Господь Христос и во ад сошел, и там Егоне распяли! Разве люди не хуже диавола; развеземля не стала адом более, чем сам ад? Из ада неизгнали Христа; а люди и сегодня Его гонят сземли, изгоняют из своего тела, из души, из своегограда…

Братья, в зеницу моейдуши, подобно змею, впился зловещий вопрос,злорадно спрашивающий меня: разве человек былкогда-либо добр, если он смог распять Христа? Тыверуешь в человека, хвалишься им, ты оптимист? Эх,посмотри на человека, посмотри на человечество свысоты Великой Пятницы, посмотри на человека, какон убивает Богочеловека, и скажи, останешься литы и теперь оптимистом? Не стыдишься ли, что и тычеловек? Не видишь ли, что человек хуже диавола?

Забудьте все дни,которые были прежде, и все дни, которые были послеВеликой Пятницы, сведите человека в границыВеликой Пятницы, не будет ли она зеницею всех зол,стержнем всех искушений, средоточием всехгадостей? Не сошла ли в человеке в этот день земляс ума? Не доказал ли человек в этот день, убиваяБогочеловека, что он безумие земли?

Даже Страшный Суд,братья мои, не будет страшнее Великой Пятницы. Онбудет, несомненно, менее страшным, потому чтотогда будет Бог судить человека. А ныне человексудит Бога. Ныне Страшный Суд для Бога. И суд надНим судит человечество. Ныне человек оцениваетБога и оценивает Его ценою в тридцатьсребреников. Христа за тридцать сребреников!Разве это последняя цена? Разве Иуда – это нашепоследнее слово о Христе?

Сегодня человечествоосудило Бога на смерть. Это величайший бунт вистории неба и земли. Это величайший грех вистории неба и земли. Даже падшие ангелы такогоне совершили. Сегодня совершен Страшный Суд надБогом. Никогда мир не видел более невинногоосужденного и более безумных судий. ОсмеянныйБог страшнее, чем когда-либо. Адвсесмехливый вселился сегодня в человека иосмеял Бога и все Божие. Осмеян сегодня Тот, Ктоникогда не смеялся: говорят, что Господь Иисусникогда не смеялся, но часто видели Его плачущим.Посрамлен сегодня Тот, Кто пришел нас прославить;замучен сегодня Тот, Кто пришел нас избавить отмук; предан сегодня на смерть Тот, Кто принесжизнь вечную. Человек, есть ли край твоемубезумию? Есть ли предел твоему падению?

Крест, позорнейший дар,даровали мы Тому, Кто нам даровал вечную славу.Прокаженный, Он очистил тебя от проказы, разве заэто ты даруешь Ему крест? Слепец, разве для тогоОн раскрыл тебе очи, чтобы ты сумел сделать крести распять Его на нем? Мертвец, разве для того Онвоскресил тебя из гроба, чтобы ты загнал Его всвой гроб? Благими вестями услаждал СладчайшийИисус горькую тайну жизни нашей, братья мои; закакую из них мы одариваем Его такой желчью?

«Люди Мои, что Я вамсделал? Не исполнил ли Иудею чудесами? Невоскрешал ли мертвецов единым словом? Не исцелялли всякую болезнь и недуг?.. Что же вы мне даете? Заисцеление раните Меня, за жизнь убиваете Меня ираспинаете на древе».

Великая Пятница,братья мои, это наш стыд, и позор, и поражение.Иуде Искариоту была хоть самую малость причастнавсякая душа. Если бы не так, мы были быбезгрешными. Через Иуду мы все пали, мы всехристопродавцы, все предали Христа и принялидиавола, пригрели сатану. Да, сатану, ведь вСвятом Евангелии сказано: Ипо хлебе тогда вниде в онь (в Иуду) сатана [И после сегокуска вошел в него сатана](Ин 13: 27). Послекакого хлеба? После Хлеба, который дал емуХристос, после Причастия, после Христа. О,возможно ли большее падение, больший ужас?

Сребролюбие, тыпредало Господа Христа! Сребролюбие, ты Егопредаешь и ныне. Иуду, ученика Христова, того, ктотри года был с Ним, кто присутствовал при всехчудесах Христовых, кто именем Иисусовым очищалпрокаженных, исцелял больных, воскрешал мертвых,изгонял нечистых духов, этого Иуду сребролюбиесделало предателем и убийцей Христа. Как же тогдаэтому сребролюбию  и меня,и тебя не сделать предателем и христоубийцею,меня, того, кто не созерцал на протяжении трех летвоплощенного Бога, кто не очищал именемИисусовым прокаженных, не исцелял больных, невоскрешал из мертвых. Иуда долго был с Тем, Кто неимел, где главу приклонить, с Тем, Кто и делами иречами учил, что нет необходимости носить золотои серебро. А я? А ты? Если ты не умеешь радоватьсянищете, брат, если ты не умеешь быть счастливнищетою, знай, ты – кандидат в Иуды. Не спрашивай:«Не я ли, Господи?» (ср. Мф. 26:25). Ибо ты обязательноуслышишь ответ: «Да, конечно». Стремишься ли кбогатству, таится ли  втебе жажда к деньгам, знай, в тебе зарождаетсяИуда. Брат мой и друг, запомни на всю жизнь:сребролюбие распяло Христа, убило Бога;сребролюбие из ученика Христова произвело врагаХристова, убийцу Христова. Но не только это, оно иИуду убило. Сребролюбие имеет такое проклятоесвойство, что делает человека не толькохристоубийцей, но  исамоубийцей. Оно сначала убивает Бога в душечеловеческой, а убив Бога  вчеловеке, оно убивает и самого человека.

Смерть – страшнаятайна, братья, но самое страшное, когда людипредают на смерть Бога  ижелают убить Его совершенно, уничтожить совсем,чтобы Он был совершенно мертв, весь без остатка.Сегодня день, когда люди страшны Богу, ибо мучаютБога, как Его никто никогда не мучил, ибооплевывают Бога, как никогда никто не плевал внего, ибо бьют Его, как никто никогда не бил Его.Пусть умолкнет все, что зовется человеком, да молчит всякая плотьчеловеча! Пусть никто не хвалится человеком,пусть никто не хвалится человечеством (ср. 1 Кор. 3:21) [никто нехвались человеками], ибо человечество нетерпит Бога в своей среде, оно убивает Бога. Разветаким человечеством хвалятся? Пусть никто нехвалится гуманизмом! Это все лишь сатанизм,сатанизм, сатанизм…

Сегодня не черти, незвери, не шакалы, а люди сплели венец из терна инадели на главу Христа. Терновым венцом украсилиТого, Кто человека украсил бессмертием! Терновыйвенец плетет человечество вокруг главы Того, Ктовокруг земли сплел венец из звезд! Терновый венецдля Христа плету и я, и ты, приятель, если ясребролюбив, если я блудлив, если я прелюбодей,если я богохульник, если я клеветник, если янаветчик, если я пьяница, если я немилостив, еслия гневлив, если я не сдержан, если имею грешныемысли, если имею нечистые ощущения, если не имеюверы, если любви не имею. Всякий мой грех, всякийнаш грех – терн, вплетаемый нами в проклятыйвенец, который обезумевшее человечествонепрестанно плетет вокруг главы Господа Иисуса.

Человек мучит Богабезжалостнее диавола. Вы не верите? Послушайте,что рассказывает очевидец: Тогдазаплеваша лице Его (Мф. 26: 67). О, Его лицо, Егочудесное, чарующее лицо… Господи, почему уста ихне покрылись проказой и не превратились в рану?Не для того ли, чтобы научить нас терпению икротости? … Они оплевывали это дивное, это благоелицо, более ценное, чем все созвездия, чем всеблаженства. Что я говорю? Гораздо более, чем всеблаженства, потому что в этом кротком лице – всевозможное вечное блаженство, вся возможнаявечная радость… Оплевывали то светлое лицо,перед которым море смирялось и утихало; то лицо,которое смиряло бурные души и давало им покой. Ивы хвалитесь человеком? О, сверните знамена, тля иничтожества! Никому, никому не надо столькостыдиться себя, как человеку – ни диаволу, низверям, ни животным… Люди оплевывают Бога – естьли что ужаснее этого? Люди бьют Бога – есть ли чтоболее сатанинское, чем это? Братья, если бы небыло ада, его надо было бы  выдумать,выдумать для людей, только для людей…

Его, Творца иСпасителя, оплевывают и бьют, а Он кротко имолчаливо все переносит. Есть ли оправдание тебе,который на всякое оскорбление отвечаетоскорблением? На зло – злом? Кто проклинаетклянущих и ненавидит ненавидящих? Отвечая зломна зло, ты плюешь в Господа Христа; ненавидя тех,кто ненавидит тебя, ты бьешь и мучаешь Христа;отвечая оскорблением на оскорбление, ты позоришьГоспода Иисуса, ибо Он так не поступал.

Пилат предает нараспятие Кроткого Господа. Люди Его ведут отмытарства к мытарству, от муки к муке, отпоругания к поруганию. Распинают поруганногоБога, приковывают Его к кресту. Разве гвозди,вбитые в руки Христовы, забиты не в руки, которыеисцелили стольких больных, очистили столькихпрокаженных, воскресили стольких мертвецов?Разве должны умолкнуть уста, которые говорилитак, как никто из людей никогда не говорил? Иаире,где еси (ср. Мк. 5: 22; Лк 8, 41)? Лазаре, где еси (ср. Ин.11-12)? Вдовица наинская, где же ты, защити Господатвоего и моего (ср. Лк. 7: 11-15)! Разве вы распнете Его – надеждубезнадежных, утешение безутешных, око слепых, ухоглухих, воскресение мертвых? Разве забьетегвозди в святые ноги, которые несли мир, которыеблаговестили, которые ходили по морю, как по суше,которые спешили ко всем болящим? К мертвомуЛазарю (ср. Ин. 11-12)? К гадаринскому бесноватому(ср. Мк. 5: 1-20; Лк. 8: 26-39)?

Распят Бог. Довольны ливы, богборцы? Счастливы ли вы, богоубийцы? Что выдумаете о Христе на кресте? Лжец, бессильный,соблазнитель, разоряяйцерковь и треми денми созидаяй сам: аще Сын есиБожий, сниди со креста (Мф. 27: 40)![ Разрушающий храм и в три дняСозидающий! спаси Себя Самого; если Ты Сын Божий,сойди с креста]

А что мыслит Господь сокреста о людях под крестом? То, что может мыслитьлишь Бог любви и Бог кротости: Отче, отпусти им, не ведят бо,что творят (Лк. 23: 34) [Отче! прости им, ибо не знают, чтоделают]. Воистину, не ведают, что делают сБогом во плоти. Разве Господу было легче в теле,чем на кресте? Тяжелее, говорю вам, чем если бы уменя в каждой поре тела сидело по диаволу. Ведьразница между Богом и человеком бесконечнобольше, чем разница между диаволом и человеком, аразница между смертью и Богом, чем разница междусмертью и человеком. Спаситель ощущал эту муку,Его чистая, безгрешная природа восстала противсмерти, и Он перед лицом смерти начат скорбети и тужити…прискорбна есть душа Моя до смерти (Мф. 26: 37, 38)! [душа Мояскорбит смертельно].

Если и Бог скорбит,если и Бог жалуется на смерть, тогда скажите, естьли для человека что-либо страшнее смерти? Чтолибо неестественнее смерти? Что-либоотвратительнее смерти? Смерть тяжела для Бога, атем более для человека. По сравнению со всемсмерть для человека – самое тяжелое, так как онапредставляет собою величайшее удалении человекаот Бога. Человек во Христе ощутил это иболезненно исповедал: БожеМой, Боже Мой, вскую Мя оставил (Мф. 27: 46) [Боже Мой, БожеМой! для чего Ты Меня оставил?]. Это вопиетединородный Сын Божий, Который единосущен сОтцом, един с Отцом. Не есть ли это лучшеедоказательство того, что смерть – это сила,которая отрывает от Бога, удаляет от Бога,разъединяет с Богом?

Мы распяли Бога.Человек, чего ты еще хочешь? Если бы не былоразбойника благоразумного, не было бы тебеоправдания. Если бы не он, земля навсегдаосталась бы адом. Когда о Христе соблазнились всеученики, разбойник исповедал Его как Господа икак Царя: Помяни мя, Господи,егда приидеши во Царствии си! (Лк. 23: 42) [помяни меня,Господи, когда приидешь в Царствие Твое!].Разбойник - наша надежда, ведь он поверил воХриста как в Бога тогда, когда все утратили веру вНего, ведь он поверил во Христа как в Господатогда, когда Иисус был поруган, осмеян, измучен,когда был в самом позорном положении, когда, как ивсякий человек, ужасно страдал и мучился.

Пока люди оплевываютБога, пока люди распинают Бога, вся природапротестует против этого: Отшестого же часа тма бысть по всей земле до часадевятого  (Мф.27: 45).  И помраче солнце, и завесацерковная раздрася посреде. И возглашь гласомвелим Иисус и рече: Отче, в руце Твои предаю духМой. И сия рек издше.  (Лк. 23: 45, 46). И земля потрясеся, и камениераспадеся, и гроби отверзошася, и многа телесаусопших святых восташа. (Мф. 27: 51, 52)

Когда люди закончилисвою комедию с Богом, когда все умолкли,заговорила вселенная, заговорили камни ипоказали себя более чуткими, чем люди, чуткими кХристовой боли. И солнце заговорило, от стыдазатмив свой свет от нашей планеты. Свет солнечныйстыдился того, чему радовались люди. Мертвые вгробах услышали вопль Христов, пробудились ивосстали из гробов, пока живые люди стояли подкрестом, имея в телах своих мертвые души. Днесь церковная завеса наобличение беззаконных раздирается, и солнце лучисвоя скрывает, Владыку зря распинаема.

Всясострадаху Создавшему вся, да, все и всясострадало распятому Господу, все и вся, кромечеловека, кроме людей. Вся тварь и на крестепознала во Христе Бога и исповедала Его как Бога.И со креста Христос показал, что Он есть Бог. Чем?– Чем? Ответом разбойнику. Чем еще? Молитвою заСвоих врагов: Отче, отпустиим: не ведят бо что творят [Отче! прости им, ибо не знают, чтоделают](Лк. 23: 34).

Воистину, люди незнают, что творят со Христом. Из злобногонезнания  люди распялиХриста, из-за незнания Его распинают Его и сейчас.Аще бо быша разумели, не бышаГоспода Славы распяли (1 Кор. 2:8) [ибо если быпознали, то не распяли бы Господа славы].Кротостью и смирением Господь пришел в мир. Развене величайшая кротость и не величайшее смирението, что Бог стал человеком, что облек Себя вслабое, в тесное, в ничтожное тело человеческое?Кротостью и смирением Господь и покинул этот мир;покинул его, кротко молясь за своих мучителей.Люди не знают Христа, потому и гонят; не знают, чтоэто за любовь, что это за смирение, что это закротость, если Бог допускает людей судить Его,допускает людям оплевывать Его, допускает людямбить Его и убить.

Страшен удел Христов исегодня на земле, братья. Всякий мой грех – дляНего Великая Пятница. Четыре моих греха, и вот яраспял Господа Иисуса. Всякий твой грех, брат, -более сильная мука для Него, чем для тебя и дляменя. Совершая грехи, ты Его распинаешь. Всякаянечистая мысль, всякое похотливое ощущение рычити завывает: «Распни Его, распни!» Не есть ли всянаша жизнь непрекращающаяся Великая Пятница дляГоспода Христа? Всякий мой грех не есть ли гвоздь,забиваемый в руки кроткого Господа, всякая моястрасть – терновая ветвь, все мои страсти –терновый венец, который я надеваю на главуХриста. Наше надругательство над Христомстрашнее еврейского. Евреи могли веровать воХриста гораздо меньше, ведь Он еще не воскресал. Амы, те, кому Христос уже двенадцать вековдействительно свидетельствует, что Он воскрес,мы осмеиваем Христа воскресшего, оплевываемХриста воскресшего, снова распинаем Христа, и приэтом уже воскресшего Христа! Разве не распинаетвоскресшего Господа Христа священник, которыйсвоей жизнью отлучает от Христа свою паству?Разве не мучает, разве не осмеивает воскресшегоХриста наставник, учитель, который своимбогоборческим учением изгоняет Бога из душ своихучеников? Разве не срамит Христа, разве неоплевывает воскресшего Христа всякийхристианин, только зовущийся христианином?

Увы, мы непрестанногоним воскресшего Христа… «Как это так, мы гонимХриста, - скажут некоторые, - если Он с нами непребывает телесно? Если мы не видим Его тела?» Ох,гоним мы Христа, братья мои, гоним, когда Дух Егогоним, когда учение его отвергаем, когда святыхЕго гоним, когда гоним Его Церковь. Мы Христагоним, когда гоним нищего просителя, ведь это Онпросит в нищем; мы гоним Христа, когда не одеваемнагого, ведь в обнаженном Христос обнажен; мыгоним Христа, если не накормим голодного, ведь вголодном Христос голодает; мы гоним Христа, когдане посещаем болящего, ведь в болящем Христосболеет. Во всяком страждущем Христос страдает, вовсяком огорченном Христос горюет. По Своемубескрайнему человеколюбию Он непрестанновоплощается в телеса всех голодных, всех больных,всех жаждущих, всех скорбящих, всех жалких, всехпрезренных, всех поруганных, всех униженных, всехоскорбленных, всех обнаженных, всех изгнанных. Оннепрестанно взимает на Себя тело человеческое,страдает с ним, мучится в нем, скорбит в нем. ПоСвоему безмерному милосердию Он непрестанноотождествляет Себя с ними. Понежесотвористе единому сих братий Моих меньших, Мнесотвористе (Мф. 25: 40). Понеже не сотвористе единомусих меньших, ни Мне сотвористе (Мф.25: 45). Христос воплощается вовсякого христианина. Слушай, что Он говорит: Савле, Савле, что Мя гониши?[ Савл, Савл!что ты гонишь Меня?] (Деян.9:4), ибо, гоня тех, кто верует в меня, меня гонишь;оплевывая тех, кто в меня верует, меняоплевываешь; мучая тех, кто в меня верует, менямучаешь. Занайте, учит апостол Павел: Такожде согрешающе в братию ибиюще их совесть немощну сущу, во Христасогрешаете (1 Кор. 8: 12)

Не только для ГосподаХриста, братья, но и для всех Христоносцев жизньна земле есть непрекращающаяся Великая Пятница.Чем более обретаешь в себе Христа, тем болеестановишься гоним. Если ты Христов, считай себяза самое гадкое место мира, которое все попирают,как попирали и Христа. Когда тебя проклинают –благословляй, когда тебя бьют – прощай, когдатебя ненавидят – возлюби. Терпением побеждаймучителей, подобно Господу. Отвечай на злодобром, борись, как боролся Господь Христос, сгордостью борись смирением, с грубостью бориськротостью, с ненавистью борись любовью, соскорблением борись прощением, с клеветою борисьмолитвой. Это путь победы, путь, который раз инавсегда проложил Господь Иисус; Он черезстрадания ведет нас в воскресение. Мы находимсяна этом пути, на единственном пути, которыйзавершается воскресением, если благословляемтех, кто клянет нас, если добро делаем тем, ктоненавидит нас, если любим врагов своих, если злупротивимся добром, если не гневаемся, когда насоскорбляют, если молимся, когда нас хулят, если смолитвою переносим, когда нас оплевывают. Мыверно идем путем, который завершаетсятриумфальной победою над смертью, если и тогда,когда нас распинают, вместе со Христом мы молимсяза своих мучителей: Отче,отпусти им: не ведят бо что творят (Лк. 23: 34).Аминь.

II

РАДОСТИИ ГОРЕСТИ МЫСЛИ И ОЩУЩЕНИЯ

Мой рай и мой ад (смысл жизни имира)

На Рождество Слово плоть бысть  [Слово стало плотью](Ин. 1: 14).Это первое и величайшее благовестие. Величайшееблаговестие, которое Бог мог дать человеку и небо– земле. Если хотите, все Евангелие неба и землисостоит из этих трех слов: Словоплоть бысть. Без них и вне их для человека нетблаговестия ни в этом, ни в ином мире. В этихсловах все, что вечно необходимо человеческомусуществу во всех мирах.

***

Единственная благаявесть для материи во всех видах ее существования,для самой твердой и плотной в алмазе и для самойтаинственной и самой невидимой в праэлектроне ифотоне.

Словоплоть бысть: Слово стало Боготелом, но при этомни Бог не перестал быть Богом, ни тело неперестало быть телом. Тело в таинственномединстве с Богом живет и сияет всемисовершенствами Божиими.

Словоплоть бысть – это значит, Слово стало душою,Богодушою, но при этом Бог остается Богом и душа– душою. И душа идет путями вечных и радостныхтаинств Божиих во всех видимых и невидимых мирах.

Словоплоть бысть значит и то, что Слово сталоощущением, Богоощущением. При этом Бог неперестает быть Богом, став человеческимощущением, но и ощущения остаются человеческимиощущениями, с той лишь разницей, что они всероскошные бесконечности Божии воспринимают каксвои.

Словоплоть бысть значит еще и то, что Слово сталотварью, Боготварью. При этом природа Бога неутратила свои божественные свойства, так же, каки природа твари не утратила свои тварныесвойства. Только тварь проходит через чудесноепреображение, ведущее из славы в славу.

Словоплоть бысть, в конце концов, это значит, чтоСлово стало человеком, совершенным человеком,Богочеловеком. При этом Бог остается в Своихграницах, а человек в своих, хотя они теснейшимобразом нераздельно соединены. Только всенесказанные совершенства Божии претворяютсячеловеком в свои, и он приобретает божественнуювечность и божественную славу.

Бог Слово сталчеловеком, дабы человека вернуть к егопервообразу, к его Творцу, ведь человек впраначале был сотворен Богом Словом со всемисвойствами логосности (ср. Быт 1: 27; Ин 1: 9). БогСлово стал плотью, дабы возвратить тело к егопервобытной логосности, ведь все, что есть,состоялось через Бога Слово (ср. Ин 1: 3, Кол 1: 16).Раз Бог Слово – Творец всех тварных существ, тоОн и основание всецелого мироздания. Грех и злосоставляют трагическую попытку и бессмысленнуюзатею человека отстранить Бога Слово отоснования вселенной.

Бог Слово воплотился,чтобы вернуть тварь к Творцу, к Тому, Кто есть еедействительный фундамент и основа. Поэтомусвятой апостол божественно прав, когдаблаговествует, что Богочеловек Христос –единственный прочный и неразрушимый фундамент,что иного основания никто положить не может (ср. 1 Кор. 3: 11).Созидающий на Нем, на этом нерушимом камневселенной, - мудрый человек, личность егоологосена, то есть навеки соединена со всемивечными свойствами Бога Слова, потому и остаетсянерушимой во всех бурях и грозах человеческиххаосов и потрясений (ср.Мф 7: 24-25; Рим 8: 35-39).

Своим вочеловечениемБог Слово показал, что логосность – это природанашей природы, фундамент нашего человеческогосущества, основание человеческой жизни и бытия.Наше происхождение – от Бога, потому и существонаше, и жизнь наша, и существование наше зависятвсецело от Бога (ср. Деян 17: 28; Кол 3: 1-4). В самом деле, в соответствии о своимпервообразом и по своей внутренней сущности всятварь – от Слова и ради Слова (ср. Кол1: 16-17). С Ним, через Него и Им всевозвращается к своему логосному состоянию исуществованию: к своей первобытной чистоте,красоте и силе, к своему «да будет» и «бысть», ксвоему раю. Ведь рай – в Слове, а вне его – ад.

***

Ощущение!.. Скажите, чтоэто за тайна такая во мне – ощущение? Кто знает,какие загадки и какие таинства Бог соединил,спаял и слил в том, что мы называем ощущением?..Ощущение – дивный и страшный дар. Им рай – рай иад – ад; им боль – боль и блаженство –блаженство; им печаль – печаль и радость –радость; им отчаяние – отчаяние и восхищение –восхищение.

Логосность –первобытное состояние ощущения. Изымите ее изощущения, и оно превратится в ад. Ведь что такоеад? Это ощущение без Бога Слова; ощущение, изкоторого вытеснен Бог. А рай? Ощущение Бога,ощущение, пронизанное и исполненное БогомСловом. В действительности, ад – этообезбоженное, «чистое ощущение», а рай –ологосенное, и охристовленное,обогочеловеченное ощущение.

Бог Слово сталчеловеком, чтобы возвратить человеческиеощущения к первобытной логосности, вытесненнойгрехом. В вочеловечившемся Боге Слове нашеощущение возвращается к своей боголикости,христоликости и духоликости. Своей самойинтимной тайной человеческое чувство исчезает вбездонных глубинах Трисолнечного Бога и Господа.А это значит, оно полноценно и совершенно толькотогда, когда преобразится в Богоощущение, вХристоощущение, в Духоощущение. Бог Слово сталчеловеком, чтобы ологосить человеческоеощущение. Возвращаясь к логосности, человеческоеощущение освобождается от греха, безумия,сумасшествия, смерти. И таким образом приходит всебя, приходит к своей прасущности. Тогдасамоощущение и преисполняется богоощущением,христоощущением.

Человеческое ощущение– в истинном смысле ощущение только Богом,Христом, то есть Богоощущением, Христоощущением.Без Бога Слова оно безумствует, корчится иумирает в страстях, в грехах, в бреду, вбессмыслии, в бесновании, в отчаянии, в эгоизме, ввечном существовании и вечнойнереализованности. Всегда пытаясьосуществиться, оно никогда не осуществляетсядействительно,  цельно.Обезбоженное, обессмысленное человеческоечувство всегда умирает и никак не может умереть.Это самый евангельский червь, который не умирает,и огонь, который не угасает, - ад. (ср. Мк.9: 44).

***

Мысль!.. Какаянепонятная тайна таится в природе человеческоймысли! Мы знаем одно: она настолько непонятна, чтоу человека мороз проходит по коже, лишь только онначинает думать о мысли. Дух человеческий сходитс ума в поисках происхождения и природычеловеческой мысли, если не прибегнет к Слову, кБогочеловеку Христу, в Котором в единственномэта тайна сладостна. Оторванная от Бога Слова,человеческая мысль не имеет своего смысла,своего логоса, так как мысль в прасущности своейимеет логосный характер.

Для меня мысль, всякаямысль – это величайшая мука из существующих поднебом, до тех пор пока она не вырвется вБогомыслие, в Христомыслие, то есть пока неологосится, не наполнится смыслом.Действительно, мысль – это ад, если она непреображается в Христомыслие. Без Логосачеловеческая мысль постоянно находится валогосном бреду, в горячке, в сатанинскомбессмысленном самооправдании, в сатанинском«мысль ради мысли», подобно «искусство радиискусства».

Человеческая мысльбезумствует грехом. Как и ощущение. Божественныйврач и лекарство от этого безумия – Богочеловек,ведь только Он – вочеловечившийся Бог Слово. ВНем и Им человеческой мысли обеспечено игарантировано бесконечное божественноесовершенствование. Он для того и стал человеком,чтобы вся эта планета, ведомая голой «чистой»человеческой мыслью, не превратилась быокончательно и бесповоротно во всеобщийсумасшедший дом. Заметьте, как толькоевропейский континент удаляется от воплощенногоБога Слова, от тонет в бесчеловечности, в безумии,в культурном людоедстве, во всеубийственныхвойнах. Человек пожирает человека, нация – нацию,раса – расу.

***

Душа человеческая!.. Отайна из тайн, о чудо из чудес! Сердца всехпаломников вечности разбиваются около нее. Людиживут душой, а не знают, что такое душа. Разве этоне мука для духа? Мука, до тех пор пока Бог Словоне стал человеком, а тем самым, и душою. И тайнадуши открылась нам: это Слово. Он Него еепроисхождение, ее естество, ее первообраз; и в Немее смысл, ее блаженство, ее вечность, ее рай.Поэтому она в самом сокровенном своем тайникехристолюбива, боголюбива.

В вочеловечившемсяБоге Слове душа нашла себе и своего Творца,почему чудесный Богочеловек и возвестил благуювесть: Иже аще погубит душусвою мене ради, обрящет ю [кто потеряет душу свою ради Меня,тот обретет ее](Мф. 16: 25). То есть обретет еесущность, ее смысл, ее ценность, ее рай, еевечность, ее блаженство. Не соединенная с БогомСловом, душа находится вне себя. В вечномзаблуждении и бессмысленном кружении из греха вгрех, из страсти в страсть, из муки в муку.  А это и есть ад с егострахами и ужасами.

***

Тело человеческое!..Это чудовищная мастерская, которая водупретворяется в кровь, воздух в кости, хлеб в мясо,траву в минералы, минералы в жидкость! Невиданнаямастерская чудес. Природных, не так ли? Да и что вприроде не чудо?! Некий невидимый механизм, некийчудотворный мастер управляет этой необычноймастерской, которую мы называем телом. Онзаключен в теле, а мы его не видим. Дела его видим,а его самого нет. Словно он хочет как можно полнеескрыться за своими делами.

Тело!.. Бог задал намбесчисленные загадки, создав его таким, каковооно есть. В его грязь Он обернул Своебожественное золото. И оставил его на этойпокрытой копотью звезде. И чудо прибавил к чуду: Слово плоть бысть! Этим онвозвеличил тело превыше Ангелов и Архангелов.Осветил его и объяснил, провозгласив: Тело же не блужению, ноГосподеви [Тело же не для блуда, но для Господа](1 Кор. 6: 13). Доказательство? Господь вознесся нанебо с плотию и вовеки будет пребывать с ней и вней. Залог? Воскресение тела Христова, а наших телв Судный день. А всеценность и логосность телакак раз в том и состоит, что Словоплоть бысть и вечно остается во плоти.

***

  Человек!..Все творения немеют перед этим самым необычнымчудом во всех мирах. Бог как бы собрал чудеса извсех своих миров, слил их воедино, и получилсячеловек. Душою Он связал его с миром духовным, ателом – с миром вещественным и отпустил его в этужизнь. И человека в равной мере манят и таинствадуховного мира, и чары вещественного мира.Человек, как трос, натянут всем своим существоммежду двумя мирами. Поэтому тайна человеческогосущества превращала человеческую мысль очеловеке в вопль, в спазм, в стон, в плач ипричитание над человеком. Так было, пока Слово нестало человеком. Став же человеком, Бог Словообъяснил человека человеку и наполнил его жизньсмыслом в этом и в ином мире.

Человек толькоБогочеловеком возвращается к себе, ведь восновании своего многостороннего существа онлогосен. Нет человека, которого не освещает Словопри входе в этот мир и в эту жизнь (ср. Ин 1:9). Всечеловеческое, до тех пор пока не возвратится вБогочеловеку, до тех пор пока не ологосится, необогочеловечится, бессмысленно и в своей основенечеловечно. Ведь человек – настоящий человектолько Богочеловеком и в Богочеловеке.Абсолютная цель вочеловечения Слова в том исостоит, чтобы ологосить и обожить человека вовсем его существе. Бог Слово стал человеком,чтобы ологосить человека: и его душу, и его тело, имысль его, и его ощущения, и все, что делаетчеловека человеком. Без этого и наша душа, и нашетело, и наша мысль, и наше ощущение – это ужасы,чудовища, страшилища. Зачем они нам? Чтобы мыцепенели, чтобы мы немели, чтобы мы замиралиперед лицом смерти и всего жизненного хаоса?..

***

Ввиду всего этогорождение Бога Слова во плоти, Рождество, -праздник дивный и чудесный по своему величию,таинственности, всесмыслу. Празднуя Рождество,мы на самом деле празднуем и прославляемединственный истинный смысл человеческогосущества, человеческого духа, человеческогоощущения, человеческой жизни. Ведь на Рождество возсия мирови свет разума,воссиял миру свет божественного разума,божественного ведения, божественного смысла изалил Собою весь этот мир от края и до края. Залили осветил нам вечный смысл этот мира и человека внем.

На Рождество намоткрылась и наполнилась смыслом тайна человека,и тайна земли, и тайна неба над землею. И человекнам мил, ибо стал человеком Слова,  и потому логосным; и душачеловеческая нам мила, ибо стала душою Слова, ипотому логосной; и мысль человека нам мила, ибостала мыслью Слова, и потому логосной; и ощущениечеловека нам мило, ибо стало ощущением Слова, ипотому логосным; и жизнь человеческая нам мила,ибо стала жизнью Слова, и потому логосной, и мирнам мил, ибо стал миром Слова, и потому логосным; инебо нам мило, ибо стало небом Слова, и потомулогосным.

Рождение на этот светСлова во плоти рожден весь Бог, вся Истина Божия,все Добро Божие, вся Милость Божия, поэтому всеалчущие и жаждущие Бога и Его Правды в сладостномвосхищении и безграничной радости возглашаютвсем существам и тварям: «Христос родился!» А иххристолюбивых глубин существ и тварей, сотрясаявсе кругом, раздается бурный ответ: «Воистинуродился!»

Скорбно и для херувимскихсердец

 Нив одном мире нет ничего страшнее человека, ведьнет ничего бесконечнее. У всякого создания,имеющего силы думать о человеке, начинаеткружиться голова. Размышления о человекетягостны и для ангельских умов, скорбны и дляхерувимских сердец. Человеческому существунигде нет предела. Если же он и имеется, то этотпредел – беспредельность. Со всех сторон человекокружен бесконечностями. Границы человеческогосущества? Он, одни бесконечности…

Что есть человек? Мешоккровавой грязи, и в нем закваска всехбесконечностей. Возводя себя на высоту, человекисчезает в божественной беспредельности;низводя в пучину, тонет в демоническомбеспределе. Человек? Маленький бог в грязи,иногда – демон в роскошном убранстве. Нет болееестественного принципа: будьте совершенны, какБог (ср. Мф. 5: 48)! Ибо нет никакой более страшнойреальности, чем влюбленность человека в зло и вего бездны.

***

Горестны человеческиебесконечности. Кто только не отравлялся ими,прежде чем их ощутить и осознать ощущением? Еслиты погрузился в человеческие бесконечностивместе с многострадальны Иовом, твое сердцедолжно было бы расплавиться от боли. Если бы тыпогрузился в них с Шекспиром, то должен был бывпасть в горячку и припасть своей измученнойдушой – к чьей груди?..

Бесконечностичеловека ядовиты. Если бы их не усладил ЕдиныйСладчайший, разве даже мало-мальски чувствующийи мыслящий человек не закончил бы жизньсамоубийством? Да, самоубийством, которым быуничтожил все эти бесчисленные беспредельностии освободил бы себя от отравляющего ибессмысленного существования.

***

Будем откровенны доконца: если бы чудесный Господь Христос невоскрес и светом Своего воскресения не осветил ине наполнил смыслом человеческуюбеспредельность, кто не считал бы Творца такогосущества, как человек, проклятым тираном? АЕдиный Сладчайший кротко ступает отчеловеческого сердца к сердцу и божественноюнежностью услащает горькую тайну человеческогосущества и Собою преисполняет его бесконечности.Потому-то Христову человеку и милы всечеловеческие бесконечности. Для него в них нетстраха, ведь они все исполнены БожественнымСловом, Божественным Смыслом, БожественнымВсесмыслом.

***

 ВоскресениеХристово – это величайшее потрясение в сферечеловеческой жизни. Центр человеческой жизнивоскресением перенесен из смерти  в бессмертие, из времени ввечность. Из геоцентричного человек сталураноцентричным существом. Земля сталавременной обителью человека, а небо – вечной. Нои на земле Христов человек живет небом и позаконам неба. В бессмертие люди входят толькочерез двери воскресения Христова.

Где же центрчеловеческого существа? В воскресшем ивознесшемся Господе Христе, седящем одесную Бога (Кол.3:1). С воскресшим Богочеловеком вечность сталановой категорией  человеческойжизни. Христианин -  тем ихристианин, что живет силою Воскресения и позаконам Воскресения (ср. 1 Кор. 15:29-34). А это значит, живетвечностью и ради вечности, ведь и тело, и душасозданы для вечности, для богочеловечности. Этосамый драгоценный дар роду человеческому отчудесного Спасителя – стяжание вечностивременной жизнью, преодоление смертибессмертием.

Вера в Господа Христадает человеку силы, чтобы еще в этом мире греха исмерти преодолеть грех и смерть святостью ипреисполнить себя бессмертием и вечностью.Евангельская вера совоплощает человека Христу,делает его причастником всего Христова, и онвоспринимает все Христово как свое: и Егорождение, и Его преображение, и Его страдание, иЕго воскресение, и Его вознесение. И на немисполняется чудесное благовестие: живу же не ктому аз, но живетво мне Христос [и уже не я живу, но живет во мнеХристос](Гал 2: 20). Во всяком христианинепродолжается богочеловеческая жизнь Христова.Христианин божественною силою и благодатьюуравнивается со Христом в жизни, в мыслях, вжеланиях, в делах; по словам святого ИоаннаЗлатоуста, «(христианин) имеет все то же, что иХристос».

Основная обязанностьхристианина – в мире времени и пространства житьХристовым бессмертием и вечностью. Если онмыслит мысль, силою воскресшего и вечно живогоГоспода, он претворяет ее в христомыслие,ощущение претворяет в христоощущение. Всем своимсуществом он ищет одного: быть там же, где ивоскресший Господь. По слову святого апостола, Аще убо воскреснусте соХристом, вышних ищите, идеже есть Христос одеснуюБога седя (Кол 3:1). И мыслями, и ощущениями, ижеланиями возвышайтесь превыше мира, превышевсех небес, превыше всех Ангел и Архангел, туда,где Христос сидит одесную Бога. Все человеческоеспасается от бренности и смерти Богочеловеком.

***

Есть ли какаябессмертная человеческая мысль, есть ли какоежелание, какое ощущение? Только мысль Христова,только желание Христово, только ощущениеХристово. Человек – тогда христианин, когдаХристом мыслит, когда Христом чувствует, когдаХристом желает (ср. Флп.2:5). В христианских желаниях, и чувствах, имыслях нет ничего смертного и нечистого, ведьхристианин исполняет евангельский совет мыслитьо том, что горе [горнее -высшее], а не о том, что на земле (ср. Кол. 3:2).

Насколько человекоживляет себя Христом, настолько он умираетстихиям мира (ср. Кол 2: 20),то есть грехам, страстям и порокам. Христианинубивает смерть в себе самом и вокруг себя, еслиживет добром Христовым. Как могут привлекатьземные прелести, и почести, и страсти того, ктоживет Христовым бессмертием одесную Бога? Земля– это грязная песчинка, если посмотреть на нееоком Христовой вечности. Вся многосторонняя ибескрайняя жизнь христианская главной своеютайною сокровенна с Христом в Боге (ср. Кол. 3:3)

***

Живя силой воскресшегоГоспода Иисуса, христианин умерщвляет в себе нетолько все страсти и грехи, но и все грехолюбивыемысли, грехолюбивые желания, грехолюбивыеощущения. Нет сомнений, тот человек, которыйживет в нечистотах, далек от всечистого ГосподаХриста. Прикосновение ко Всечистому неминуемовводит человека в беспощадную борьбу со всемигрехами и страстями. И он до кровавого потаборется с собою, умерщвляя в себе скверные мысли,злые желания, сладострастные настроения (ср. Кол 3:5). В нем не остаетсябесконечности, из которой бы он не изгналфантастические фантасмагории соблазнительныхземных прелестей и не вырвал чудовищаприрученных страстей. В нем все неустрашимоборется, чтобы умертвить стремление к скверному.

***

Бог дал человеку тело,чтобы тот обожил его Богом, чтобы обессмертил егоБессмертным, чтобы увековечил его Вечным.Чувства даны телу, чтобы послужить его обожению иобессмерчиванию. И все это достигаетсядеятельностью души в теле. Когда око взирает нена бренное и смертное, а на непреходящее ибессмертное, оно исполняет тело бессмертием;когда слух обращен вниманием не к земному игрязному, а к небесному и чистому, он исполняеттело вечностью; когда уста не говорят ни о чемгадком и соблазнительном, но только о вечном инепреходящем, они исполняют свое божественноеназначение; когда рука не совершает ничегоскверного, но только доброе и похвальное, онаспособствует человеческому обессмерчиванию иобожению.

Призвание христианина– не допускать грехам и страстям бытьдейственными силами в его мыслях, ощущениях,желаниях и делах. Господь Христос дает человекусилы не только вытеснять все грехи и страсти извсех бездн своего существа, но и легко, какодежду, скинуть из с себя. Это и означают словаАпостола: совлекшесяветхаго человека с деяньями его [совлекшисьветхого человека с делами его](Кол 3:9). Адела его суть гнев, ярость,злоба, хуление, срамословие, ложь, блуд,нечистота, сладострастие, лихоимство,идолопоклонство (Кол. 3: 8-9; ср. Еф 4:22).Вытесняя из себя все грехи, человек вытесняет всесмерти, ведь всякий грех – малая смерть.

***

Зло вытесняетсядобром, ненависть – любовью, гордость –смирением, блуд – постом, сладострастие –молитвою. Одним словом, пороки вытесняютсядобродетелями. В этой борьбе с грехами и порокамихристианин обретает всепобеждающую силу отГоспода Всепобедителя, обновляет себя Им, поканаконец не явится как новый человек, христоликийчеловек, чье существо соткано из доброты,милосердия, смирения, кротости, терпения,великодушия, вселюбви (ср. Кол. 3: 10-14). Этот новый христоликий человек нестареет, но чем дольше он живет, тем большемолодеет. «Чем дольше живет, тем все болееприближается не к старости, а к молодости,которая лучше всякой молодости». Новый человекобновляется по облику Создавшего его, то есть пооблику Христа. А Господь Христос не стареет, ибоне сотворил греха. Грех – это единственная сила,которая, по словам блаженного Феофилакта,«старит человека и растлевает. И мы, созданные Импо образу Его, должны отсекать от себя всякоегреховное растление и старение». «Только жизнь вдобродетели омолаживает навеки; хотя видимо мыстареем, духовно мы расцветаем».

***

Практикуя Христовыдобродетели, человек постепенно приобретаетоблик Христов, постепенно обновляется иобессмерчивается, ведь всякой добродетелью онпонемногу воскрешает себя из смерти вбессмертие, пока весь не погрузится в жизньвечную, сокровенную со Христом в Боге (ср. Кол. 3:3).Суть в одном подвиге – подвиге избавления отгреха, а через него и в оживотворении,воскресении, обессмерчивании, охристоличении.Всеми стремлениями своего существа христианинвходит в богочеловеческую жизнь Господа Христа.Этот богочеловеческий витализм не имеет ничегообщего с иссушающим философским витализмом илигеккелевским вульгарным зоологизмом. В немисточник всежизни – Трисолнечный Бог.

***

 Всенам свидетельствует, что воскресение Христово –это всеохватный этический подвиг и принцип.Христианин весь вступает на подвиг воскрешениясебя Христом. Его самоощущение постепенноразрастается во всеощущение, христоликойлюбовью охватывающее все миры, все существа вовсех мирах. И радостно всякий день и всякую ночьон в бескрайнем восхищении восклицает, обращаяськ ним: «Христос воскресе!» Пока все миры, сотрясаявсе вокруг, не прогремят: «Воистину воскресе!»

Осужденные на бессмертие

Люди осудили Бога насмерть; Своим воскресением Он их осуждает набессмертие. За удары он воздает объятиями, заоскорбления  -благословением, за смерть – бессмертием. Никогдалюди не являли себя более ненавидящими Бога, чемтогда, когда распяли Его; и никогда Бог непоказывал большей любви к людям, чем тогда, когдавоскрес. Люди желали сделать Бога смертным, ноБог Своим воскресением соделал людейбессмертными. Воскрес распятый Бог и убил смерть.Смерти больше не существует. Бессмертие окружилочеловека и все его миры.

ВоскресениемХристовым человеческая природа неотвратимопошла путем бессмертия и стала страшна даже и длясамой смерти. Ибо до воскресения Христова смертьбыла страшна человеку, а после воскресенияХристова человек стал страшен для смерти. Есличеловек живет верою в воскресшего Богочеловека,он живет выше смерти, недостижимый для нее; онаподножие его ногам. Где ти,смерте, жало? Где ти, аде, победа? (1 Кор. 15:55).Когда Христов человек умирает, он простооставляет тело, как одежду, в которую он опятьоблечется в день Страшного суда.

Смерть до воскресенияБогочеловека была второй природой человека;жизнь – первой, а смерть – второй. Человек привыкк смерти, как к чему-то естественному. Но Своимвоскресением Господь все изменил: бессмертиестало второй природой человека, сталоестественным для человека, а смерть –неестественной. Как до Христова воскресения былоестественным для людей быть смертными, так послеЕго воскресения для людей стало естественнымбыть бессмертным. Грехом человек стал смертным ипреходящим; воскресением Богочеловека –бессмертным и вечным. В этом и сила, и мощь, ивсесилие Христова воскресения. Без него не былобы христианства. Это величайшее чудо из чудес.Все остальные чудеса проистекают из него исводятся к нему. Из него происходит и вера, илюбовь, и надежда, и молитва, и боголюбие, ибратолюбие. Посмотри, ученики – беглецы,разбежавшиеся от Иисуса когда Он умер, вернулись,когда Он воскрес. Посмотри, сотник исповедалХриста как Сына Божия, когда увидел воскресших из гробов (Мф. 27: 52). Смотри, всепервые христиане стали христианами, потому чтоГосподь Иисус воскрес, потому что Он победилсмерть. Это то, чего не имеет ни одна иная вера; то,что Господа Христа возводит превыше всех богов илюдей; то, что самым несомненным образомпоказывает и доказывает, что Иисус Христос –единый истинный Бог и Господь во всех мирах.

Благодаря Христовувоскресению, благодаря Его победе над смертьюлюди становились, становятся и всегда будутстановиться христианами. Вся историяхристианства не что иное, как историяодного-единственного чуда, чуда воскресенияХристова, которое непрестанно продолжается вовсех христианских сердцах изо дня в день, из годав год, из века в век до Страшного суда.

Человек по-настоящемурождается не тогда, когда мать его рождает насвет, но когда он поверит в воскресшего ГосподаХриста, ведь только тогда он рождается для жизнибессмертной и вечной, а мать рождает ребенка длясмерти, для гроба. Воскресение Христово – матерьвсех нас, всех христиан, матерь бессмертных.Верою в Воскресение человек рождается заново,рождается для вечности. «Это невозможно!»  - замечает сомневающийся. Нопослушайте, что говорит воскресший Богочеловек: вся возможна верующему! (Мк.9: 23). А верует тот, кто всем сердцем, всею душою,всем существом своим живет по Евангелиювоскресшего Господа Иисуса. Вера – это нашапобеда, которою мы побеждаем смерть.

Вера в воскресшегоГоспода Иисуса. Где ти,смерте, жало (1 Кор. 15:55)? А жало смерти – грех.Воскресением Своим Господь «притупил жалосмерти». Смерть – змея, а грех – ее жало. Черезгрех смерть источает яд в душу и тело человека.Чем больше грехов имеет человек, тем больше жало,через которое смерть источает на него свой яд.

Когда оса жалитчеловека, он всеми силами старается удалить еежало. А когда грех уязвляет жалом смерти, чтонеобходимо предпринять? Нужно с верою и молитвоюпризвать воскресшего Господа Иисуса чтобы Онизъял жало смерти из души человека, и Онвсемилостиво сделает это, ибо богат милостью илюбовью. Когда многие осы нападают на телочеловека и изжаливают его, то тело отравляется иумирает; также бывает и с душою человеческою:когда многие грехи исколют ее своими жалами, онаотравляется и умирает смертью без воскресения.

Христом побеждая всебе грех, человек побеждает смерть. Если тыпрожил день и не победил ни одного своего греха,знай: ты стал более смертным. Если же ты победишьодин, два, три своих греха, смотри, ты помолоделмолодостью, которая не старится, помолоделбессмертием и вечностью. Никогда не забывай:веровать в воскресшего Господа Христа – значитвести непрестанную борьбу с грехами, со злом, сосмертью.

То, что человекдействительно верует в воскресшего Господа, ондоказывает, борясь с грехами и страстями. Если онборется с ними, то борется за бессмертие и жизньвечную. Если же не борется тогда тщетна и вераего. Не является ли вера человеческая забессмертие и вечность? Тогда скажи мне в чем онасостоит? Если верою в Христа не достигаетсявоскресение и победа над смертью, тогда на чтоона нам? Если Христос не восстал, значит, грех непобежден, смерть не побеждена. Если же ни грех, нисмерть не побеждены, тогда зачем же верить воХриста? Кто верою в воскресшего Господа боретсясо всяким своим грехом, тот постепенно укрепляетв себе чувство, что Господь действительновоскрес, действительно притупил жало греха,действительно победил смерть на всех поляхсражений.

Грех постепенноумаляет душу в человеке, стирает ее в смерть,претворяет ее из бессмертной в смертную, изнепреходящей в бренную. Чем больше грехов, темчеловек более смертен. Если человек не ощущаетсебя бессмертным, знай: он весь в грехах, весь внедалеких мыслях, весь в поблекших ощущениях.Христианство – это призыв бороться со смертью допоследнего вздоха, бороться до окончательнойпобеды над нею. Всякий грех – отступление, всякаястрасть – бегство, всякий порок – поражение.

Не надо удивлятьсятому, что и христиане умирают телом. Телеснаясмерть – это сеяние. «Сеется тело смертное», -говорит святой апостол Павел, и прорастает,всходит и вырастает в тело бессмертное (ср. 1 Кор. 15: 44).Как посеянное семя, тело разлагается, чтобы егооживил и усовершил Дух Святый. Если бы ГосподьХристос не воскрес плотию, какую бы пользу имелаона от Него? Другими словами, Он не спас бы всегочеловека. Если тело не воскресло, зачем же Онтогда воплощался, зачем принимал на Себя плоть,раз ничего не даровал ей от Своего Божества?

Если Христос невоскресал, тогда зачем верить в Него? Скажучестно, я бы никогда не поверил в Христа, если быОн не воскрес и не победил смерть. Он победилнашего самого страшного врага и даровал намбессмертие; без этого этот мир – шумная выставкаотвратительных бессмыслиц. Только Своим славнымвоскресением чудесный Господь нас освободил отбессмысленности и отчаяния, ведь ни на небе, нипод небом нет большей бессмыслицы, чем этот мирбез воскресения, и нет большего отчаяния, чем этажизнь без бессмертия. И ни в одном мире нет болеенесчастного существа, чем человек, который неверует в воскресение мертвых. Лучше было бытакому человеку и не рождаться на свет… (ср. Мф. 26: 24)

В нашем человеческоммире смерть – величайшая мука и жесточайшийужас. Освобождение от этой муки и от этого ужаса иесть спасение. Такое спасение подарил родучеловеческому единственный Победитель смерти –воскресший Богочеловек. Он Своим воскресениемраскрыл перед нами всю тайну спасения. Спастись– значит обеспечить бессмертие и жизнь вечнуюсвоему телу и своей душе. Чем же это достигается?Ничем иным, как богочеловеческой жизнью, новоюжизнью, жизнью в воскресшем Господе и радивоскресшего Господа.

Для нас, христиан, этажизнь на земле – школа, в которой мы учимся, какможно обеспечить себе жизнь вечную и бессмертие.Ибо какая нам польза от этой жизни, если мы неможем ею приобрести жизнь вечную? Но чтобы сГосподом Христом воскреснуть, прежде человекдолжен с Ним пострадать и Его жизнь прожить, каксвою. Совершив это,  наПасху человек сможет сказать вместе со святымГригорием Богословом: «Вчера я распинался соХристом, ныне прославляюсь с Ним; вчера умирал сНим, ныне оживаю; вчера спогребался, нынесовоскресаю».

Всего в четырех словахсобраны четыре Христовых Евангелия. Это слова:«Христос воскресе!» - «Воистину воскресе!»… Вкаждом слове по Евангелию, а в четырех Евангелиях– весь смысл всех миров Божиих, видимых иневидимых. И когда все ощущения человека и всемысли собираются в гром воскресного приветствия«Христос воскресе!», тогда радость бессмертияпотрясает все существа, и они восхищенноотзываются грохотом чудесного пасхальногоответа: «Воистину воскресе!»

Вопль о Христе

Без святителя нетпросветителя, без святости нет просвещения; безпросветления нет просвещения. Только святительявляется настоящим просветителем, толькосвятость несет в себе настоящий свет. Истиннаяпросвещенность не что иное, как сияние святости;только святители истинно просвещены.  Святость живет и дышитсветом, сияет и действует светом. Освящая, она вто же время и осветляет, и просвещает.Просвещение как раз и означает просветление,ведь происходит от одного церковно-славянскогослова: «свет», аналогично греческим…Следовательно, просвещение на самом деле значитпросветление, просветление через освящениеДухом Святым как Носителем и Творцом святости исвета. Освященные и просвещенные Духом Святым,святители суть просветители.

Святость – этоблагодатное соединение с Богом, а это значит –соединение с вечным логосом и смыслом жизни исуществования, в чем и заключается полнота исовершенство человеческой личности и существа.Таковая благодатная святость – душапросвещения. Если просвещение не открывает  нам вечный смысл жизни,нужно ли оно нам? Лучше быть тигром в джунглях илильвом в пустыне, чем человеком несвятогопросвещения.

Просвещение безсвятости, просвещение без освящения Духом Святымпридумала Европа в своем гуманистическомидолопоклонстве. Все равно как бы этоидолопоклонство не проявлялось: впапопоклонничестве ли, в книгопоклонничестве, вчеловекопоклонничестве, в машинопоклонничестве,в модопоклонничестве. Но евангельское,православное, истинное просвещение освещаетчеловека божественным светом и просвещает его вовсем, что бессмертно и вечно, божественно и свято.Оно изгоняет всякий грех и преодолевает всякуюсмерть, тем самым очищая человека, освящая его иделая бессмертным, бесконечным и вечным.

Да, только святитель –настоящий просветитель; только святительство –истинное просветительство. Это евангельскаяистина, возвещенная миру чудесным ГосподомИисусом и сохраненная в Православии. Только вПравославии. Прислушайтесь к нашему народу,войдите в святилище его души. Разве вы не видите,что он навеки отождествил понятие просвещения спонятием святости, понятие просветителя спонятием святителя.  И всеэто он воплотил в святом Савве – первом ивеличайшем святителе и просветителе сербскогонарода, всегда первом и всегда величайшем. Этонародное чувство постепенновыкристаллизовалось в неизменный взгляд напросвещение. Взгляд и критерий. Он не признаетпросвещения без святости и не принимаетпросветителя без святительства, не потому ли исербский народ так недоверчив ко многимсовременным просветителям?

От просветителя нашнарод хочет и просит прежде всего святости. Еслиже не найдет – нет просвещения. Разве вы нечувствуете, что понимание просвещения каксвятости, как освящения и просветления Христовымсветом стало народным самоощущением, котороевесьма скоро может стать жгучим самосознанием,полным бунта? И этот бунт уже грохочет вбогомольческом движении против дерматинового,кожаного, галантерейного, механического,машинного европейского просвещения, радисвятосаввского просвещения, евангельского,Христова. Без Господа Христа Растко навек быостался всего лишь Растко и никогда  бы не стал святым Саввою, тоесть святителем и просветителем. Свою чарующуюличность он выстроил на подвижническом лозунге: Господь просвещение мое иСпаситель мой (Пс. 26: 1).

Спасение себя Христомот греха и порока, от зла и смерти – это и естьистинное просвещение себя. Стихийное,богобоязненное, молитвенное почитание СвятогоСаввы нашим народом свидетельствует о том, что внашем народе человек не может бытьпросветителем, не будучи святителем. Вся нашаистория ясно показывает, что в нашем народетолько святители были просветителями. Народтолько их и признает. А нас, и священников, имирян, уже начинает не признавать просветителямиразве не потому, что мы предали и бросилиевангельское, православное, народное пониманиепросвещения как святительского подвига изаблудились в дебряхсхоластическо-протестантских школ, факультетов,академий?

Просвещение,оторванное от святости, восставшее противЕвангелия – это мы и наше трагическое начинание.Самое большее, что это галантерейное,гардеробное просвещение может сделать длячеловека, это превратить его в обходительного,  в хитрого, взамаскированного зверя… Но все бездны нашейнародной души говорят голосом своих каскадов:без святительства нет просветительства, безсвятителя нет просветителя. Разве не в этомЕвангелие? Разве не в этом Православие? А еслинет, тогда нам не нужны  ниЕвангелие, ни православие.

Давайте молитвенно,неторопливо прочитаем Евангелие Православия иПравославие Евангелия. Господь Иисус Христос –наше освящение и наше просветление, нашасветлость и наше просвещение (ср. Ин. 8: 12; 1 Кор. 1: 30). Онпроложил весь путь и сделал возможным весьподвиг освещения и просвещения человека вечнойистиной и вечной жизнью. Засомневаешься ли в чем,застынешь ли в недоумении, с любовью всмотрись вГоспода Иисуса и спроси себя: так ли бы Онпоступил? Если бы Он поступил так, тогда и ты такпоступи, ибо это свято, освящает и просвещает;если бы Он так не поступил, не делай этого и ты,ибо это гадко, помрачает и умерщвляет.

В условиях этой жизничеловек обретает святость путем восприятиябожественной правды как содержания своейличности (ср. Рим 6: 19).Душа освещается и просвещается, когда  и себя, и свое телоупражняет в святых мыслях, в святых чувствах, всвятых желаниях, в святых делах. А плод этого –жизнь вечная (Рим 6: 19, 22). Рабство греху телом,душою, чувствами приводит к смерти, из которой невоскресают (Рим. 6: 9, 21, 22).От рабства греху человек освобождается ГосподомХристом, если благодатными подвигами веры илюбви, молитвы и поста, смирения и кротости,терпения и прощения будет день и ночьпреобразовывать себя из грешного в безгрешного,из смертного в бессмертного, из бренного ввечного.

Святость – нормальноесостояние боголикой души человеческой, поэтомунаша святость – это воля Божия (ср. 1 Сол. 4:3). ЭтогоБог хочет от нас, этого требует, в этом вся Еговоля о нас. И мы исполняем Его волю, если творимтолько то, что свято, что освещает и просвещает.Поступая так, мы освещаем себя и просвещаемся.Поступать так возможно всегда и всякому,возможно всем нам, если мы содержим себя в святомрасположении благодатным осуществлениемевангельских добродетелей и если все свои мысли,и желания, и ощущения, и дела ведем путемевангельской святости и света (ср. 1 Сол. 4:5)

Все Евангелиесобирается в единый наказ Божий всем нам: святи будите, яко Аз свят есмь(1 Петр 1:16). В Своем несказанном снисхождении Боглюбви уравнивает людей с Собою: для Бога и длялюдей действительно одно и то же Евангелие, однаи та же благодать, одна и та же истина, одна и та жеправда, одна и та же жизнь, одно и то же добро; иОсвещающий, и освещаемые  от единаго вси [Ибо иосвящающий и освящаемые, все — от Единого](Евр.2:11). Следовательно, путь христианина есть путьсвятых (ср. Евр. 9:8). Апостол решительно советуетхристианам: по звавшему выСвятому (то есть по Христу), и сами святи во всем житиибудите (1 Петр 1: 15). Новозаветная заповедь: ходити достойно Богу (1 Сол 2: 12; ср. Флп. 1: 27; Кол1: 10). Евангелие – это не что иное,как Божий призыв к святости, обращенный к людям (1Сол. 2: 12; 4: 17). Иметь святыню со всеми, святоерасположение ко всем – это норма всех нашихвзаимоотношений (ср. Евр. 12: 14). Без этого никто не увидит Господатам. Господь есть свят,  поэтому только святые,только освященные и просвещенные могут Еговидеть. Те, кто вечную истину усваивают всемсвоим существом (ср. Ин. 17:17)

Когда ищут вечнуюистину, вопрос что естьИстина? (Ин. 18: 38) бывает ошибочен. В этом случаенужно задаваться вопросом: «Кто есть Истина?»Ведь такой истиной может быть только личность, аименно Божественная Личность, а не тварь, толькоБог Творец, а не творение и материя. Богочеловекотвечает: Аз есмь Истина [Я есмь путь иистина и жизнь](Ин. 14:6), но отвечает толькотому, кто всем своим сердцем, всею душою, всемсуществом своим через молитвы и слезы, через пости бдение, через воздыхания и рыдания вопрошает:«Кто есть Истина?»

Освещенные вечноюИстиною и есть единственные истиннопросвещенные, ведь ИстинаИисус Христом бысть (Ин 1: 17). Без Него, помимо Него и вне Него нетИстины и не может быть. Хотите схему? Вот она:Христос – Истина – освящение = просвещение.Истина создает в душе святое расположение, а изсвятой души непрестанно исходят святые мысли,святые желания, святые ощущения, святые дела.Поэтому христиане и называются освященными (1 Кор 1:2). Ты неверишь, потому что тебя задавили грехи, сокрушилистрасти, но послушай слово вечного Евангелия: всякое создание Божие…освящается словом Божиим и молитвою. (1 Тим 4: 5-6).Всякое создание: и ты, и я – только при условии,что мы исполняем слово Божие, Евангелие имолимся. Да, молитва освящает и просвещает. Еслиты ее не имеешь, то ты далек от освящения, отпросветления, от просвящения. Если ты неосвящаель себя Евангелием и молитвою, разве тыБожие создание? Только диавол не может этимосвятиться, ибо из-за богоборчества он сталнастолько зол, что перестал быть творениемБожиим, а может быть, забыл, что и был некогдатаковым.

Спасение совершается восвящении себя Духом Святым. К этому через СвоеЕвангелие нас и призывает Бог (ср. 2Сол. 2:13). Спасение – этомучительный и долгий подвиг благодатногосамоосвящения совершением евангельскихзаповедей, при этом подвиг личный, интимный,непрерывный. Цель жизни человеческой на земле –стяжание Духа Святого, о чем боговдохновенноучит святой Серафим Саровский. Поэтому ДухСвятой и называется Духом святыни, Духомосвящения (ср. Рим. 1:4).

Освящение проявляетсякак просвещенность Духом Святым. Следовательно,Духов день – день просвещения Истиной, светом,огнем. Святость и свет суть одно и то же в СвятомДухе, как в Нем, так и в  духоносныхАпостолах и святых Отцах. Поэтому святители, какдухоносцы, - единственные просветители. Они святысветом и в свете. (ср. Кол 1: 12). Своею святостью они изгоняют грехиз всех глубин души и тела человеческого, асветом освещают всякому человеку путь из логовасмерти в лазоревую синеву бессмертия.

Духоносцу ясно все: ижизнь, и смерть, и радость, и печаль, и смыслчеловека и мира, ведь Духом Святым он видит логосвсего, смысл всего, как святые Апостолы в деньПятидесятницы. Крещение Духом Святым и огнеместь одновременно и освящение, и просвещение,почему и крещение Спасителя называетсяПросвещением (ср. Мк. 1:8). Рожденные Духом Святым всвятость и в свет, христиане становятся иостаются христианами только Духом Святым, из-зачего и называются святыми (Деян 26: 10; Рим 1:7; 8: 27; 15: 31; 16: 2, 15; 1 Кор 1:2; 6: 1,2; 14:33; 16: 1, 15; 2 Кор 1:1; Еф 1:1, 18, 19; 6:18; Флп 1: 1; 4: 22; Кол 1: 2, 4).

В крещении имиропомазании человек принимает от Духа Святогозакваску святости, которой должны вскиснуть всядуша и тело, подвизаясь в евангельскихдобродетелях. Богочеловеческое тело Христовочерез воплощение стало нашим, человеческим, нотранссубъективно нашим, а через Святое Причастиеоно становится действительно и лично нашим, ведьв Святом Причастии – совершенство освящения,просвещения, просветления. Далее в близости иединении с Богом идти невозможно и некуда,невозможно для человеческой природы (ср. Евр. 10: 10, 14)

Святость всегдапроявляется как свет. Этой истиной живетЕвангелие Христово и в этом, и в ангельском мире.В преображении Спасителя нам подается образецвсякого преображения святости в свет (ср. Мф 17: 2; Лк 9: 29).Преображенные святостью, святые всегда сияютблагодатным светом, который иногда, по даруБожиему, начинает из них сиять, как солнце.Бесчисленны примеры этому в среде святыхподвижников. Скажем только о двух-трех.

«Был Авва, именемПамво, о котором рассказывают, что он три годамолился Богу и говорил: «Не дай мне славы наземле!» Но Бог так прославил его, что никто не могсмотреть на лицо его по причине блеска, которыйон имел на лице своем». «Рассказывали об АввеПамво что, как Моисей получил образ славыАдамовой, когда просияло лицо его (Исх.34: 29), так и Аввы Памво лицо сияло,как молния, и он был, как царь, сидящий на престолесвоем. Таков же был и Авва Силуан и авва Сисой».

«Рассказывали об АввеСисое: перед смертью его, когда сидели около негоотцы, лицо его просияло, как солнце. И он говоритотцам: «Вот пришел Авва Антоний». Немного послеопять говорит: «Вот пришел лик пророков». И лицоего заблистало еще светлее. Потом он сказал: «Вот,вижу Апостолов». Свет лица его удвоился, и он скем-то разговаривал. Тогда старцы сталиспрашивать его: «С кем ты, отец, беседуешь?» Он жеотвечал: «Вот пришли Ангелы взять меня, а я прошу,чтобы на несколько времени оставили меня дляпокаяния». Старцы сказали ему: «Ты, отец, неимеешь нужды в покаянии». Он отвечал им: «Нет, яуверен, что еще и не начинал покаяния». А всезнали, что он совершен. Вдруг опять лицо егозаблистало, подобно солнцу. Все пришли в ужас, аон говорит им: «Смотрите, вот, Господь… Онговорит: «Несите ко Мне избранный сосудпустыни»», - и тотчас предал дух и был светел, какмолния. Вся храмина исполнилась благоухания».

Преображая себяблагодатными подвигами, человек постепенностановится светлее и светлее. Житьпо-евангельски, по сути, значит, светлетьлогосным, божественным светом, претворяться всвет, быть светом, ведь в Боге и Богочеловекежизнь и свет единосущны (ср. Ин 1: 4), а потому и во всех настоящиххристианах. Это сияние благодатным светом насвятых иконах святителей изображается в виденимба вокруг головы. Личность святительская теми отличается, что сияет светом вечной Истины иправды, доброты и красоты. Исвет во тьме (греха и смерти – И.П.)светится, и тьма Его не объят.(Ин 1:5).

Царство смерти ширитсядо тех же пор, что и человек; расширяя своевлияние, он распространяет смерть – трагиченудел человеческий в мире. Обрати внимание, ничтово вселенной не смертно, кроме человека и того,что около него и ему принадлежит. Гуманизм! Этонаивная детская возня на оглушительной мельницесмерти. Грехом, смертью тьмою человек претворилэтот мир в страшилище из страшилищ и в ужас изужасов. Среди этих земных монстров людям с хотьнемного пробужденной душою не дает сойти с умалогосный, божественный свет, даруемый всякомучеловеку, грядущему через ядовитую тьму греха исмерти (ср. Ин 1:9).

Свет – это Христос,пришедший в мир, но людям более мила тьма (то естьгрех, смерть, зло), чем свет. Почему? Потому что ихдела злы; потому что всяк боделаяй зло, ненавидит света (и всякий: и я, и ты,когда совершаем зло)и неприходит к свету, да не обичатся дела его, яколукава суть (Ин 3: 20).Некая таинственная тождественность существуетмежду светом и вечным божественным добром, равнокак существует  и роковоеединство между тьмою и сатанинским злом, отсюдапроисходит и ненависть тьмы и зла ко всему, чтобожественно светло и добро. Творяйже истину грядет к свету, да явятся дела его, яко оБозе суть соделана. (Ин 3: 21).

Весь мир погряз во тьмегреха. И в этой страшной тьме только дивныйГосподь Христос мог сказать о Себе: Аз есмь свет миру: ходяй по Мнене имать ходити во тьме, но имать свет животный (Ин. 8: 12). Без чудесногоГоспода Иисуса мир – это тьма, полная привидений.Разве вам не покажутся вещи похожими нафантастические призраки, из которых на васкосится чудовище смерти? Если в вас есть смелостьзаглянуть в этот ужас, то вы ощутите это, и тогда,тогда, что останется вам, если не мольба коХристу? Ведь человек не знает, куда идти, бродябез Христа по этой выставке призраков, чтозовется миром (ср. Ин 12: 35).Чтобы знать куда идти, каким образом идет путь изэтого мира в тот, человек должен стать сыномсвета. Как? Верою во Христа как в свет, ведь такойверой человек рождается из света, становитсячадом света, сыном света. (ср. Ин 12: 36).

Вера в Господа Христане только извлекает человека из тьмы, но ипретворяет его в свет, в сына света. ПоэтомуСпаситель и говорит о Себе: АзСвет в мир приидох, да всяк веруяй в Мя во тме непребудет (Ин 12: 46). Идействительно, кто истинно поверил в ГосподаХриста, тот не останется во тьме смертной, и никтоподобный никогда не останется. Следовательно,верующие – это просветленные, и божественным светом своей души ониосвещают все тайны неба и земли. Имея это в виду,апостол Павел пишет христианам: Бесте бо иногда тма, ныне жесвет о Господе: якоже чада света ходите (Еф. 5:8). Тьма былаобразована грехом, порочностью, смертностью,свет образовался в Господе, с Господом, которыйесть сущая святость и свет. О том, что это так,апостол свидетельствует христианам: Вси бо вы сынове света есте исынове дне несмы нощи, ниже тмы [Ибо все вы —сыны света и сыны дня: мы — не сыны ночи, ни тьмы](1Сол. 5:6), ведь Господь Бог наш – Отец светов, всех светов (Иак. 1:17).

Богоносные святителисуть свет мира, светила мира (ср. Мф. 5:14; Ин 8: 12; Флп. 2: 15), потому их и не может объять тьмагреховная. Но святые светлы не сами по себе, ачерез Христа в себе; они только верные обладателии распространители Христова света. Святители ипосле смерти – просветители, ведь они светят нетолько святым словом, но и своими святыми мощами.Самый очевидный пример – мощи святого Саввы.Поэтому они и были сожжены турками. Но развеможно огнем сжечь свет? Свет этим лишь еще болееразжигается… Господьпросвещение мое и Спаситель мой, кого убоюся?(Пс. 26:1).

Бог – совершеннаясвятость и совершенный свет, поэтому и тьмы в Нем несть ни единыя [Бог есть свет,и нет в Нем никакой тьмы](1 Ин. 1:5). Аще же во свете ходим, якоже ОнСам Той есть во свете [если же ходим во свете, подобно какОн во свете]. (1Ин 1:7), то мы общники с Ним,общники со светом, так как святость хранитсясветом. Это закон евангельской жизни в Боге:Божественная святость и свет открывают очи нашейдуши на вечные реальности этого и иного мира, атьма греха их ослепляет, дабы мы не видели ничегоБожиего и ничего вечного ни в мире, ни над миром (Еф. 1: 18).

Святость – это подвиг,поэтому и просветительство – подвиг. Человекдостигает и того, и другого, если подвизается вевангельских добродетелях. Ибо Господь Истиныявляет нам эту истину: Ащеубо вы зли сущее, умеете деяния блага даяти чадомвашим, кольми паче Отец, Иже на небесе, даст ДухаСвятаго просящим у Него (Лк. 11:13) И давал Его стольким духоносцам, идает, и будет давать. Но при условии, котороекрасноречиво формулирует святой Иоанн Златоуст:«Послушай Бога в заповедях, чтобы Он услышал тебяв молитвах».

Просветительство –это проекция святости. Только освятив себя,человек может освящать других; только ставсветом, может просвещать других.Богочеловеческое Евангелие все сводится кличному подвигу, всегда исходит из себя, из своейличности. Спасаясь, человек неприметно спасает иокружающих его; просвещаясь, он просвещает идругих. Это евангельский путь, вернопрактиковавшийся, сберегавшийся и сохраненный вПравославии и громогласно выраженный словамивеликого святителя и просветителя вселеннойГригория Богослова: «Надобно прежде самомуочиститься, потом уже очищать; умудриться, потомуумудрять; стать светом, потом просвещать;приблизиться к Богу, потом приводить к Немудругих; освятиться, потом освящать».

По воле Провидения мы (сербы – прим. ред) живем нагеографическом и религиозном перекресткеВостока и Запада. Наверное, поэтому мы так частооказываемся на мучительном перепутье. Обратилили вы внимание на то, как к нашей православнойдуше не подходит рационально-схоластическоепросвещение, просвещение, римокатолической ипротестантской Европы? Это весьма явно выраженов идейном и моральном заблуждении нашейинтеллигенции. Оторванная от народа, онаутратила православное ощущение и православныеориентиры в главных вопросах жизни и смерти.Просвещение в стиле европейского Aufklarung’а никогда для нас неможет быть просвещением. Православное ощущение,православное сознание только святителейпризнает просветителями, и только святость –светом. Глубок голод нашей души, глубже чем этокажется многим представителям нашейинтеллигенции, и никто, кроме Христа и Егосвятителей-просветителей, не может его утолить.

В таинственной исвятой Православной Церкви для человека, которыйискренно ищет смысл и свет жизни, всегдазаключены несказанные духовные радости, иутешения, и воодушевления, и полет, и размах, ивызывающие восторг горизонты. Ни во мне, ни в тебенет такого отчаяния, такой печали, такогонедоумения, такого греха, такой тьмы, такойсмерти, которых бы мы не могли изжить из себячудотворными православными молитвами. Если мракпридавил твою душу и ты расслабленный духомлежишь во тьме, вот тебе молитва, выплачь ее, истанет легче: Просвещениево тьме лежащих Спасение отчаянных, Христе, Спасемой, к Тебе утреннюю, Царю мира, просвети мясиянием света Твоего.[здесь и далее стихи из акафистаИисусу Сладчайшему] Если ты помрачилсямногими грехами, вот тебе лекарство: Иисусе сладчайший, освяти мятемнаго. Иисусе, Свете мой, просвети мя. Еслинечистые, несвятые мысли приходят к тебе насердце, прибегни к молитве, молись долго и сплачем: Иисусе сладчайший,просвети моя мысли сердечныя. Иисусе, Светесвятый, облистай мя. Если красная мгласладострастия показалась на горизонте твоейдуши, сразу же припади к чудесной молитве: Иисусе сладчайший, просветимоя чувствия, потемненная страстьми… Иисусесладчайший, сохрани сердце мое от похотейлукавых. Если же они со всех сторон найдут натебя, чтобы свалить во тьму, в отчаяние, в смерть, -возопи ко Господу Всемилостивому:  Нанебо очи пущаю моего сердца к Тебе, Спасе, спасимя Твоим осеянием.[Воскресная утреня, первый антифон,второй глас.]

III

ВОДОРАЗДЕЛ

Метерлинк перед великойтишиной

Морис Метерлинк [(1862-1949) –французский писатель, лауриат Нобелевскойпремии (1911) прим ред.] через свои печальныемысли и бурные ощущения всегда стремился кцентральной тайне мира. Он непрестанно к нейприближался, а она непрестанно удалялась от него.Таинственная душа реальности эта чудесная синяяптица, каждый раз выпархивала из гнезда, когдаМетерлинк к ней приближался, протягивая к нейсвои страстные руки, готовые к вечным объятиям. ИМетерлинк остается одиноким в своей тоске, вечноодиноким со своими жаждущими руками, которыекаждый день могут свернуться в самоубийственноекольцо. Трепещущее желание и спирающая дыханиелюбовь к волшебной синей птице буйно росли ввысоты бесчисленных бесконечностей и смелопогружались в глубины бездонных пропастей. Онижужжали «жизнью пчел», благоухали «разумностьюцветка», .рыдали «великою тайною», мудрствовали«великим законом» а синяя птица все упорнеескрывалась от Метерлинка. И он, измученныймыслями, израненный чувствами успокаивал самсебя: скорбь лечил скорбью, печаль – печалью,воздыхание – воздыханием.

МироощущениеМетерлинка очень сложно и потому весьма скорбно.Его мысль о мире всегда цветет неизлечимоюпечатью, ибо вырастает из трагически сложногомироощущения. Человек такого ощущения и такихмыслей не может не быть печальным в этом мире. Аесли этот человек – Метерлинк, тогда его печальчасто превращается в крик, в ужас, в вопль«слепых», которые безнадежно блуждают по своемуобособленному острову смерти, который зоветсяземлею.

Метерлинк, как редкокто в Европе, ощутил, что жизнь и смерть, по сути,составляют одну неделимую проблему и однунеделимую муку. Не может человек жить спокойно,если его жизнь окружена небытием и заминированасмертью. Ведь с какой бы стороны ни приступалМетерлинк к жизни и ни входил в нее, везде онвстречал смерть, или ее предтеч, или еехранителей.

У смерти нет языка, нетслова. Она всегда молчит. Нет более упорного иболее вероломного молчальника в человеческихмирах. Потому смерть и является самым страшнымчудовищем. Немой враг – самый невыносимый исамый отвратительный враг. О, если бы онзаговорил! Человек бы ожил; радость бы громомударила в его сердце. Но смерть всегда молчит.Ведь слово означает жизнь означает смысл, Логос.Если бы смерть заговорила, то умерла бы. Слово –отдушина всякой муки и особенно сильнейшей.Представьте себе, если бы Иов не говорил или еслибы Иван Карамазов не исповедался Алеше! Отмолчания Иов бы умер, а Иван сошел с ума.

Через все свои делаМетерлинк на самом деле задавалодин-единственный вопрос: в чем смысл жизни или вчем смысл смерти, каков смысл существования мира?Этот триединый вопрос был особенно остро иискренно им поставлен в своем новейшемпроизведении «Перед великой тишиной».

Как странный знаквопроса, человек идет по этому миру.Чувствительный к таинственности мира, человекнеисчерпаем в воображении и в постановкевопросов себе и миру вокруг себя. И на все еговопросы один ответ – великое молчание. Разветолько это? Вселенная, справедливость, Боготвечают молчанием великим и, увы нам, возможно,вечным. Великое молчание есть самыйнемилосердный ответ измученному мыслителю. О,ему был бы более желателен любой иной ответ, лишьбы не тишина, великая, упорная, жуткая.

***

По природе своегосущества человек – вопрошатель. Но часто весьматрагический вопрошатель, ведь редко, реже всегоон спрашивает себя о том, что такое сознание,которое и рождает вопросы, и отвечает на них.Только глубочайшие мыслители задаются этимвопросом. И немо молчат перед ним. Метерлинк жечасто весь в этом вопросе. «Сознание, - говорит он,- которым мы столь горды, в котором наше все, безкоторого бессмертие для нас было бы равнозначносмерти, что оно есть в своей сущности? Может быть,это вид некоей непроницаемой перепонки, новаяткань, паразит нашего мозга, который нас навсегдаотделяет от остального универсума? Самый роковойдар наш, который для нас закрывает реальностьвсего существующего?»

Сознание – это то, чтоединственно и непосредственно «наше», то, чем мысуть мы, и все-таки в своей загадочной сущности –это некий незнакомый чужеземец внутри нас, чужак,пришедший, кто знает из каких миров, и созданный,кто знает из какой материи. Сознание гораздонежнее сна, но все же реальнее камня. Человек,если серьезно и искренно задумается над природойсвого существа и своего сознания, долженпочувствовать, что в его ткань вотканыбесчисленные и бесконечные силы. Как будто веськосмос единым, огромным усилием собрался, сжался,сконденсировался в малюсенькое существо ипроизвел человека. Макрокосмос в микрокосмосе. Инаоборот: в малом человеке живут все миры, все ихтайны, и действуют все их силы. Кто распутаетчеловека? Расшифрует его шифры? Разгадает егоиероглифы? Метерлинк живо ощущал этумакрокосмическую сложность и таинственностьчеловеческого существа. «Мы несем в себе, -заявляет он, - le resumeвсей истории всех миров». «Человечество, повидимости, ведомо не разумом, даже не чувствами, асилами, инородными и неизвестными. Возможно, оноиспытывает влияние определенных космическихатмосфер, определенных эфирных зон, черезкоторые оно проходит на своем пути впространстве и времени. Только его коллективнаяглупость препятствует тому, чтобы всегдаследовать указаниям тех, кто инстинктивно илисознательно понимает, куда ведут эти силы».

Задавленный тайноймиров, как некими бесчисленными ночами,Метерлинк болезненно ощущает, что человеческоесознание слишком мало, чтобы осветить своимсветом непроглядные тайны: «То, что мы называемсознанием, человеческим сознанием, хотя бы ивозведенное до крайней степени силы исовершенства, всегда весьма ограничено, весьмасильно сужено, сведено к одному кругу, неясноосвещенному, почти никогда не выходящему зарамки наших повседневных, малых переживаний».

Все существующеенастолько сложно, загадочно и таинственно, что неможет существовать без некой врожденнойразумности. Ибо лишь некая бесконечнаяразумность может быть не только причиной всегосуществующего, но и условием его продолжения вовремени. Разумность – это постулат бытия и жизни.Извлеките разумность из бытия, и все сорвется внебытие; извлеките разумность из жизни, несорвется ли все в смерть? Некая премудраяразумность, как нежнейший флюид, разлита по всемсуществам, от самых низших до высших, и по всемсозданиям, от простейших до сложнейших, иподдерживает их в существовании и бытии.Оскорбительная близорукость и холодность –видеть разумность только в человеке и отрицатьее во всем, что ниже и выше человека. Метерлинкчувствует разумность цветка. И он в этом прав.Цветок является цветком благодаря своейразумности. Развейте эту мысль, и она возгласит:соловей есть соловей своей разумностью, пчелаявляется пчелой своей разумностью. Бог есть Богразумностью, свет есть свет разумностью, минералесть минерал разумностью; все, что существует,существует только разумностью.

Если бы вселенная небыла разумна, - рассуждает Метерлинк, - она давнобы была мертва или лучше – испокон веков мертва,то есть никогда бы не существовала. Универсумсуществует разумностью. Свет неминуемо разумен,возможно, что он – это сама разумность, во всякомслучае, он очевиднейшая манифестацияуниверсальной разумности.  Еслибы Метерлинк эту свою мысль довел до ееестественного конца, до ее природногосовершенства, она должна была бы статьевангельской: Слово – это жизнь; Слово – это свет(Ин. 1: 4, 9). А это значит, что Слово, логосность, тоесть Разум, разумность есть энтелехия, сущностьсвета, жизни и всего существующего: ведь все, чтосуществует, существует через Слово (ср. Ин 1:3)

Для Метерлинканепонятна борьба между спиритуалистами иматериалистами, ибо обращение материи в дух идуха в материю непонятно и неприметно. Этогообращения попросту не существует. Бесконечномалое не духовнее бесконечно большого; ибесконечно великое не материальнее бесконечномалого… Дух начинается не там гдеограничивается видение видение микроскопа; он вовсем, что видит глаз. И вот еще один громоподобныйметерлинковский парадокс: глыба гранита иликварца настолько же духовна как и мысль Паскаля.А божественная евангельская мудростьблаговествует: все осуществилось через Слово (ср.Ин 1: 3), всяческая Тем и о Немсоздашася (Кол 1: 16). Он и есть духовностьдуховного, разумность разумного, жизнь живущего,материальность материального. Поэтому только вНем единственно и возможна теодицея,антроподицея и космодицея.

Одна и та же загадкасодержится во всех существах, во всем, что мыназываем духом и материей. Если, - говоритМетерлинк, - все материя, то загадка не более ясна,чем если все – дух, тем более, если все – материяи дух, если просто материя и если материя простодух. Такой спор ни к чему не приведет.

Мысль – это весьмаинтересный и чрезвычайно мучительный дар. Я бысказал, что Метерлинку тяжело, что человекнаделен мыслью. В огромном космосе, там, гдедействуют бесчисленные силы, мрачные и светлые,малюсенькая и мельчайшая мысль человекапостоянно мучительно умирает и никак не можетумереть. Она бессмертна в своем умирании. В этом изаключается трагедия человека. Человек –гуманист. Если бы у него было больше честности ихрабрости, то он бы воспользовался трагичностьюмысли для одного: чтобы совершить самоубийство.Ибо зачем ему мысль, если она означаетнепрестанное мучение в бессмертном умирании?  

Печальный Метерлинк –последовательный гуманист, искреннийчеловекопоклонник, потому он и трагично смел всвоей заключительной мысли: «Если бы человек былодарен менее боязливой разумностью,человечество давно перестало бы существовать,ведь, вероятно, оно не приняло бы жизнь такой,какой она нам навязана».

Да, да, мысль – это,несомненно, самый горький дар, до тех пор покачеловек не усладит ее сладчайшим ГосподомИисусом. И самый проклятый дар, пока он необлаговестит ее евангельской благодатнойвестью. Мысль человека-мыслителя, если незакончится Богом, рано или поздно закончитсяпомешательством.

***

Мудрую мысль высказалМетерлинк: «Скажите мне, каков ваш Бог, что Онделает, что Он говорит, что думает, как вы Еговидите, и я буду знать вас лучше, чем если быпрожил с вами десять лет». И Метерлинк искреннопоказал нам своего бога, тем самым раскрыв себяполностью. Его бог во всем похож на него. В этомсуть всей трагедии мысли и философии Метерлинка.«Бог – это цветок нашей души, вершина нашего Я, вбольшей степени Я, чем все остальное. Он есть нашенепрестанное творение. Он изменяется из века ввек, из года в год, изо дня в день. Тот, кто бы встарости имел Бога, подобного Богу его детстваили юности, был бы не человеком, а мертвецом. Богживет, растет, развивается, совершенствуется,питается нашей силой, нашей разумностью и нашимидобродетелями. Твой Бог – это ты, то, чем ты был,то, что ты есть, и в особенности то, чем тынадеешься стать».

Жалок бог Метерлинка,если он ни чуть не больше человека. Надо иметьчересчур трагическую гордость, чтобыпоклоняться богу Метерлинка. Но ни под какимвидом, ни под какою маскою человек не можетзаменить Бога живого и истинного. Причинабезысходного отчаяния Метерлинка – в егогуманистическом человекопоклонстве,идолопоклонстве. Замурованный в человеке, онзадыхается в нем и должен задохнуться. Человек неможет провозгласить себя Богом и при этом необезуметь (ср. Рим. 1: 21).Свою метаморфозу к трагическому и неразрешимомуМетерлинк красноречиво выражает в словах: «Аркелмоей молодости говорил в Пелее: «Если бы я былБогом, я бы имел жалость к людям». Аркел моейстарости сказал бы сегодня: «Если бы я был Богом,я бы стыдился того, что сотворил людей»».

Это по-ницшевскичестно, но и по-ницшевски же безнадежно.Действительно, человеческая мысль о смысле мира,об оправдании человека, если не завершаетсямыслью о Богочеловеке, Который есть единственныйсмысл мира и единственное оправдание человека,должна завершиться отчаянием, помешательством,самоубийством. Так она и завершилась в Ницще, вИване Карамазове, в Ставрогине и также, увы,завершилась и в печальном певце «разумностицветка», в мятежном философе «великой тайны».

***

Метерлинк –преимущественно поэт смерти и философ смерти. Нов его поэтических ощущениях и философскихразмышлениях очевидно некое гуманистическоезаблуждение и пантеистическая противоречивость,вернейший спутник которых – отчаяние. Хотя изажатый со всех сторон смертью, Метерлинкрассуждает: зачем жить? Затем, что нет ничегоиного, затем, что смерть не существует. Жизньсуществует, а смерть не существует. Смерть ненападает на жизнь, а жизнь делает смертьневозможной и даже немыслимой. Жизнь непозволяет ей иметь ни формы, ни прибежища. Жизнь,как кажется, убивает, меняя свое направление, ноубить так же невозможно, как и уничтожить. Когдамы режем ягненка, мы обращаем в другую сторонупоток, ни одна капля которого не пропадает. Жизньне имеет другого врага, кроме самой себя, то естьей невозможно его иметь. Все, что умирает,погружается в жизнь.

Мысль о вечномсуществовании, о вечном круговороте всегосуществующего несет в себе невыносимый ужас.Разве возможна более страшная мука для духачеловеческого, чем вечное сосуществование сбессмыслицами, гадостями, подлостями, которымирод человеческий осквернил целомудренное лицоэтой нашей звезды, золушки? Мы называем Богавечным, - заявляет Метерлинк. – Но никогда нельзязабывать, что все так же вечно, как и Бог, и неможет не быть таковым. Что это была бы за вещь,которая бы началась и могла бы иметь предел? Кудабы исчезла ее сущность, чем бы она стала? Всевечно, ведь ничто не пропадает; все нерушимо, еслине по своей форме, то во всяком случае по своейсущности. Прекратим раз и навсегда путать смертьс разорением или уничтожением. Мы всесовременники Божии и живем так же долго, как и Он.Мертвых нет, ведь все мертвецы живы, и все живыемертвы. Живые живут духовно и материально вмертвых, а мертвые в живых. И те и другиенеразрушимы.

«Никогда нельзяговорить, что кто-то мертв или мертвец. Мыговорим: это живое существо, которое большеневидимо. Это справедливее и ближе к истине,потому что, строго говоря, мертвых нет, но естьживые, которые изменили свою форму. Ничто никогдане прекращалось, и ничто никогда не перестанетсуществовать». Кто говорит «конец», - пишетМетерлинк, - не говорит «небытие». Конец живогочеловека есть начало мертвого человека, а конецмертвого человека есть начало преображения иэволюции, которую мы не в силах проследить вграницах пространства и времени. Мы столь жебессмертны, столь же вечны, как и универсум.Всякая молекула, всякая клеточка нашего тела,всякий флюид или всякая волна нашей разумностисуществует испокон веков и будет существоватьвсегда.

Смерть – этоестественное продолжение жизни. Жизнь непрекращается. Жизнь видит свое истинное лицолишь в зеркале смерти. «Чем была бы жизнь, если быне было смерти? Кто бы осмелился жить? Ведь толькострах смерти, вообще-то бессмысленный, помогаетнам продолжать свою жизнь до старости». Имеющеепредел не существует, потому что ничто неоканчивается во времени. Возможно только то, чтобесконечно. У людей есть только однонеотчуждаемое и несомненное счастье: они могутнадеяться на смерть.

Наше сознаниепродолжает существовать и после смерти. Этозначит, что мы можем осознавать себя живыми и поту сторону могилы. Жизнь в неумерщвляемом  сознании. «Мы никогда неузнаем, что мы мертвы». «Что была бы жизнь безсмерти? Смерть – это то, что придает жизниважность, значение, достоинство, смысл ибескрайние перспективы». «Жизнь – это тайна,смерть – ключ, которым она отказывается; но тот,кто поворачивает этот ключ, навеки исчезает вэтой тайне».

Но все же смерть – этонекое катастрофическое изменение самосознания,в котором утрачивается континуитет нашейличности, нашего Я. Если же так, тогда бессмертиечеловека как личности онтологически невозможно.Ведь бессмертие – только тогда бессмертие, еслив нем сохраняется преемственность личности.Метерлинк не ощущает эту антиномию, поэтомусмело выдвигает нелогичный тезис: «Нашенормальное состояние – это смерть, то естьбессознательность, потеря нашего я, нашейличности… Смерть – наше нормальное состояние,ибо означает наше возвращение к универсальнойжизни. В великом режиме универсума мы перестаембыть мучительным исключением». Мы можем несуществовать, но с того мгновения, когда мыначали существовать, мы окончательно бессмертны.

***

Книга Метерлинка«Перед великой тишиной» - трагичный баланс егофилософии. Иначе и быть не могло, ведь и он жертваевропейской эпидемии – гуманизма,человекопоклонства. Он хотел все свести  к человеку, все объяснитьчеловеком, и наконец тот ему опротивел. Этобольшое отвращение к человеку всегда охватываетчеловеческое существо, лишь только оно пытаетсяБога заменить человеком. В гуманистическомпорыве Метерлинк не пожелал опереться наБогочеловека, потому и онемел в безумномотчаянии перед неразрешимою загадкой мира.

«Для чего я жил? –спрашивает себя Метерлинк. – Чтобы вместе смиллиардами и миллиардами других существ, бывшихдо меня, моих современников и тех, которые придутпосле меня, стать бесполезным кольцом в цепи,которой не будет конца и которая ничему непослужит? Про прошествии тысяч лет вопросов иразмышлений человечество, украшающее жизнь наэтой земле, не нашло ответа, который можно было быпринять». Нам говорят, что, вероятно, в концеконцов ничто не пропадет в духовной сфере и чтовсе усилия, все трагичные победы нашего разума инашего сердца, собравшись, образуют единыйрезерв, из которого могут окормляться нашипотомки или другие миры и который будетспособствовать извлечению сознания универсумаиз мрака и хаоса. Но все наши усилия, все нашипобеды никогда не завершались ничем иным, какпогружением во все более и более глубокоенепонимание; и все, что мы узнавали о цели ипричине существования, о начале и конце, овремени и вечности, о материи и духе, о жизни исмерти, становилось все негативнее и негативнее.В общий фонд мы вкладывали только нули, которыеничего из себя не представляют и ни о чем неговорят. Нагромождая ничто на ничто, мы не можемнадеяться, что однажды мы сумеем нечто найти иобнаружить.

Мысль человеческая,выпоротая загадками мира, мученически ищет смыслжизни и не находит его. Она непрестанно уходит вовсе новые и новые бесконечности, которые толькоувеличивают ее жажду познания. Единственное, чтосуществует в универсуме, это бесконечность, -размышляет Метерлинк. – Бытие не имеет цели. Цельозначает границу, единственное же правилобесконечности и бытия в том, что у них нет и неможет быть границ. Это причина, которую мы ищем, ивсегда будем искать путем вопросов, и никогданичего не поймем. Единственный совершенный намипрогресс заключается в агностицизме. Страшенитог человеческого прогресса: «Если подвестиитог тому, что сделал человек с момента своегопоявления на земле, мы должны констатировать, чтоон не открыл ничего нового ни о жизни, ни о смерти,ни о Боге, ни об универсуме, ни о пространстве ивремени; несколько неуверенных слов о свете, отеплоте, об электричестве и гравитации и ничего одухе и материи, ничего о вечности, обесконечности, о добре или зле, о происхождении, оцели или пределе».

Чем закончитсячеловек? А чем такой человек, как Метерлинк?Прикованный к земле, он выкрикивает свои больныевопросы в космические пропасти и пещеры, иниоткуда ни эха, ни отклика. Отовсюду на человеканабегает и наседает тишина, глухая, а может быть,и вероломная. Для Метерлинка, конечно же, глухая ивероломная. Но не для Христова человека. Ведь он вБожием молчании находи красноречивые ответы насвои муки и боли. А отчаявшийся Метерлинк ещесорок лет назад, стуча своими вопросами внеоткрываемую дверь космических тайн, прокричалсуществу, стоящему за дверью: «Чудовище, я плюю натебя!»

Болезненно ираздражительно чувствительный к тайнам мира,Метерлинк свои размышления о жизни собрал вбезнадежный вывод, по-макбетовски полныйотчаяния и по-макбетовски трагичный. Шекспир,всечеловечески широкий и глубокий и при этомгораздо более здоровый душою, чем Метерлинк,высказал устами Макбета ужаснейшее суждение ожизни: «Жизнь – это сказка, рассказанная идиотом,полная ничего не значащего шума и ярости» [Шекспир У. «Макбет» в переводе Ю. Корнеева]

·         Жизнь– это только тень, комедиант, Паясничавшийполчаса на сцене И тут же позабытый; это повесть,Которую пересказал дурак: В ней много слов истрасти, нет лишь смысла»

Такое суждение о жизни– абсолютно в духе психологии трагическогозлодея, каким является Макбет. Но бесконечнотрагично для Метерлинка, что он усваивает этосуждение и говорит, что это, «несомненно,последнее слово нашей истины». И еще приправляетего новыми гуманистическими, декадентскимимаксимами: «Нет сомнений, все мы живем, какнаемные рабочие, машинально, слепо, поверхностновыполняя каждодневную работу». «Мы все вечныекаторжники». «Встречали ли мы когда-нибудь живоесущество, которое бы пошло не в смерть, а в другуюсторону?» И наконец, свидригайловское заключениеобо всем: «Жестокость и гадость – очевидныйзавет, основной закон природы».

Человеческая мысль отприроды бесконечна для того, чтобы знать своюцель: полностью соединиться с бесконечным Богом.Если же она обходит Бога, то удаляется всолипсическо-сатанинские бездны, в которыхнеминуемо  завершаетсамоубийственным отчаянием и безумием.Меланхоличный Метерлинк не может отделаться отэтого самоубийственного отчаяния и мысли:«Человечеству, возможно, придет конец, когдачеловек переработает и исчерпает всеизобретения природы, то есть когда все опробует,все предпримет, все уразумеет. Но гораздо болеевероятно, что прежде всего этого человечествоубьет себя своими собственными руками».

***

Прискорбно бытьчеловеком, еще прискорбнее, если этот человек –Метерлинк, а больше всего, если Иван Карамазов.Такой человек горит в огне своего собственногоотчаяния, но никак не сгорает, всегда умирает, ноникак не умрет. Человек, не расширенный, неуглубленный, не продолженный, не обесконеченныйБогочеловеком Христом, это не что иное, как совсех сторон герметически закупоренная монада. Онникак не может преодолеть себя, переступитьграницы своего проклятого одиночества ивступить в транссубъективный мир. Если глаззаключен в черную сферу, зрение ему приноситтолько сильнейшую муку. Так же и человек,заключенный в этом универсуме, только мучаетсяот того, то он человек. Это мучение претворяется внепреходящую радость только тогда, когда человекуверует в сладчайшего Господа Иисуса, Которыйгорькие тайны миров услаждает вечною сладостью иоткрывает их волшебные глубины. А до тех порпечальные исполины мысли сходят с ума отразветвленных ощущений и от денного и нощноголицезрения бесчисленны бездн.

Достоевский как пророк иапостол православного реализма.

Я знаю Достоевскогокак пророка, как апостола, как мученика, какпоэта, как философа. Многогранность его генияпоражает. Всечеловечески широкий и глубокий, онпринадлежит всем, но и все принадлежат ему. Оннастолько человек, настолько всечеловек, чтородственен всем: и сербам, и болгарам, и грекам, инемцам – всем людям на всех континентах. В неместь что-то от каждого из нас, то есть каждыйможет найти себя в нем. Своим всечеловеческимсочувствием и любовью он свой для всех.

Мы, люди, живем в миредвойной реальности, физической и духовной. Чтотакое реальность физическая? Материя. А что такоематерия? Сегодня есть физики, которые утверждают,что материи в действительности не существует,существуют лишь нематериальные праэлектроны ифотоны. А реальность духовная, что это такое?Душа. Что такое душа? Нечто непосредственноданное нашему существу, нечто, ни сущности, ниоблика чего не знаем.

Считая материю и душуреальностью, не провозгласили ли мы реальностьюнечто призрачное? Как бы мы ни хотели постигнутьреальность материи и духа, наша человеческаямысль и наше человеческое ощущениесвидетельствуют об одном и только об одном: иматерия, и дух сотканы из чего-то такого, чтопохоже на тень или на сон; сониеесмы непостоянное, то есть мы – это изменчивыйсон. А все, что мы называем творением исуществами, - из той же материи, что и сон: все ився – это тень и сон. Наш земной мир своейреальностью подобен сну, который кому-то снится.И мы, люди, часть этого космического сна,двигаемся в этом мире, как тени среди теней, какпривидения среди привидений, как призраки средипризраков.

Но человеческая мысль,природа которой фантастичнее самой природы сна,неустанно вопрошает: что есть то, что делаетматерию реальностью, и что – что делаетреальностью душу? И материю, и душу делаетреальностью только всемогущий Творец всехреальностей – Бог Слово. Это евангельский ответчеловеческой мысли, единственный ответ,означающий для нее истинное благовестие. Всесуществующее реально настолько, насколько имеет в себе силы Слова. Реальностьна самом деле это не что иное, как логосность. То,что делает природу природой, человека человеком,душу душою, материю материей, небо небом, землюземлею, жизнь жизнью и существо существом, этологосность.

Словоплоть бысть [Слово стало плотию](Ин. 1: 14).Эти три слова содержат в себе все Евангелиебожественного и человеческого реализма. Тольковоплощением Бога Слова люди познали настоящую,непреходящую, вечную реальность. До воплощениялюди в действительности были привидениями. ПослеВоплощения через все человеческое заструиласьбожественная реальность. И всякий человекнастолько истинно реален, насколько соединяетсебя с воплощенным Богом Словом. А это значит,насколько он становится членом телаБогочеловека Христа, которое есть Церковь. Кактело Бога Слова, Церковь, по сути, единственнаянепреходящая реальность в этом преходящем мире.

Пророческивдохновенно и апостольски восхищенноДостоевский прочувствовал всю бесконечнуюважность воплощенного Бога Слова для нашегоземного мира. Это первая и главнейшая реальностьи основа всякой прочной реальности. Достоевскийзаявляет: «Спокойствие для человека источникжизни, и спасение от отчаяния всех людей, инепременное условие, и залог всего мира, изаключается в трех словах: Словоплоть бысть, и вера в эти слова». Все ценностинеба и земли Достоевский находит в воплощенномСлове, потому и говорит: «Все дело в том, что Словов самом деле плоть бысть. В этом вся вера и всеутешенье человечества, утешенье, от которого ононикогда не откажется».

Став человеком, БогСлово сделал реальным для людей божественныеценности, божественные идеалы. Он показал, чтолюди могут жить Богом и воплощать Божии мысли ижелания в этом мире. Достоевский заявляет, чтоневозможно верить, «что Слово плоть бысть, т.е.что идеал был во плоти», и не верить, что он«возможен и достижим всему человечеству». Даразве человечество может обойтись без этойутешительной мысли? Да Христос и приходил затем,чтоб человечество узнало, что знания природадуха человеческого может явиться в такомнебесном блеске, в самом деле и во плоти а не точто в одной только мечте и в идеале, что это иестественно и возможно. <…> ПоследователиХристовы, обоготворившие эту просиявшую плоть,засвидетельствовали в жесточайших муках, какоесчастье носить в себе эту плоть, подражатьсовершенству этого образа и веровать в него воплоти. Другие, видя, какое счастье дает эта плоть,чуть только человек начнет приобщаться ей иуподобляться на самом деле ее красоте, дивились,поражались, и кончалось тем, что сами желаливкусить это счастье и становились христианами иуж радовались мукам. Тут именно все дело, чтоСлово в самом деле плоть бысть. В этом вся вера ивсе утешенье человечества, утешенье, от которогооно никогда не откажется».

Для ДостоевскогоБогочеловек Христос – это нечто более высокое,чем Истина. Правда, Любовь и все самоевозвышенное о чем только могут помыслить люди. Иесли бы даже возникла дилемма – Христос илиистина, - Достоевский избрал бы Христа иотвергнул бы истину. Такова его вера, вера, скоторой может сравниться лишь вера одногоапостола Павла. Такая вера и составляет его«Символ веры». Вот его собственные слова,говорящие об этом: «Бог посылает мне иногдаминуты, в которые я совершенно спокоен; в этиминуты я люблю и нахожу, что  другимилюбим, и в такие минуты я сложил себе символ веры,в котором для меня все ясно и свято. Этот символочень прост, вот он: верить, что нет ничегопрекраснее, глубже, симпатичнее, разумнее,мужественнее и совершеннее Христа, и не тольконет, но с ревнивою любовью говорю себе, что неможет быть. Мало того, если б кто мне доказал, чтоХристос вне истины и действительнобыло бы, что истина вне Христа, то мне лучше быхотелось остаться с Христом, чем с Истиной».

Христос – это Логос иЛогика всего существующего. Он дает смысл ижизни, и миру, и человеку, и всему творению. Еслимы отвергнем Его, то отвергнем все то, на чемстоит мир и раде чего от существует. Всем тем, ктоотвергает Христа, Достоевский апостольски смелозаявляет: «Все в мире без Христа станет грязно игреховно». Покажите «мне что-нибудь лучшеХриста»! «Укажите мне ваших праведников, которыхвы вместо Христа ставите».

Появление Бога Слова влице Богочеловека Христа ясно показывает, что вэтом мире Бог – единственная истиннаяреальность, а человек – реальность лишьнастолько, насколько воплотит в себе Бога Слова,насколько ологосится.  Своимитрудами и учением Богочеловек неопровержимопоказывает и доказывает, что в этом миредействительно существуют две истинныереальности – Бог и человек. А меж ними находятсявсе остальные реальности. Но различениереальностей происходит только в свете высшейреальности, Бога. Отпадение от этой реальностисрывает мысль в псевдореальность, в антибытие, внебытие. Полнейшая и страшнейшаяпсевдореальность – это сатана. Ибо он являетсобою самое радикальное отпадение и глубочайшуюудаленность от Бога.

Для нашего славянскогопророка и апостола Достоевского Бог естьвеличайшая реальность и ближайшаядействительность. Для его героев существует однаглавная мука – Бог. «Бог лишь мучает», - это ихобщая исповедь. Если Бога нет, тогда вседиавольский хаос, и бессмыслица, и глупость.Тогда мир покоится на абсурдах.

Иная реальность,величайшая после Бога, - это человек, егобессмертная душа, его личность. Наш пророк многобогомудрых пророчеств сложил об этой реальности.Он пророчествует: «Без веры в свою душу и в еебессмертие бытие человека неестественно,немыслимо и невыносимо». Если Бог – это перваяреальность, то бессмертие души – это втораяреальность. Бессмертие души есть главныйисточник всех непреходящих ценностейчеловеческих. Более того, «идея о бессмертии –это сама жизнь, живая жизнь, ее окончательнаяформула и главный источник истины и правильногосознания». Без бессмертия души жизньчеловеческая не имела бы никакого смысла иоправдания. «Лишь из этой одной веры (в бессмертие души – прим ред.) <…> выходитвесь высший смысл и значение жизни, выходитделание и охота жить». «Вера эта естьединственный источник живой жизни на земле –жизни, здоровья, здоровых идей и здоровых выводови заключений».

Апостол бессмертиячеловеческой души не может представить человекабез Бога. Человек существует, потому чтосуществует Бог. Если бы не было Бога, человек немог бы существовать. «Бессмертие души и Бог – этовсе одно и то же, одна и та же идея», - заявляетДостоевский. «Если есть Бог, то и я бессмертен», -справедливо утверждает он. Поэтому для неговерить в Богочеловека Христа и в загробную жизнь– величайшее дело на земле.

Всю свою жизньДостоевский пророчествовал о Богочеловеке и опреображении человека с помощью Богочеловека.Как пророк и прозорливец, он свел человеческоезло и человеческое добро к их праисточникам: зло– к диаволу, добро – к Богу. Ибо главное отличиепророка – видение мира и человека в мире с точкизрения вечности, размышление о мире мысльюБожией, возвещение Божиего промысла о мире,делание Божиего дела в мире.

Православный реализм– это не что иное, как богочеловеческий реализм,то есть благодатное и органичное соединениеБожиего и человеческого, небесного и земного.Всякое чувство от сильнейшего до слабейшего,всякая мысль от величайшей до мельчайшей должнаологоситься, обогочеловечиться подобноБогочеловеку и таким образом обессмертиться. Этопроисходит с человеком, воцерковившимся иоцерковившимся, когда он станет живой клеточкойв богочеловеческом организме Христовом –Церкви. Богочеловеческие силы Христовы ворганизме Церкви работают непрестанно и всечеловеческое преисполняют божественнойвечностью и жизненностью. Вот и примеры тому:старец Зосима, Алеша, князь Мышкин, Макар и другиесозидатели православного богочеловеческогореализма.

В новое времяДостоевский – это прозорливейший пророк и самыйкрасноречивый апостол Образа Христова. ОбразХристов – это единственный Свет против всякойтьмы, в которую может впасть род людской,единственный выход из всякой смерти,единственное утешение во всех муках,единственный указатель пути из всякогозаблуждения. «На земле же воистину мы как быблуждаем, - говорит Достоевский, - и не было быдрагоценного Христова образа перед нами, топогибли бы мы и заблудились совсем, как родчеловеческий перед потопом». Совестьчеловеческая сама по себе не являетсянепогрешимым критерием добра и зла, равно как иверным проводником в прохождении жизненногопути. Достоевский пишет: «Совесть без Бога естьужас, она может заблудиться до самогобезнравственного <…> . Надо еще беспрерывновозбуждать в себе вопрос: верны ли мои убеждения?Проверка же их одна – Христос». «Если мы не имеемавторитета в вере и во Христе, то во всемзаблудимся». «Нравственный образец и идеал естьу меня – Христос».

В мире наших трагичныхземных относительностей Достоевский – этобоговдохновенный пророк и апостол абсолютнойКрасоты. «Прекрасное есть идеал, - говорит он, - аидеал – ни наш, ни цивилизованной Европы ещедалеко не выработался. Но на свете есть однотолько положительно прекрасное лицо – Христос,так что явление этого безмерно, бесконечнопрекрасного лица уже, конечно, есть бесконечноечудо.  (Все ЕвангелиеИоанна в этом смысле; он все чудо находит в одномвоплощении, в одном проявлении прекрасного)».«Красота спасет мир», - пророчествовалДостоевский. Несомненно, абсолютная Красота,которая есть Христос, воплощенный Бог Слово.

Волшебный ОбразХристов – это все в Православии. «Вникните вПравославие, - советует Достоевский, - это вовсене одна только церковность и обрядность, этоживое чувство <…>. По-настоящему <…> в нем<…> один Христов образ». Все, что православно,сияет таинственным и благим светом ОбразаХристова. Славянский апостол Образа Христовавозглашает: «Утраченный образ Христа сохранилсяво всем свете чистоты своей в Православии». И,предлагая схему веры, он говорит: «Схема веры: Православиезаключает в себе образ Иисуса Христа».

Я не знаю более краткойи содержательной дефиниции Православия, чем эта.Только пророк божественного вдохновения мог всеЕвангелие и все Предания православные свести кОбразу Христову. И из Него вывести все, чтонеобходимо земле и небу, человеку и человечеству.Живя Образом Христовым, храня все, Его вечные ироскошные дары, Православие несет в себе решениевсех личных и общественных проблем. Достоевскийутверждает, что все тайны личности,самоусовершенствования и пути к нему открытыПравославием и его дисциплинойсамоусовершенствования.

В тайне личностисокрыта и тайна общества. Кто решит проблемуличности, решит и проблему общества. Это -богомудрое пророчество нашего славянскогопророка. Он апостольски сильно благовествует:«Не «начало только всему»есть личное самоусовершенствование, но ипродолжение всего, и исход». Но это личноесамоусовершенствование возможно, только есливерить в бессмертие души и в ее таинственнуюсвязь с Богом. Идея личногосамоусовершенствования «исходила <…> изубеждений, что человек вечен, что он <…> связанс другими мирами и с вечностью». Лучший примерличного самоусовершенствования мы имеем всвятых. «Святые, - говорил Достоевский, - <…>сами светят и всем нам путь освещают». Они суть«положительные характеры невообразимой красотыи силы». Они идеал для всех, они вожди и ведут нас,как блудных детей.

В своих пророческихвидениях Достоевский видит всех людей всехвремен, связанных между собою единою судьбой.Таинственным, но в то же время весьма реальнымобразом все люди присутствуют во всяком человекеи всякий человек – во всех людях. Отсюдапроисходит ответственность каждого человека завсех и вся на земле. Достоевский учит: «Каждыйединый из нас виновен за всех и за вся на земленесомненно <…>. Сие сознание этого есть венецпути <…> всякого на земле человека». Человекявляется истинным человеком, если чувствуетчужие грехи, как свои, и кается в них. «Одно тутспасение себе, - благовестит Достоевский, - возьмисебя и сделай себя же ответчиком за весь грехлюдской. Друг, да ведь это и вправду так, ибо чутьтолько сделаешь себя за все и за всех ответчикомискренно, то тотчас же увидишь, что оно так и естьв самом деле и что ты-то и есть за всех и всявиноват».

Вопрос вопросов: какприйти к убеждению, что существуют лишь двенаивысшие ценности – Бог и бессмертие души?«Опытом деятельной любви, - отвечает Достоевский.– Постарайтесь любить ваших ближних действеннои неустанно. По мере того как будете преуспеватьв любви, будете убеждаться и в бытии Бога, и вбессмертии души вашей. Если же дойдете до полногосамоотвержения в любви к ближнему, тогда уженесомненно уверуете, и никакое сомнение даже и невозможет зайти в вашу душу». Где небольшаялюбовь, там и небольшая вера в Бога и в бессмертиедуши. Где нет любви, там абсолютный мрак неверия,ад. Ведь «что есть ад? – спрашивает Достоевский иотвечает: Страдание о том, что нельзя уже болеелюбить».

Любовью достигается нетолько тайна Бога и бессмертия души, но и всякоготворения вообще. «Любите все создание Божие, -советует Достоевский, - и целое, и каждуюпесчинку. Каждый листик, каждый луч Божий любите.Любите животных, любите растения, любите всякуювещь. Будешь любить всякую вещь и тайну Божиюпостигнешь в вещах. Постигнешь однажды и уженеустанно начнешь ее познавать все далее и более,на всяк день. И полюбишь наконец весь мир ужевсецелою, всемирною любовью».

Со своих пророческихвысот Достоевский ясно разглядел трагедиюЕвропы и открыл ее причину. Причина в том, чтоЕвропа через римокатолицизм и протестантизмобезобразила и утратила образ БогочеловекаХриста. И все там из-за этого замутилось ипревратилось в хаос. Но это лишь одна половинатого, что увидел Достоевский, другая в том, чтовеличайшее сокровище всех миров, образБогочеловека Христа, совершенно сохранен лишь вПравославии. И христолюбивый апостолблаговествует: «Утраченный < вЕвропе – прим. ред.>образ Христа сохранился во всем свете чистотысвоей в православии». «Надо, чтобы воссиял вотпор Западу наш Христос, Которого мы сохранили иКоторого они и не знали!» «Россия <…> несетвнутри себя драгоценность, которой нет нигдебольше, - Православие, <…> она – хранительницаХристовой истины, <…> настоящего Христоваобраза, затемнившегося во всех других верах и вовсех других народах». «И, может быть, главнейшеепредызбранное значение народа русского всудьбах всего человечества и состоит лишь в том,чтобы сохранить в себе этот божественный образХриста во всей чистоте, а когда придет время,явить этот образ миру, потерявшему пути свои!»

В Европе сила и мощьприписывается всевозможным вещам, но дляДостоевского нет иной силы кроме Христа. Поэтомуон пророчески убедительно высказывается:Христос – наша сила, наша русская сила. «Сущностьрусского призвания <…> в разоблачении передмиром русского Христа, миру неведомого икоторого начало заключается в нашем родномправославии. По-моему,  вэтом и вся сущность нашего могучего будущегоцивилизаторства и воскрешения хотя бы всейЕвропы и вся сущность нашего будущего бытия».

В новое время Россияблагодаря своей таинственности стала самойзагадочной страной в мире. Этому больше всегоспособствовал Достоевский. Но он в то же времябольше всего способствовал и тому, чтобы этузагадку больше всего способствовал и тому, чтобыэту загадку в некоторой степени отгадать, чтобыобнаружить ее основные созидательные силы, исверх того, ее величайшую ценность и еевеличайшую святыню. Эта ценность и эта святыня –Православие. Достоевский заявляет: «Русскаявера, русское Православие есть все, что русскийнарод считает за свою святыню; в ней его идеалы,вся правда и истина жизни». «Все народные началау нас, в сущности, вышли из Православия».

А что составляетсущность Православия? Истинную сущностьПравославия составляет служение всемучеловечеству. Православие предназначено к этому.Все другие народы, более или менее, живут для себяи в себе, а  «мы,- говоритДостоевский, - начнем теперь <…> именно с того,что станем всем слугами, для всеобщегопримирения. И это вовсе не позорно, напротив, вэтом величие наше, потому что все это ведет кокончательному единению человечества. Кто хочетбыть выше всех в Царствии Божием – стань всемслугою. Вот как я понимаю русское предназначение в его идеале».

По пророчествуДостоевского, новое слово, которое Россия скажетмиру, - это Православие. Когда это новое словобудет сказано, произойдет «настоящеевоздвижение Христовой истины, сохраняющейся наВостоке, настоящее новое воздвижение КрестаХристова и окончательное слово Православия, воглаве которого уже давно стоит Россия. Это будетименно соблазн для всех сильных мира сего и дляторжествовавших в мире  доселе,всегда смотревших на все подобные «ожидания» спрезрением и насмешкой и даже на понимающих, чтоможно серьезно верить в братство людей, вовсепримирение народов, в союз, основанный наначалах всеслужения человечеству и, наконец, насамое обновление людей на истинных началахХристовых».

Для Достоевскогоформула русской и славянской будущности – этоПравославие и православное дело. Что это такое?«Это вовсе не какая-нибудь лишь обряднаяцерковность, а с другой стороны, вовсе некакой-нибудь религиозныйфанатизм (как уже и начинают выражаться об этомвсеобщем теперешним движении русском в Европе), а<…> это именно есть прогресс человеческий ивсеочеловечение человеческое, так именнопонимаемое русским народом, ведущим все отХриста, воплощающим все будущее свое во Христе иво Христовой истине и не могущим и представитьсебя без Христа». «Величайшее из величайшихназначений, уже осознанных русскими в своембудущем, есть назначение общечеловеческое, естьобщеслужение человечеству, - не России только, нообщеславянству только, но всечеловечеству».

Но что же будет сРоссией, которая такими тяжкими путями грядет ксвоей всечеловеческой цели? «Россию, -пророчествует Достоевский, - спасет Господь, какспасал уже много раз. Из народа спасение выйдет,из веры и смирения его». «Народ верит по-нашему, -заявляет старец  Зосима, -а неверующий деятель у нас в России ничего несделает, даже будь он искренен сердцем и умомгениален. Это помните. Народ встретит атеиста ипоборет его, и станет единая православная Русь.<…> От народа спасение Руси».

В славянском миреДостоевский – это величайший пророк и самыйревностный апостол Всеславянства. Славянскаяидея – это одно из главных его пророчеств и одноиз главных его благовестий. Согласно ему,«славянская идея в высшем смысле ее <…> - этопрежде всего <…> жертва, потребность жертвыдаже собою за братьев <…> с тем, чтоб <…> темсамым основать впредь великое всеславянскоеединение во имя Христовой истины, то есть напользу, любовь и службу всему человечеству, назащиту всех слабых и угнетенных в мире». Всякоедело, мысль, слово и чувство, которым человексмиряет себя и становится слугою своему слуге,«послужит основанием к будущему ужевеликолепному единению людей, когда не слугбудет искать себе человек и не в слуг пожелаетобращать себе подобных людей, как ныне, а,напротив, изо всех сил пожелает стать сам всемслугою по Евангелию».

Вершину пророческоговдохновения и апостольского благовестияДостоевского представляет его «Речь о Пушкине».Это воистину самое пророческое Евангелие и самоеевангельское пророчество о России и славянстве.Евангелие и пророчество о всечеловеке ивсечеловечестве. Призвание русского человека, пословам этого пророчества и этого Евангелия,всеевропейское и всечеловеческое. Статьнастоящим русским – значит стать братом всемлюдям, стать всечеловеком. Всечеловечность – этоглавнейшая личная черта и призвание русскогочеловека. Всечеловечность – это национальнаярусская идея. В духе русского народа существуетживая потребность ко всеединению человечества,всеединению с полным уважением к национальнымособенностям,  ксохранению полной свободы людей. Это единениелюбовью обеспечивается делом, живым примером,потребностью на дела истинного братства, а негильотиной и не миллионами отрубленных голов.«Для настоящего русского, - проповедуетДостоевский, - Европа и удел великого арийскогоплемени так же дороги, как и сама Россия, как иудел своей родной земли, потому что наш удел иесть всемирность, и не мечом приобретенная, асилой братства и братского смирения нашего квоссоединению людей. <…> О, народы Европы и незнают, как они нам дороги! И впоследствии, я верю вэто, мы, то есть, конечно, не мы, а будущие грядущиерусские люди, поймут уже все до единого, что статьнастоящим русским и будет именно значить:стремиться внести примирение в европейские  противоречия ужеокончательно, указать исход европейской тоске всвоей русской душе, всечеловечной ивсесоединяющей, вместить в нее с братскоюлюбовью всех наших братьев, а в конце концов,может быть, и изречь окончательное слово великой,общей гармонии, братского окончательногосогласия всех племен по Христову евангельскомузакону!»

***

Пламенный пророческийидеализм Достоевский своим апостольствомпретворил в православный реализм. То, чтоДостоевский провидел как пророк, он осуществлялкак апостол. Многие из его пророчествосуществляются на наших глазах. Существуютпсихологические и онтологические предпосылки ктому, что и все остальные его пророчествасбудутся. Ведь все они проникнуты евангельскимдухом. А и небо, и земля не прейдут до тех пор, покане исполнится сказанное в Евангелии ипрореченное на его основании.

Как духовные потомкипророка православного реализма, мы, славяне,пророческий род. Наша миссия – всею своею душою,всем своим сердцем, всею своею мыслью, всею своеюсилою исполнять Евангелие Христово. Если мыбудем так трудиться, то исполним завет нашегославянского пророка Достоевского и явимсядостойными православного Образа Христова, этоговеличайшего сокровища во всех мирах, видимых иневидимых.

О рае русской души.

Человек – этоединственное существо во всех мирах,разрывающееся между раем и адом. Проследите зачеловеком на всех его путях,  ивы увидите, что все его пути ведут или в рай, или вад. В человеке нет ничего, что не завершалось быили раем, или адом. Диапазон человеческих мыслей,человеческих чувств, человеческих настроенийшире и ангельского и диавольского. Ширедиавольского, ибо человек может пасть нижедиавола; шире ангельского, ибо человек можетдостигнуть Бога. А это значит, что человеческоезло и добро беспредельны, вечны, ведь добро ведетчеловека в вечное царство добра, в рай, а зло – ввечное царство зла, в ад.

Человек – существовсегда вечное, хочет он того или нет. Через все,что ему свойственно, струится некая загадочнаявечность. Если человек делает добро, хотькакое-нибудь, он вечен, ведь всякое добро своимвнутренним нервом связано с вечным Божественнымдобром. И если делает зло, хоть какое-нибудь,человек и тогда вечен, ведь всякое зло своейтаинственной сущностью навечно связано сдиавольским злом.

Человек никогда неможет свести себя к конечному бытию, преходящему,смертному. Сколько бы он этого ни желал, человекне может совершить абсолютного самоубийства,ведь самоубийство – это зло, предоставляющеедушу самоубийцы вечному царству зла. По самойсвоей природе человеческое самоощущение исамосознание бессмертно, нетленно и вечно. Самимсвоим существом человек осужден на бессмертие ивечность. Только это бессмертие и вечность могутбыть двоякими: добрыми или злыми, Божиими илидиавольскими. Человеку предоставлена свобода иправо выбора между этими двумя бессмертиями идвумя вечностями. Он может избрать одно илидругое, но не может отречься от бессмертия ивечности. Ибо его существу предопределенобессмертие и вечность. Он не располагает нивнутренними органами, ни внешними средствами, спомощью которых мог бы устранить из себя илиуничтожить в себе бессмертное и вечное. Для этогоон должен был бы иметь нечто, что бессмертнеебессмертного и более вечно, чем вечное. А он этогоне имеет.

Когда начинаетсячеловеческое бессмертие? С самого его зачатия вутробе матери. А когда начинается человеческийрай или ад? С его свободного выбора Божиего добраили диавольского зла, Бога или диавола. И рай и адчеловека начинаются еще на земле, чтобы послесмерти продолжаться вечно в той жизни и на томсвете. Поэтому Спаситель определенно и ясноговорит о вечной жизни и праведников, игрешников: праведников – в раю, грешников – ваду.

Человеку данабезмерная созидательная сила, сила созидатьвечность, какую он желает. В этом и устрашающаявеличественность человеческого существа. В этом– проклятие и благословение. Дивно и страшнобыть человеком, ведь человек по всему и во всембессмертен и вечен. Вечен и телом, ибо и оновоскреснет в день Страшного Суда.

Что есть рай? Рай – этоощущение Бога. Если человек чувствует в себеБога, то он в раю. Где Бог, там и Царство Божие, тами рай. С тех пор, как Бог Слово сошел на землю истал человеком, рай стал самой непосредственной  земной и человеческоюдействительностью. Ведь где Господь Христос, тами рай. Если человек желает ощутить и познать, чтотакое рай, тогда пусть исполнит душу своюевангельским добром, евангельскою любовью,евангельскою правдою, евангельскою истиною,евангельскою молитвою и остальнымиевангельскими добродетелями. Практикуяевангельские добродетели, человек вносит в своесуществование божественную истину, божественноедобро и таким образом переживает рай еще здесь,на земле.

Что такое ад? Ад – этоощущение диавола. Если человек ощущает в себедиавола, он уже в аду. Ведь там, где диавол, там иад. Впереди диавола всегда поспешают грехи, а заним – ад. Всякий грех оставляет зло вчеловеческой душе, образующее малый ад. Есличеловек умножает в себе грехи, приручает их, тоего малый ад постепенно превращается во всебольший и больший, пока наконец не охватит всюдушу. Что такое ад, если не царство греха, зла,диавола? Где царствует грех, там уже начинаетсяад. Грех от диавола, поэтому и уводит человека ввечное царство греха и зла, в ад.

И рай, и ад прежде всегопсихические реальности, психическиепереживания, субъективные и индивидуальные, илишь во вторую очередь трансцендентные,объективные реальности этого мира. Можносказать, что на земле и рай,  иад по-земному относительны и ограничены, но и тот,и другой уводят человека после смерти в своивечные царства, в Царство Божие и в царстводиавола. На земле и человеческое добро, ичеловеческое зло – это введение и приготовлениечеловека к вечной жизни или в Царстве вечногоБожиего добра – в раю, или в царстве вечногодиавольского зла – в аду.

***

Русская душа имеетсвой рай и свой ад. Нет нигде более страшного адаи более дивного рая,  чем вдуше русской. Ни один человек не падает такглубоко, до крайнего зла, как русский человек; нов то же время и ни один человек не взмывает таквысоко, до вершин, превышающих все вершины, какрусский человек. История свидетельствует:русская душа мечется между чернейшим адом исамым светлым раем. Мне кажется, что русская душаиз всех душ на земле имеет самый жуткий ад и самыйчарующий рай. В драме русской души принимаютучастие не только все ангелы небесные, но и всебесы ада. Русская душа – это самое драматичноепоприще, на котором беспощадно сражаются ангелыи демоны. За русскую душу ревниво борются миры,борются вечности, борются сам Бог и сам сатана.

Что есть то, чтосоставляет и представляет собою рай русскойдуши? Рай русской души представляют и им являютсябогоносцы и христоносцы земли русской, русскиесвятые, от святого князя Владимира и до патриархаТихона Исповедника. Огромен, чудесен,беспределен рай русской души, ибо огромна,чудесна и беспредельна святость славныхсвятителей земли русской. Всякий святой – это нечто иное, как возвращенный рай. А это значит, чтодуша отнята у греха, смерти и диавола и соединенас Богом, Его светом и вечностью.

Где же рай русскойдуши? Вот же он, в святых Сергии Радонежском иМитрофане Воронежском, в святых ФилиппеМосковском и Владимире Киевском, в святыхСерафиме Саровском и Иоанне Кронштадтском, вовсяком подвижнике, во всяком мученике, во всякомисповеднике, во всяком праведнике земли русской.Дивен Бог во святых русских. Смотри, сколь дивен вотце Иоанне Кронштадтском! Настолько дивен, чтосвятой отец Иоанн стал святителем земли русской.

В новое время русскаядуша обрела в лице преподобного отца ИоаннаКронштадтского свой совершеннейший рай.Несомненно, он стал раем для измученной душирусской. Каким образом? Тем, что своимиевангельскими подвигами он вселил в себя ГосподаХриста, а с Ним и весь рай, и все райскоеочарование. Очевидно, что всякая евангельскаяистина понемногу возрождает рай в душечеловеческой, а когда они соберутся все вместе,тогда возникает весь рай со всеми своими вечнымисовершенствами. Где же еще евангельскиедобродетели настолько живы, настолько деятельныи настолько бессмертны, как в христоносцах?Поэтому они суть рай Христов на земле.

И все-таки что такоерай? Не что иное, как осуществленное Евангелие,прожитое Евангелие. Более того, рай – этопережитый человеком Господь Христос в полнотеЕго богочеловеческой личности. Согласноапостольскому опыту, живу жене ктому аз, но живет во мне Христос (Гал. 2:20). А Христосживет в человеке через Свои богочеловеческиедобродетели. Эти добродетели постепеннопроникают в душу и постепенно вытесняют из неегрех, зло, смерть и диавола и утверждают добро,любовь, истину, бессмертие и Бога.

Проверьте моеутверждение: святитель Иоанн Кронштадтский –это рай для русской души. Сообразуйте свою мысльс его святой мыслью. Разве она не рай для вашеймысли? Погрузите свои чувства в его святыечувства. Разве они не рай для ваших чувств?Коснитесь своим сердцем его святого сердца.Разве для вашего сердца это не рай? Егоевангельское милосердие, его евангельскаякротость, его евангельская любовь, разве это невечный рай и не вечная радость для вашей души?

Не стоит обманываться:там, где господствует Христос, там и рай. Если Онгосподствует в твоих мыслях, то ты в раю. Если Онгосподствует в твоих чувствах, в твоих желаниях,в твоих делах, то ты в раю. Второе имя рая –Царствие Божие. Святой кронштадтский подвижникговорит: «Когда Бог будет во всех мыслях,желаниях, намерениях, словах и делах человека,тогда приходит, значит, к нему царствие Божие; онво всем видит Бога: в мире мысли, в миредеятельности, в мире вещественном».

Страх охватывает нашисердца: ад в нас, ад вокруг нас. Когда же мы наш адпревратим в рай? Изгнав из него все грехи, всепороки, всех бесов и вселив в него евангельскоедобро, евангельские подвиги, евангельские силы.Чем больше вносится Евангелие в жизнь, тем жизньвсе более становится раем. Этот мир некогда былраем, люди же своевольно претворили его в ад. Носвятители возрождают рай силою своейчудотворной святости. Святой кронштадтскийподвижник трудился над этим всю свою жизнь,прежде возрождая рай в своей душе, а затем своейсвятой жизнью возрождая рай и в людях вокругсебя. Там, где стоял кронштадтский христоносец,земля становилась раем. Там, куда он входил, злототчас отступало, а добро вселялось.

Своими евангельскимиподвигами он повсюду воссоздавал рай в русскойдуше. Разве он не воссоздавал рай в русской душе,когда исцелял мучимых бесами, изгонял из них злыхдухов? Вспомни: он исцелил мучимого бесами, вовсем напоминавшего гадаринского бесноватого. Онисцелил бесноватую женщину властными,евангельскими, божественно всемогущими словами:«Изыди вон!» И еще исцелил человека, в которогоочевидно вселился бес.

Сумасшествие –страшнейшее проклятие, наложенное грехом начеловеческую природу. И кронштадтский святительисцеляет людей от сумасшествия. Потрясающиепримеры таковых исцелений описывает для нас всвоей книге И.К. Сурский. Достаточно было, чтобысвятитель помолился Богу, как бес сумасшествияпокидал человека. Исцеление от сумасшествия,разве это не возвращение человека в состояниерайское, в состояние до грехопадения?Чудотворная сила кронштадтского молитвенникаравна апостольской. Он не только лично исцелял отвсевозможных болезней, но исцеление происходит иот его одежд. Всего несколько лет назад вБелграде от его шейного платка получилаисцеление сумасшедшая женщина. Не напоминает ливам это событие Деяния Апостольские, те места, вкоторых говорится о чудесах, совершенных убрусомапостола Павла?

Бесчисленны чудесакронштадтского чудотворца. Кто их исчислит? Онисцеляет от всевозможных болезней. Евангельскиечудеса шествуют перед нами, одно грандиознеедругого. Но остановимся лишь на двух из них,которые, словно из Евангелия, перенесены в нашевремя. Одно из них – заочное исцеление святымчудотворцем смертельно больного юноши, отцукоторого св. Иоанн сказал: «Ну, ничего, иди… сынтвой здоров». Другое чудо, в котором участвовалотец болящей девушки, - человек живущий среди нас.Его дочь святитель исцелил также заочно,евангельским образом, сказав отцу: «По вере вашейда будет вам».

Во многомкронштадтский чудотворец похож на св. НиколаяЧудотворца. Ведь еше при жизни на земле онявлялся на дальние расстояния и исцелял отразличных болезней: сумасшествия, дифтерии,немоты.

Нам, православным,необязательно возвращаться на две тысячи летназад, чтобы увидеть евангельские чудеса. Вотони, среди нас. Кронштадтский апостол творитчудеса на наших глазах. Он и мертвого ребенкавоскрешает. Разве это не как в Евангелии? Разве нанаших глазах не проявляются многочисленныебожественные силы, которые Спаситель давал идает Своим апостольским  последователям,заповедуя им: болящияисцеляйте, прокаженныя очищайте, мертвыявоскрешайте (Мф. 10:8).

Своей евангельскойжизнью и делами кронштадтский апостол как быпишет пятое Евангелие. Более того, он обрел дарпрозорливости, он читает мысли человеческие,видит в душе человеческой то, что может видетьтолько всевидящий Бог.

В чем же тайна такогоевангельского, апостольского чудотворства исилы? В пережитом Евангелии, в исполненииевангельских заповедей. Кронштадтский подвижникомилостивил себя евангельским милосердием,смирил себя евангельским смирением, омолитвилсебя евангельскою молитвенностью, олюботворилсебя евангельскою любовью, освятил себяевангельской святостью. И так исполнил себячудотворной, божественной силой, которой неможет противиться ни грех, ни смерть, ни диавол.

Если проникнуть всущность личности святителя, то можно увидеть,что около него все происходит в категорииБожественной Троичности: от Отца через Сына вДухе Святом. Вот что он говорит об этом: «<…>Вседержавной, безначальной и живоначальнойТроицы, Которою мы непрестанно все живем, дышим, мыслим и о Которой – скажу осебе – я непрестанно помышляю. Которую созерцаю,непрестанно призываю, прославляю. Котороюпросвещаюсь, освещаюсь, избавляюсь от всех зол.Которою хвалюсь, радуюсь, Которою торжествую надвсеми врагами видимыми и невидимыми. Котороюобоготворяюсь – ибо Троица мое обожение, моесрастворение, когда я делаюсь искреннимпричастником Св. Христовых Таин и твердо сою вовсякой правде».

В преподобном отцеИоанне Кронштадтском осуществлен идеалхристианина – обоготворение. Ведь вобоготворении – спасение. Невозможно человекувдоволь надивиться величиною этого подвижниказемли русской. Он – ходячее Евангелие. Через негошествует то святое божественное чудо, котороеявилось в этот мир в день Пятидесятницы, и вотпроходит среди нас в его чарующей личности. Нашепризвание – святость. По святому апостолу Павлу,призвание христианина – стать святым. Если мыхристиане, значит, мы кандидаты в святые. Междусвятыми и нами различие не в природе, а в воле ирешительности.

Православие имеет своюспецифическую апологетику. Это святительство. Исвоих специфичных апологетов. Это святители.Наиболее удачно Православие защищает себяименно святительством, потому что черезсвятительство святых являет Себя, проповедуетСебя, объясняет Себя Господь Христос. «Дивен Богво святых Своих». Дивен и в Своем святомслужителе – отце Иоанне Кронштадтском,настолько дивен, что неодолимо привлекает к Себевсе живые сердца и всякую разбуженную совесть.Нужно ли и после кронштадтского подвижникаискать новых доказательств о всеистинности ивсеспасительности Православия? Имеющий уши даслышит, как Бог через Своего нового апостолапроповедует Свое вечное Евангелие. Меня особеннопоражает милосердие святого кронштадтскогоапостола. Он милостив ко всем и всему. Движимыйевангельским милосердием, он все, что имел,отдавал бедным. Даже рясу и обувь свою отдавал ивозвращался домой голым и босым. Его милосердиераспространялось на все существа. Он имел тосамое «милующее сердце», о милосердии котороготрогательно говорит святой Исаак Сирин: ковсякому человеку должно приступать милостиво,нежно и с любовью. Вот правило, котороепрописывает кронштадтский святитель: «Смотри начеловека и думай: Сам Господь человека по всемуподобен был этому человеку, кроме греха».

Эту нежнуювсемилостивость святой приобрел своеймолитвенностью. Можно смело утверждать, что онжил и дышал молитвою. Поэтому он очень многоговорит о молитве как дыхании души. На вопрос, какон проводит свободное время, он ответил: «Ямолюсь, я постоянно молюсь. Я даже не понимаю, какможно проводить время без молитвы. Воистину –молитва есть дыхание души».

***

  Преподобныйотец Иоанн Кронштадтский – это райская дверь длярусской души, выводящая ее  извсех трудностей. И не только для русской, но и длясербской, и, вообще, для всякой человеческой души.Какая проблема – русская, сербская, человеческая– не найдет в нем свое райское, свое совершенное,свое вечное решение? Какая тяжелая и трагичнаядума не найдет в нем своей райской перспективы,глубины, бессмертия? Какое мучительное игорестное чувство не найдет в нем своегорайского преображения, просветления, освежения?

Жесточайший вопроснашей хаотичной современности – как русскаядуша может вернуть свой потерянный рай? Толькоесли русская душа со всеми своими болями,проблемами, бедами, ранами поверит  и предастся кронштадтскомуапостолу, отцу Иоанну, чтобы он провел ее сквозьхаос современности и вывел в вечность Христовойистины и правды. Что важно для русской души, товажно и для сербской: только ведомые Святителямиони могут спастись от ада и войти в рай вечнойжизни Христовой. В самом деле, душа воссоздает всебе рай, общаясь со Святыми и живя в молитвенномединении с ними. Ибо Святые вытесняют из души еегрехи, пороки, страсти – то, что ее превращает вад, и преисполняют душу божественною, истинноюлюбовью и правдою, тем самым превращая ее в рай.

Вся жизнь и трудысвятого кронштадтского подвижника показываютнам и учат нас, как человек создает в себе ивокруг себя рай, а разрушает в себе и около себяад. Если бы мы желали свести Евангелие святогоИоанна Кронштадтского к одной мысли, то она быгласила: грехами и пороками человек созидаетсвой вечный ад, а евангельскими добродетелями –свой вечный рай.

На водоразделе культур.

 Мыживем на географическом и духовном водоразделемежду двумя мирами, между двумя культурами, междуВостоком и Западом. Душа нашего народа послана вэтот загадочный мир с напутствием: живи на остриемеча! Может ли кто-нибудь из нас в безопасностижить на острие меча? Не необходимо ли для этого,чтобы все атомы нашего существа превратились внедремлющие очи, а все мысли нашей души – внеослепляемые зеницы? С одной стороны, нашу душу,словно магнитом, влечет к себе мятежный Запад, а сдругой – нас манит свой таинственной красотоюспокойный Восток. Под полированной корой Западаслышатся громогласные вулканическиепротиворечия, а под шероховатой корой Востокашумят жаждущие Бога подземные реки духа. И обамира тянут нас каждый в свою сторону.

Куда мы пойдем – наВосток или на Запад? Наша душа должна обладатьхерувимским видением и серафимским слухом, чтобымогла пойти и идти путем, который бы незакончился ее смертью. Не говори: пустьразделится душа нашего народа и половина пойдетна Восток, а другая половина на Запад. Друг, можетли твое око видеть, если его разорвать? Может лисердце твое чувствовать, если его рассечь? Можетли царство сохраниться, если его разделить (ср. Мф. 12: 25)? Сами фактынеопровержимо доказывают и свидетельствуют, чтотакого быть не может. Как же тогда может жить душанашего народа, не умереть и стать бессмертной,если разделится?

Не надо обманываться,положение души нашего народа весьма критично;только оппортунисты могут относиться к этомунесерьезно. Базисный принцип психологии народа втом, что всякий человек несет в себе не толькосудьбу свой души, но и судьбу души всего народа.Каждый отвечает за всех. В теле нашего народанаши души переплетены, как корни в земле, изкоторых растет единый ствол, единое древо. Вкаждом есть что-то  отдуши каждого, а все души составляют единый,неделимый организм. Если моя душа загноиласьфурункулом эгоизма, разве ее ядовитый гной неразольется по всему организму народной души?Если сердце твое заражено самолюбием, разве ты нестал гангреной для организма народной души,гангреной, которую необходимо немедленно отсечь?

Приучай себя к мысли:народная душа это не нечто отделенное от нас,индивидов, это органическое единство всех душвсех индивидов. Что бы ты ни делал, что бы нимыслил, что бы ни чувствовал, твой труд, твоямысль, твое чувство пронизывают всю народнуюдушу, проникают в нее всеми своими пороками идобродетелями, гадостями и радостями. Заздоровье нашей народной души ответствененкаждый из нас, и величайший и наименьший, и самыйобразованный и самый неграмотный, и самыйвысокопоставленный и самый униженный.

Едва лишь нашанародная душа впервые вступила на перекрестокмеж двух миров, святой Савва решительно повел еепутем Богочеловека Христа. До него она быласлепа, благодаря ему она прозрела и впервыеувидела вечную Истину и вечный смысл жизни.Святой Савва обратил нашу душу от смертного кБессмертному, от временного – к Вечному, отчеловеческого – к Богочеловеческому. Куда тыпойдешь, друг, когда душа твоя, твоя синяя птица,начнет метаться в клетке твоего тела, начнетметаться, мучимая вопросом, который задавал себеРастко: что есть жизнь? Что есть смерть? Для чегочеловеку дается жизнь, если она оканчиваетсясмертью? Если на тебя хлынут эти жуткие вопросы,то кто тебе на них ответит, европейский человекили Богочеловек, обретаемый Растко?

Если человек незадавал себе этих вопросов, будьте уверены, онеще не вышел из животной стадии развития, еще нестал человеком, ведь только животные искотоподобные люди не задают себе этих вопросов.Если кто-то считает себя выше животных, потомучто роскошно одевается и питается, то покажитеему животных и травы. Разве лилия в поле не болеекрасиво одета, чем преславный Соломон (ср. Мф. 28-29)?Разве оно не более роскошно украшена, чем царицаСавская? Разве пчела не питается лучше всякогоКреза, кормясь цветочной пыльцой? А еслипо-святосаввски серьезно рассмотреть некоторыхпредставителей нашей интеллигенции, то можнобудет увидеть, что они еще не вышли даже изнеорганического состояния, так как живут телом иради тела, ради этой временной, бренной оболочкисвоей души.

Кто хоть однажды,подобно Растко, серьезно подумал о таинственномсуществе, что зовется человеком, тот должен или,как Растко, поверить в Господа Христа, илисовершить самоубийство, неизбежное самоубийстводуховное, а может быть, и физическое. Живя насудьбоносном водоразделе двух культур, нашчеловек, охваченный вопросами, которые задавалсебе Растко, не может успокоиться до тех пор, покане пойдет или путем европейского человека, илипутем святосаввского Богочеловека. Что ждет егона одно и что на другом пути? Чем заканчиваетсяодин путь и чем – другой? На чем основанакультура европейского человека и на чем –культура Богочеловека святого Саввы?

***

Европейская культурасвоим основанием имеет человека. Человекомисчерпывается ее программа и цель, ее средства исодержание. Гуманизм – ее главный архитектор.Вся она выстроена на софистическом принципе икритерии: человек есть мера всех вещей, видимых иневидимых, и этот человек – европейский человек.Он верховный созидатель и распределительценностей. Истина – это то, что он провозгласитистиной; смысл жизни – то, что он провозгласитсмыслом жизни, добро и зло – то, что онпровозгласит добром и злом. Кратко и откровенно:европейский человек провозгласил себя богом.Неужели не видно, как он неизмеримо любит жить,как бог, пусть и мечом и огнем, пусть итроглодитством и людоедством? Языком своейгуманистическо-позитивистской науки он объявил,что Бога нет. И из этого сделал смелый вывод: разБога нет, тогда бог – это я!

Ничто так не любитевропейский человек, как представляться богом,хотя в этой вселенной он как мышь в мышеловке.Чтобы показать и доказать свою божественность,он объявил, что все иные миры над нами пусты, тамнет Бога и нет живых существ. Он, во что бы то нистало, хочет овладеть природой, чтобы подчинитьее себе, для этого он организовалсистематическое наступление на природу и назвалего культурой. В него он запряг свою философию инауку, свою религию и этику, свою политику итехнику. Ему удалось отшлифовать некоторыйучасток на поверхности материи, но непреобразить. Борясь с материей, человеку неудалось ее очеловечить, зато она сумелаограничить и обмелить человека, свести его кматерии. И он, обнесенный ею, как стеной, осознаетсебя как материю, только как материю.

Так кто же победил?Ирония отняла победу, ибо культура сделалачеловека рабом материи, рабом вещей. Очевиднаистина; европейский человек – раб вещей, а не богнад ними. Самозваный бог рабски склоняется передвещами, перед идолами, которых сам сотворил. Всвоем походе против всего сверхъестественногоон достижениями своей культуры подменил всеидеалы, все надматериальные стремления: подменилнебо, душу, бессмертие, вечность, подменил Бога,живого и истинного. И провозгласил богомкультуру, ибо на этой помраченной звезде человекне может выдержать без бога, хоть какого-нибудь,хотя бы даже и ложного, такова фатальная ирониятак устроенного человека.

Разве вы не замечаете,что европейский человек в свое культуроманиипревратил Европу в фабрику идолов? Почти всякийобъект культуры здесь стал идолом. Поэтому нашевремя – это прежде всего время идолопоклонства.Ни один континент так не наводнен идолами, каксовременная Европа. Нигде так не пресмыкаются  перед вещами и нигдестолько не живут ради вещей и для вещей, как вЕвропе. Это идолопоклонство худшего рода, ведьэто поклонение грязной глине. Скажите, развечеловек не поклоняется рыжей глине, когдасамолюбиво целует земное, бренное тело свое иупорно твердит: я плоть и только плоть?

Несомненно, Европастрадает не от атеизма, но от политеизма,страдает не от отсутствия богов, но отпереизбытка их. Потеряв истинного Бога, онавосхотела насытить свою жажду Бога созданиеммногочисленных ложных богов, идолов. Она создаласебе идолов из науки и ее гипотез, из философии ииз ее систем, из техники и ее открытий, из религиии ее представителей, из политики и ее партий, измоды и ее спутников. А посреди всех идолов навселенский трон эгоизма усадила европейскогочеловека, европейского далай-ламу.

По своей сути,европейская культура – это превратившийся ввампира фетишизм, фетишизм в европейскомоформлении, в европейском костюме. «Гурманствопо отношению к вещам» -  главноеотличие европейского человека. Но фетишистскаяметафизика европейской культуры практическивыражается в фетишистской этике. Старомуязыческому фетишизму свойственно людоедство. Аразве новый европейский фетишизм не отличаетсятаким же людоедством, только замаскированным,культурным людоедством?

Разве европейскаякультура устами своей науки не провозгласилаглавным принципом жизни борьбу за существование?Что это, как не призыв к людоедству? Не значит лиэто: человек, борись за выживание всемисредствами, борись, если надо, и людоедством!Главное – жить! Главное – сохранить свою жизнь!Как? Это не подчиняется контролю совести. Жизнь –это  бойня, на которойсильный имеет право заколоть слабейшего. Болеетого, слабые люди – это материал для болеесильных. Поскольку же нет ни Бога, ни бессмертия,то человеку ради самосохранения все дозволено.Допустим грех, допустимо зло, допустимопреступление. Позитивистская наука объявила, чтовсе происходящее происходит по естественнымзаконам. В природе как верховный законгосподствует закон необходимости. Онгосподствует и над людьми, и над всеми их мыслями,чувствами, стремлениями, поступками. Если людигрешат, то грешат по необходимости. Человек, ты невиноват даже в самом страшнейшем своимпреступлении, так как все, что бы ты ни делал, тысовершаешь по необходимости… И в самом деле,грех не может существовать для человека, длякоторого не существует Бога, ибо грех есть грехперед Богом. А если Бога нет, тогда нет и греха, низла, ни преступления.

Метафизическийнигилизм европейской культуры, выраженный впринципе: «Бога нет», должен был проявиться какпрактический нигилизм, принцип которого: «нетгреха, все дозволено!» Обратите внимание: своейфилософией и наукой, своей техникой и политикойевропейская культура систематически вытесняетиз человека все бессмертное и вечное, виртуознопарализует ощущение бессмертия, умаляет душу,пока наконец не сведет ее к полному нулю.

Надо освободиться отБога – вот явное или тайное желание многихтворцов европейской культуры. Они пытаютсяосуществить это через гуманизм и ренессанс,через натурализм Руссо и растрепанный романтизм,через позитивизм и агностицизм, черезрационализм и волюнтаризм, через парламентаризми революционизм. А более смелые из них выдвинулилозунг: надо убить Бога! Наконец, и самыйпоследовательный творец и искуснейшийисповедник европейской культуры Ницше с высотыпирамиды человекомании и эгоизма объявил: «Богумер!»

Когда нет ни вечногоБога, ни бессмертной души, тогда нет и ничегоабсолютного, ничего всеценного, тогда всеотносительно, все преходяще, все смертно. Идействительно, отвергнуты все абсолютныеценности и утверждены относительные. Несомненно,релятивизм – это и логика, и природа, и душагуманизма. Теория относительности Эйнштейна –это конечный, суммарный результат гуманизма ивсех его философских, научных, технических иполитических ответвлений. В конце концовгуманизм является ничем иным, как нигилизмом.

Разве может человек небыть нигилистом, если не признает никакойабсолютной ценности? Идите по руслу логики доконца, и вы должны будете прийти к заключению, чторелятивизм – это отец анархизма. Поскольку всесущества относительны, то ни одно из ни не имеетправа навязывать себя другим. Подобная попыткатребует борьбы на уничтожение. Если все ценностиотносительны, то какое право имеет хоть какая-тоиз них выдавать себя за величайшую и верховную?

На каком основаниитвоя истина, друг, вытесняет мою, если обе ониотносительны? Поскольку в человеческих мирах нетничего абсолютного, то не существует ни иерархиисуществ, ни иерархии ценностей, существует лишьанархия.

И очевидна истина:нигилизм и анархизм – это логический финалевропейской культуры, неминуемая изаключительная форма европейского гуманизма ирелятивизма. Гуманизм неминуемо развивается ватеизм,  проходит черезанархизм и заканчивается нигилизмом. Еслисегодня кто-то атеист, знай, завтра он будетанархистом, а послезавтра – нигилистом. А есликто-то нигилист, знай, что он пришел к нигилизмуиз гуманизма и через атеизм.

 Чтоостается от человека,  когдаиз его тела выходит душа? Труп. А что останется отЕвропы, когда из ее тела уйдет Бог? Труп. Еслиизгнать из вселенной душу, разве не станет онатрупом? Что такое человек, отрицающийсуществование души в себе и в мире вокруг себя? Нечто иное как одетая в униформу земля, ходячийгроб из глины. Результат поразителен: влюбленныйв вещи, европейский человек и сам в конце концовстал вещью. Его личность обесценена и разорена,человек стал вещью. Цельного, бессмертногочеловека не осталось, лишь одни обломки человека,телесная скорлупа человека, из которой изгнанбессмертный дух. Правда, отполированная,начищенная до блеска, татуированная скорлупа, новсего лишь скорлупа. Европейская культураобездушила человека, овеществила его,механизировала. Она мне напоминает чудовищнуюмашину, которая глотает людей и перерабатываетих в вещи. Финал же трогательно печален ипотрясающе трагичен: человек – это бездушнаявещь среди бездушных вещей.

***

Такова в своиххарактерных чертах культура европейскогочеловека. А какова же культура Богочеловекасвятого Саввы? На чем она основана? Она всяоснована на личности Богочеловека Христа. Богстал человеком, чтобы человека вознести к Богу.Вот начало и завещание, между которым движетсяправославная культура. Ее девиз – да будетБогочеловек первый во всем, да будет все во всем.Не просто Бог и не просто человек, а Богочеловек.Здесь олицетворено и осуществлено теснейшееединство Бога с человеком, здесь ни Бог ненедооценивается в пользу человека, ни человек –в пользу Бога. Здесь достигается идеальноеравновесие и осуществляется совершеннаягармония между Богом и человеком. Полноту исовершенство своей личности человек достигаетчерез соединение с Богочеловеком.Богочеловечность – это единственная категория,через которую проявляется вся многообразнаядеятельность православной культуры. Онаначинается Богочеловеком, а завершаетсяидеальным, целостным, обогочеловеченнымчеловеком. Богочеловек стоит в центремироздания. Он стержень, вокруг которогодвигаются все миры, горние и дольние. Онтаинственный центр душ, к которому тяготеют вседуши, жаждущие вечной Истины и Жизни.

Богочеловеческаякультура преображает человека изнутри, идет отвнутреннего к внешнему, из души к телу;перерождая душу, а душою – тело. Для нее тело –это близнец души, близнец, который душою живет,движется и существует (ср. Деян. 17:28). Отнимите у тела душу, чтоостанется, как не смердящий труп? Богочеловекпрежде преображает душу, а затем и тело.Преображенная душа  преображаеттело, преображает материю.

Цель богочеловеческойправославной культуры – преобразить не толькочеловека и человечество, но через них и всюприроду. Как же достигнуть этой цели? ЕдинственноХристовыми, богочеловеческими средствами. А этосуть православные подвиги, православныедобродетели: вера и любовь, надежда и молитва,пост и смирение, кротость и сострадание, умилениеи терпение, боголюбие и братолюбие. Практическимприменением этих добродетелей созидаетсябогочеловеческая, православная культура.Упражняясь в этих благодатных подвигах, человекперерождает свою душу: из безобразной впрекрасную, из мрачной в светлую, из грешной всвятую, из темноликой в христоликую. И тело своепревращает в рамку, которой обрамляет своюхристоликую душу.

Через упражнение вхристианских добродетелях человек обретаетвласть над самим собою и над природой вокругсебя. Изгоняя из себя и из мира вокруг себя грех,человек изгоняет и дикую и разрушительную силу,постепенно преображая и себя, и мир, укрощаяприроду и в себе, и в мире вокруг себя. Святые –лучшие примеры этому: освятив, преобразив себяпрактическим исполнением христианскихдобродетелей, они освящают, преображают иприроду вокруг себя, как некогда Адам до паденияи как Господь Христос во время Своей земнойжизни. Многочисленные святые, которым служилидикие звери, которые одним своим появлениемукрощали львов, медведей, волков. Их обращение сприродой – молитвенно, благодатно, любовно,благо, нежно, не грубо, не жестоко, не враждебно,не алчно.

В богочеловеческой,православной культуре нет ничего механическогои безличного. На всех своих ступенях оналичностная и подвижническая. В ней вседостигается единственно личным опытом и личнымподвигом. Она прежде всего богочеловеческийорганизм, тело Христово, святая Церковь Христова.Не внешнее, насильственное, механическоенавязывание, а внутреннее, добровольное, личноеусвоение Христа непрестанным подвизанием вхристианских добродетелях созидает ЦарствиеБожие на земле, созидает православную культуру.Ибо Царствие Божие не приходит внешними,видимыми путями, но внутренними, духовными,невидимыми. Не приидетЦарствие Божие с соблюдением, - говорит ГосподьИисус, - ниже рекут: се, зде,или: онде. Се бо Царствие Божие внутрь вас есть.(Лк. 17: 20-21), оно внутридуши, Богом сотворенной и боголикой, в душе,освященной Духом Святым. Ибо ЦарствоБожие… правда и мир и радость о Дусе Святе (Рим. 14: 17). Да, в ДухеСвятом, а не в духе человеческом. Оно может быть вдухе человеческом лишь настолько, насколькочеловек исполняет себя Духом Святым, посредствомблагодатных подвигов. Поэтому первая и высшаязаповедь православной, святосаввской культуры: Ищите же прежде ЦарствияБожия и правды Его, и сия вся приложатся вам (Мф. 6:33), то есть дано будетвам все, что вам потребно для поддержаниятелесной жизни: пища, одежда, жилище (ср. Мф 6: 25-32).Все это лишь приложение к Царствию Божию. Нозападная культура ищет прежде всего этогоприложения. В этом ее язычество, ибо, по словуСпаса, язычники ищут прежде всего этогоприложения. В этом трагизм западной культуры,ведь она истощила душу в заботе о вещах. Абезгрешный Господь сказал раз и навсегда: не пецытеся душею вашею, чтоясте, или что пиете; ни телом вашим, во чтооблечетеся… Всех бо сих языцы ищут, весть бо Отецваш небесный, яко требуете сих. Ищите же преждеЦарствия Божия и правды Его, и сия вся приложатсявам. (Мф. 6: 25, 32, 33; ср.Лк. 12: 22-31).

Огромен реестрпотребностей, который жадно измышляетсовременный человек. И ради удовлетворения своихмногочисленных бессмысленных потребностей людипревратили эту золотую Божию звезду в бойню. Ачеловеколюбивый Господь давно через Своебожественное Евангелие открыл то, что есть едино на потребу человеку,каждому человеку и всему человечеству. Что жеэто? Богочеловек Христос и все, что Он приносит сСобой и дарует: святость, бессмертие, абсолютнуюИстину, Правду, Любовь, Доброту, Блаженство,Вечность и все остальные божественныесовершенства и всего Бога. Это и есть едино на потребу и человекуи человечеству. Другими словами, Сын Бога Живаго,Богочеловек Христос, Победитель смерти иСпаситель (ср. Лк. 10: 38-42).Все остальные человеческие потребности всравнении с единым напотребу настолько незначительны, что почти ине нужны.

Когда человекпо-святосаввски серьезно задумается над тайнойсвоей жизни и мира вокруг себя, тогда он долженприйти к заключению, что единственное, что естьна потребу, это отказаться от всех потребностей ирешительно последовать за Господом Христом,последовать и соединиться с Ним, упражняясь вправославных подвигах. Не совершив этого,человек остается бесплодным, бессмысленным,безжизненным. Его душа сохнет, распадается начасти, рассыпается, и он постепенно мертвеет,пока наконец не умрет весь, весь без остатка. Ибоизрекли божественные уста Христовы: Якоже розга не может плодасотворити о себе, аще не будет на лозе, тако и вы,аще во Мне не пребудете. Аз есмь лоза, вы (же)рождие: (и) иже будет во Мне, и Аз в нем, тойсотворит плод мног, яко без Мене не можететворити ничесоже. Аще кто во Мне не пребудет,извержется вон, якоже розга, и изсышет: и собираютю и во огнь влагают, и сгарает (Ин. 15:4-6).

Только черезорганическое единство с Богочеловеком Христомчеловек может продлить свою жизнь в жизнь вечнуюи свое существо – в вечное существо. Человекбогочеловеческой культуры никогда не одинок:когда он мыслит, то мыслит Христом, когдадействует – Христом действует, когда чувствует– Христом чувствует. Он никогда не одинок, новсегда с Богом, он непрестанно соработает Богу, аБог ему (ср. 1Кор. 3:9). Ибо что такое человек без Бога?– Сначала получеловек, а  вконце – нечеловек. Только в Богочеловеке человекобретает полноту своего бытия, обретает свойоригинал, свою бесконечность и беспредельность,свое бессмертие и вечность, свою абсолютнуюценность и незаменимость. Господь Иисус –единственный из людей и существ, провозгласившийчеловеческую душу величайшим сокровищем во всехмирах, горних и дольних. Каябо польза человеку, аще мир весь приобрящет, душуже свою отщетит? Или что даст человек измену задушу свою? (Мф. 16:26;Мк. 8: 36-37; Лк. 9: 25).

Все звезды и планеты нестоль ценны, сколь единственная душа. А посмотри,сколько сегодня людей, продавших души свои за едуи одежду, за наслаждения и страсти, за золото ивещи! Если человек растратит душу свою в порокахи грехах, то он не сможет ее выкупить, хотя бы истал хозяином всех солнечных систем… Здесьчеловеку остается одни-единственный выход идругого не существует. Вот он: Господь Христос –гарантия души человеческой, гарантия бессмертияи вечности. Вещи душе не обеспечивают бессмертиеи вечность, но порабощают ее. Богочеловекосвобождает человека от тирании вещей. НадХристовым человеком вещи не имеют власти, но онимеет власть над ними. Всем вещам он дает ихнастоящую цену, так как оценивает их Христовоюценою. А поскольку в Христовом прейскуранте душачеловеческая имеет высшую, несравненно большуюценность, чем все существа и все вещи мира, топравославный человек всю свою заботу, все своевнимание обращает к душе. Потому чтоправославная культура – это преимущественнокультура души. К преображению общества онагрядет через преображение личности. Как своюглавную истину она исповедует, что преображенноеобщество может собраться только из людей,преображенных Христом, совершенное обществоможет выстроиться только из личностей,совершенных во Христе.

Человек велик толькоБогом – это двигатель православнойбогочеловеческой культуры. Без Бога человек –это не что иное, как семьдесят килограммовкровавой глины. Что такое люди без Бога, если негроб на гробе? Европейский человек осудил Бога идушу на смерть. Не осудил ли он этим и себя самогона смерть, на смерть, за которой не стоитвоскресение? Подведите искренно ибеспристрастно баланс европейской философии,науке, политике, культуре, цивилизации, и выувидите, что все это в европейском человеке убилоБога и бессмертие души. Но если серьезновглядеться в трагику человеческой истории, то выдолжны увидеть, что богоубийство всегдазавершается самоубийством. Вспомните Иуду. Этонеотвратимый закон, который правит историей этойпланеты.

Здание европейскойкультуры, выстроенное без Христа, должноразрушиться, очень быстро разрушиться, -пророчествовал прозорливец Достоевский за 70 лет,а печальный Гоголь за 90 лет [до второй мировой войны – прим. пер.]…Пророчества славянских пророков сбываются нанаших глазах. Десять веков создаваласьевропейская вавилонская башня, и вот перед намитрагическая картина: выстроен огромный нуль!Началась всеобщая смута: человек не понимаетчеловека, нация – нацию. Восстал человек начеловека, и царство на царство, и народ на народ, авскоре, глядишь, восстанет континент наконтинент (ср. Мф. 24: 7;Мк. 13:8; Лк. 21: 10).

Европейский человекдошел до своего рокового головокружения. Навершину своей вавилонской башни он возвелсверхчеловека и уже желал завершить им своездание, но сверхчеловек сошел с ума на самомверху и сорвался с башни, а за ним рухнула и башня.За ним – в мировую войну и другие войны.Европейский человек в конце своей культурыдолжен был сойти с ума. Богоубийца должен былстать самоубийцей. «Воля квласти» превратилось в «Желаниеночи» [обыгрывается  созвучие немецких слов, гдепервое выражение - название произведения Ф. Ницше-ред. golden-ship.boom.ru].

Ночь, тяжкая ночьопустилась на Европу. Постепенно рушатся идолыЕвропы, и не далек тот день, когда не останетсякамня на камне от европейской культуры, котораястроила города, а души разоряла, которая вещиобожала, а Творца отвергала…

Влюбленный в Европу идолгое время проживший там русский мыслительГерцен под конец своей жизни, восемьдесят летназад, написал: «Мы довольно долго изучали хилыйорганизм Европы, во всех слоях и везде находиливблизи перст смерти»… Европа приближается  к страшной катастрофе… Политические революции рушатсяпод тяжестью своей немощи; они сотворили великиедела, но не выполнили свою задачу; разрушили веру,но не обеспечили свободу; разожгли в сердцахжелания, которые были не в состоянии исполнить…«Я первый бледнею, трушу перед темной ночью,которая наступает… Прощай, отходящий мир,прощай, Европа!»

Пусто небо, ведь тамнет Бога, пуста земля, ведь здесь нет бессмертнойдуши; европейская культура превратила своихрабов в мертвецов. И сама стала кладбищем. «Я хочув Европу отъездить <…>, - говорит Достоевский, -и ведь я знаю, что поеду лишь на кладбище…».

До первой мировойвойны падение Европы предчувствовали ипредсказывали только горестные славянскиепровидцы. После нее это видят и чувствуют имногие европейцы. Самый смелый и искренний из них– Шпенглер, недавно взбудораживший мир своейпотрясающей книгой «Закат Европы». В ней он всемисредствами, какие ему предоставили европейскаянаука, философия, политика, техника, искусство,показывает и доказывает, что Запад падает ипропадает. Со времени первой мировой войныЕвропа находится при смерти. Западная, илифаустовская, культура, по Шпенглеру, началась вдесятом веке по рождеству Христовом, а теперьраспадается и исчезает, чтобы совершеннопрекратить свое существование к двадцатьвторому веку. После европейской культуры,рассуждает Шпенглер, придет  культурарусская, культура Достоевского, культураправославная.

Во всех своихкультурных изобретениях европейский человеквнезапно мертвеет и умирает. Влюбленностьевропейского человека в себя – вот могила, изкоторой он не желает, а потому и не можетвоскреснуть; влюбленность в свой разум – вот тароковая страсть, что опустошает европейскоечеловечество. Единственное спасение из этого,как утверждает Гоголь, - Христос. Но«развлеченный миллионами блестящих предметов,раскидывающих мысли на все стороны, свет не всилах встретиться прямо со Христом».

Тип европейскогочеловека обанкротился перед основнымипроблемами жизни; православный же Богочеловекрешил их все до единой. Европейский человек решилпроблему жизни нигилизмом, Богочеловек – жизньювечною. Для европейскогодарвиновско-фаустовского человека главное вжизни – самосохранение, для Христова человека –самопожертвование. Первый говорит: «Жертвуйдругими ради себя!» А второй: «Жертвуй собою радидругих!»… Европейский человек не решилзлополучную проблему смерти, а Богочеловек решилее Своим воскресением. Бурною рекою времени поруслу пространства плывет душа православногочеловека в ладье своего тела к волшебномупристанищу Христовой чудесной вечности…

***

К кому же идти, кевропейскому человеку или к православному,святосаввскому Богочеловеку? Если пойдешь вследза первым, превратишься в бренную моль; еслипойдешь вслед за вторым, то претворишься вбессмертного творца, творца православнойбогочеловеческой культуры. Практикуяевангельские православные добродетели, человекпреобразует себя в непреходящего и вечного. Друг,ты продолжаешь святое дело святого Саввы, тысозидаешь православную культуру, ты строишь,украшаешь, увековечиваешь и свою душу, и душунашего народа, если православно веруешь вГоспода Христа, если Его любишь, если Емумолишься, если постишься, если творишь милостыню,если каешься, если изгоняешь из себя грехи, еслилюбишь врагов своих, если благословляешь тех, ктоклянет тебя, если творишь добро тем, кто тебяненавидит, если молишься Богу за тех, кто гониттебя (ср. Мф 5: 44; Лк.6:27).Поступая так, ты перерождаешь себя в существовечное и богочеловечное, ибо через евангельскиеподвиги ты обессмерчиваешь свою душу,увековечиваешь ее, преодолеваешь пространство ивремя и освещаешь себя. И так достигаешь целиправославной культуры – святости и спасения.

Знаете ли, что значитбыть по-святосаввски православным? Это значит,непрестанно бороться со страстями и грехами всебе и в мире вокруг себя. Бороться противсребролюбия бедностью, против сладострастиябороться постом и молитвою, против гневабороться кротостью, против гордости боротьсясмирением, против смерти бороться бессмертием,против диавола бороться Христом Богом!.. Еслимыслишь мысль чистую и святую, знай, ты созидаешьправославную культуру. Всякое твое святоеощущение, всякое святое желание, всякое святоеслово, всякое святое дело – это зодчийправославной культуры. Святой Савва у нас –величайший зодчий богочеловеческой,православной культуры, так как он на Святой Горедвадцать лет перерождал свою душу устремленнымико Христу подвигами и выстроил из себявеличайшую, самую светлую, самую волшебную, самуюбессмертную, самую незаменимую личность вистории нашего народа. Он проложил душе нашейпуть из смерти в бессмертие, из времени ввечность, из человека в богочеловечность и повелее путем православной богочеловеческойкультуры. Но видишь, в наши злосчастные днимногие потомки святого Саввы оставили его путь,понеслись путем европейской культуры, денно инощно служа ее идолам.

Чем же они заменилисвятого Савву и его незаменимого Бога и Господа– Христа, чем? Гнилым европейским человеком, егогуманизмом и релятивизмом, его анархизмом инигилизмом, его идолопоклонством и гардеробом.Разве внешняя, шкурная, поверхностная,галантерейная культура не заразила большуючасть нашей земли и не поработила ли многие души,не отравила ли их, не разорила ли? Разве малосреди нас таких, кто о человеке судит по егогардеробу и столу? Нашего человека европейскаякультура задушила своим гардеробом, он похож накомара, на которого надели тысячу зимних пальто.А то, что было самым главным для святого Саввы,Богочеловек Христос, для них стало самымзаурядным Privat-Sache (личное дело –нем.). Отпав от святосаввской веры, большаячасть нашей интеллигенции отпала и отсвятосаввской точки зрения на мир и жизнь, этимона отпала от народа, отделилась от него и служиттеперь никчемным идолам европейской культуры.

Несомненно, догматыевропейской культуры и цивилизации носятхристоборческий характер. Долго вырабатывалсятип европейского человека, пока не заменилБогочеловека Христа своей философией и наукой,своей политикой и техникой, своей религией иэтикой. Европа использовала Христа «лишь какмост из варварства бескультурного в варварствоискусное».

«Человек, будь горд и счастлив»-завещает европейскому человеку подводящий итогевропейской культуры Ницше.  «Смирись,гордый человек!» - завещает славянскому человекуапостол православной культуры Достоевский.Смирись, гордый человек, перед вечной Христовойистиной и правдой!

Европейский человекили святосаввский Богочеловек! В ответ нахристоборческие  акциинекоторой части интеллигенции в нашем народеявилась святосаввская реакция, выразившаяся вбогомольческом движении. Это – святосаввскойдвижение за православную культуру, за спасениенародной души от европейского нигилизма. Это –народное движение за святосаввскоеХристопоклонство, против европейскогоидолопоклонства. Вооруженные святосаввскимиправославными подвигами богомольцы неустрашимоборются с идолами европейской культуры, которыхнаша европеизированная интеллигенциянепрестанно ввозит из Европы.

В моих выводах оевропейской культуре есть многокатастрофического, но  этои неудивительно, ибо я говорю о самомкатастрофическом периоде человеческой истории,об апокалипсисе Европы, ужасы которого раздираюти ее тело, и ее дух. Несомненно, вся Европазаминирована вулканическими противоречиями,которые, если их не устранить, вскоре могутразорваться окончательным уничтожениемевропейской культуры.

Судьба Европы – этоодна из главных славянских тем. Когда женастоящий славянин мыслит о судьбоносных, вечныхтемах, он забывает обо всем преходящем ивременном. Посмотри, разве дивный Растко, самыйлучший и самый типичный славянин в нашем народе, не отрекся от царскогопрестола, только бы разрушить мучительнуюпроблему жизни? Разве он не спал двадцать лет наземле с камнем вместо подушки под головою? Развеон двадцать лет не питался только растениями итравою? Разве он двадцать лет день и ночь немолился чудесному Господу Иисусу, чтобы Онразрешил его вековечные проблемы?

Воздвигнутую наопасном водоразделе между двух культур зеницунашей души жжет огненный вопрос: европейскийчеловек или святосаввский Богочеловек? От ответана этот вопрос зависит судьба нашей народнойдуши и во времени, и в вечности. Если вы желаете,чтобы душа нашего народа заблистала неугасимымсветом, если вы желаете, чтобы она из бреннойстала непреходящей, из бесславной – славной, изсмертной – бессмертной, из временной – вечной,из человеческой – богочеловеческой, тогдаизберите святосаввского Богочеловека. Если вывыберете Его, что вам сотворит человек? Чтосмерть? Где ти, смерте, жало?Где ти, аде, победа? (1 Кор 15: 55)? Выбрав Его, выстанете в ряду славянских бессмертных, в рядулучших и высших представителей славян, в рядуглавных зодчих православной культуры: святогоСаввы Сербского и святого Сергия Радонежского,святого Симеона Мироточивого и святого ДимитрияРостовского, святого Прохора Пчиньского исвятого Тихона Задонского, святого ГавриилаЛесновского и святого Серафима Саровского,святого Иоанна Рыльского и святого ИоакимаОсоговского, исповедника Тихона, ПатриархаВероссийского, и исповедника Варнавы, ПатриархаСербского, митрополита Антония Храповицкого иепископа Николая Охридско-Жичского, святогоИоанникия Девичского и преподобного ИоаннаКронштадтского, Гоголя и Достоевского, Хомяковаи Флоренского. И когда вы будете с ними и с ихнезаменимым Господом Иисусом Христом, тогда васникто не сможет победить ни в этом мире, ни в ином,тогда в станете непобедимыми победителями влюбой битве, тогда вы душу свою и душу нашегонарода воздвигнете из смерти в жизнь вечную,туда, где царит и господствует Своей бессмертнойИстиной и милостивою Правдою чудесный ГосподьИисус.

Пасха и сербские бессмертные.

Пасха – это праздник,которым празднуется  то,что в человеке бессмертно и вечно. То, что делаетчеловека исключительным существом среди всехвидимых существ. То, чем человек превосходит всевидимые миры и погружается в невидимый. То, чемземля со смиренною радостью может похвалитьсянебу. То, чем человек связан со всеми светлымибессмертными существами и безгрешными тварями.То, чем человек является настоящим человеком вовсех видимых и невидимых мирах. Пасха – этопраздник широчайших и огромнейших горизонтов,ибо рассматривает и видит человека во всех егобескрайностях и бесконечностях. Прежде всегоПасха имеет первостепенное общечеловеческоезначение. Ведь Своим воскресением Богочеловекрешил главную проблему человеческого существа –проблему смерти, а тем самым и проблему жизни.Решил ее по-божественному мудро и по-человеческиреально. Человек – это бессмертное существо, а небренный червь, которого любой, Бог или человек,смерть или природа может раздавить и уничтожить.Воскресением Богочеловек ввел в человеческуюприроду сыворотку бессмертия и провозгласиллюдей бессмертными.

***

По этимобщечеловеческим причинам воскресение Христовостало основной творческой силою нашей народнойфилософии, нашего народного взгляда на смерть ижизнь. И прежде всего так случилось благодарядеятельности святого Саввы. Он основатель итворец нашей народной философии, нашегонародного мировидения. Основной принцип этойфилософии в том, что человек - это существо бессмертное и вечное, поэтомуследует поступать с человеком, как с бессмертным.Род человеческий – сообщество бессмертных.Человек за человеком, бессмертный забессмертным. А сербский народ? Также, бессмертныйза бессмертным. Как? Верой в воскресшегоБогочеловека.

Видение человека инарода святым Саввой – это пасхальное видение,ибо он смотрит на людей, как на бессмертных.Поэтому Пасха есть по преимуществу праздникСвятосаввья, праздник святосаввского видениямира и жизни. Его отличительная черта в том, чтобырассматривать и любить всякое человеческоесущество, как своего брата. А главная обязанностьсвятосаввского рода и народа в том, чтобы сделатьэто ощущение и осознание этого вождем всех своихмыслей, ощущений, стремлений, начинаний и дел.

***

Пасха – более великийпраздник, чем Рождество. Ибо Христос, победивсмерть, которую никто из людей не мог победить,доказал, что Он Бог. И показал, что в Рождество наземле среди людей родился действительно Бог.Поэтому в святосаввской философии жизни Пасханазывается праздниковПраздник. Мы, сербы, имеем особые национальныепричины считать Пасху самым любимым и радостнымпраздником, самым символичным. За времямноговекового рабства, когда силы народной душицепенели и замирали в муках и страданиях, онавсем своим существом жаждала воскрешения иосвобождения. Освободиться от тьмы и мрака,воскреснуть из мрачной могилы рабства быловсенародным желанием и молитвою.

Зачем жить, зачемстрадать, зачем жертвовать собою, зачем погибатьза Крест честный и златую свободу – все этообъяснимо пасхальным, святосаввским пониманиеммира, человека и народа. Жить и умирать радибессмертного и вечного, ибо это делает ичеловека, и народ бессмертным и вечным.

***

Только вечные ценностиделают великими и человека, и народ. А проблемавечных ценностей решена воскресением Христовым.Только начиная с воскресения Христовачеловеческая совесть и сознание точно и ясноусвоили, что в мире человеческойдействительности и происходящего величайшейценностью является то, что бессмертно и вечно, то,что обессмерчивает и увековечивает человека иего дело. С этой верховной ценностьюсообразуются все остальные ценности в родечеловеческом. И в сербском роде, как нас научил иучит величайший наш бессмертник – святой Савва.

В чем практическоезначение воскресения Христова для каждодневнойчеловеческой жизни, чему оно нас учит? Вот чему:человек – это не просто животное, которогосмерть может совершенно и навсегда уничтожить,человек самим своим существованием связан свечностью и с другими мирами, его жизньначинается здесь, на земле, а продолжается вдругих, более широких и таинственных мирах и, ктознает, в каких формах и измерениях. А их этогоследует высшая мораль, мораль бессмертная ивечная. Мораль, которая актуальна и для горнихмиров. По ней, все, что человек делает, имеетзначение для всех миров и влияет на все существаво всех мирах. Поэтому человек и ответственен завсе и за вся. Без этого невозможно правильно иправедно решить никакую проблему, личную илиобщественную, народную или общечеловеческую.Если кто попробует, он погрузится в кровь и хаос,как сегодня уже погрузилось в него европейскоечеловечество, всеми силами напрягаясь безБогочеловека и вопреки Богочеловеку, решить своипроблемы.

Сила и правда нашейнародной морали в том, что все в ней – от Христачерез святого Савву:

Милый Марко, сын ты мойединый!

Если ты моей боишьсяклятвы,

Не скажи ты кривогосударям,

Ни в отцову пользу и недядей,

Но по правде истинногоБога.

Не губи души, родноечадо:

Лучше жизни, головылишиться,

Чем сгубить грехом,неправдой душу.

[Отрывок из известной сербскойэпической песни (былины).]

Кто это Бог истинный?Святой Савва говорит нам: Богочеловек Христос.Его-то насадил святой Савва в сердце и душунашего народа. И сделал Его своим в нашей истории.Величие нашего народа в том и состоит, что черезсвятого Савву он усвоил евангельскую правду ипретворил ее в свою. В течение веков он настолькосроднился с этою правдою, что она стала егоежедневным, его обычным евангелием. Только этимможно объяснить то, что наш народ во всесудьбоносные мгновения своей истории всегдапредпочитал небесное земному, бессмертное –смертному, вечное – преходящему. Если бы было нетак, что бы тогда вело нашего человека из подвигав подвиг, из мученичества в мученичество, изборьбы в борьбу за Крест честный и за свободузлатую? Что? Если только не то, что «серб Христоврадуется смерти!»

***

«Серб христов радуетсясмерти!» - это лозунг нашей мученической истории.Лозунг, провозглашенный христолюбивым диакономАввакумом, но всегда носимый в сердце народом.Что он значит? Он означает, что серб радуетсясмерти, ибо он Христов, а Христос победил смерть иобеспечил праведникам бессмертие и жизнь вечную.Жизнь человеческая имеет смысл и становитсярадостью человека, если человек живет и умираетради Христовой правды, если живет и умирает заКрест честный и свободу златую. Христов человекрадуется смерти, ибо ощущает и знает, что смерть– это переход в бессмертие и вечность.

Диакон Аввакум – этосимвол и образец нашего народного человека,символ борца, мученика и страдальца на небеснуюправду, за Крест честный и свободу златую.Философия жизни и смерти диакона Аввакума – этонаша народная философия.

Аввакумовскийоптимизм – это наш народный оптимизм: его вера вбессмертие человеческого существа всегда жива исильна, особенно когда его вере предстоитмученичество за Христа и Его правду. Через всевздохи и муки в нашей народной душе звенит гимнаввакумовского оптимизма: «Серб Христоврадуется смерти!»

Бессмертенаввакумовский национализм: народ имеетнепреходящую ценность только как носитель изащитник Христовой истины и правды, Христовабессмертия и вечности, Христова НебесногоЦарства и Его вечных ценностей.

Аввакумовский героизмбеспримерен по энтузиазму и неустрашимости: ябессмертен, ибо я Христов, поэтому я с радостьюжертвую тело свое за небесную истину и правду, заХристово и народное достояние.

Аввакумовский сербизм– это критерий истинного, величественного ивозвышенного сербизма. Серб является сербом лишьпотому, что он Христов, ибо в таком качестве онощущает, что бессмертен и вечен в этом и иноммире.

***

В чем же сила сербскойдуши? В этой аввакумовской, святосаввской вере вбессмертие человеческого существа и народнойдуши. Здесь источник всевозможного народноготворчества, народной неустрашимости,жертвенности и борьбы за бессмертные ценностинашей истории. Наш народ ради этого жил и страдал,ради этого был в рабстве и воскресал. Посмотрите:святые монастыри не являются ли памятникамибессмертия и свидетелями нашей народной веры вбессмертие и вечность человека?

Посмотрите на дивнуюпроцессию святых монахов: одни цари и короли! А сними вельможи и люди незнатные! Не является лиэто доказательством нашей всенародной веры вбессмертие и в жизнь вечную? Это трогательныеживые памятники бессмертия и вечности. И ещепремудрые учители бессмертия и вечных ценностей.Все в нашей истории – памятник бессмертия,памятник за памятником, бессмертник забессмертником. Таковы святосаввские реалии, иидеалы, и мысли, и пути. Святой Савва – первыйвоскреситель и украситель нашей народной души,первый, воскресивший ее из тьмы смертной, первый,украсивший ее дарами Бессмертного.

***

На путях и перепутьяхистории нашего народа многие смерти поджидаютнашу душу в засадах, хитро устроенных и искуснозамаскированных. Как же из преодолеть, если неверою в бессмертие и силою Бессмертного? Ктоведет нашу народную душу и премудро проводит еечерез бесчисленные засады и неприметные западни?Несомненно, святой Савва и его бессмертный дух. Ав нем и через него – воскресший Богочеловек.

История нашего народа– достаточно  красноречивоедоказательство воскресения Христова и силы Его.Ибо только верою в Воскресшего и силою Его можнообъяснить удивительную динамичность иплодовитое творчество нашей народной души в ходестоль мучительной истории. Историю созидаютгерои бессмертия, а остальные участвуют в ней. Унас каждому дана возможность стать героембессмертия. Как? Аввакумовской верой вБессмертного и силою Его. Подобно святойнародной истине: «Серб Христов радуется смерти!»

***

Сегодня Европа более,чем когда-либо, превратилась в фабрику смерти.Поэтому сегодня как никогда необходима вера вбессмертие и жизнь вечную, а это значит, ввоскресшего Христа и в Его Евангелие. Сегоднянам, сербам, необходимы как никогдааввакумовские бессмертники и оптимисты. Более,чем когда-либо, сильнее, чем когда-либо,требуется, чтобы над нашей землей и в нашейнародной душе прогремело аввакумовскоеевангелие и призыв к воскресению: «Серб Христоврадуется смерти!»

Эту радость от встречисо смертью и в смерти никто не может дароватьнашему человеку, кроме Бога святого Саввы идиакона Аввакума – воскресшего Господа Христа.Если это не правда, то есть ли вообще правда, внашей истории, в истории всего мира? Без этого всенастолько бессмысленно и бесцельно, что все надопросто сжечь. Разве homo europaeicusне изобретет скоро такой динамит, который,взорванный глубоко под землю, разнесет всю нашупланету вдребезги?

***

Бессмертие, котороедает Христос человеку Своей победой над смертью,обеспечивает переход в жизнь вечную всему, чтодобро, возвышенно и красиво в человеке. Толькотаким образом наше человеческое добростановится небесным, бессмертным и вечным.Только таким образом человек обессмерчивается ираспространяется во все небесные миры и всегдавидит себя существом бессмертным и вечным, аблагодаря этому – и всех остальных людей. И знаетвечную ценность, и достоинство, и бессмертиевсякого человека. Поэтому и ведет себя со всякимчеловеком как с существом бессмертным и вечным, скоторым будет жить в ином мире.

Поэтому настоящеечеловеколюбие невозможно без веры вчеловеческое бессмертие и вечность. Если любовьне бессмертна и не вечна, разве она необходима,разве нужно лелеять ее, мучиться ею и из-за нее? Амы, тогда мы всего лишь бренные насекомые, тольковот на чьем трупе? А наша планета – этопохотливый клещ, только вот на чьем организме?

Все это и даже большееэтого сводится к одному неопровержимому ивсеубедительному свидетельству: единственный смысл человеческого существа –в его бессмертии и вечности, единственнаяистинная радость – в его вере в Победителясмерти, в воскресшего Богочеловека Христа.История сербского народа – это одно из самыхдраматичных свидетельств этой веры и этойрадости. Поэтому святосаввский и аввакумовскийдевиз нашей истории «серб Христов радуетсясмерти!» внушительнее всего звучит вовсепобедном пасхальном приветствии: «Христосвоскресе!» и во всерадостном пасхальном отзыве:«Воистину воскресе!»

 ред.golden-ship, 2007

О неприкосновенном величиичеловека.

Чем больше я размышляюо загадочности и занимательности этого мира,  тем все чаще меняпреследует мысль: действительность этого мирафантастичнее всего самого фантастичного изагадочнее всего самого загадочного. Никакаясамая одаренная человеческая фантазия, да ещевозведенная в квадриллионную степень, не смоглабы придумать мира более фантастического изагадочного, чем тот, в котором мы, люди, живем.

Представьте себе, чтоэтого мира не существует. И некоесверхкосмическое Существо по своей всесильнойволе и необъяснимому желанию поручило вамсоздать мир по своему замыслу. При этом вампредоставляется полная свобода и замысла, идействий. Высшее Существо снабдило бы васматериалом, который был бы вам необходим длясотворения мира. Согласились бы вы статьархитектором такого мира? Что бы вы положили воснование, что бы взяли за материал, чтопоставили бы целью? Какие бы вы изобрелисущества, в какие бы среды и атмосферы вы ихпоместили? Дали бы вы некоторым существамвозможность мыслить и чувствовать или же вместомысли и чувств дали бы им нечто иное? Неужели бывы некий род существ наделили печалью, болью,слезами, любовью? Сколько бы, например, вы далиорганов чувств существу, которое бы походило начеловека? Не ошиблись ли бы вы, если бы дали емуменьшее число чувств, чем имеет человек, иподавно не ошиблись бы, если бы дали их емугораздо больше? А что бы было, если бы вы вложилиему в грудь вместо одного сердца десять? И когдавы в деталях создадите и подробно разработаетеплан этого мира, будете ли вы уверены в том, чтоничего главного не упустили? О, вы уверены,уверены и вы, и я, что вы должны были хоть что-то даупустить, из-за чего ваш мир и разрушился бы ещепрежде, чем был бы готов!

Будем конкретны,прежде всего вы бы положили основание своемумиру. Но на чем бы вы основали его? Посмотрите,наша планета лежит на воздухе, как на фундаменте.А воздух покоится на безвоздушном пространстве.А безвоздушное пространство – на некихневидимых частицах, которые наука называетатомами. А атомы – на электронах. А электроны –на праэлектронах. А праэлектроны – на фотонах. Афотоны – на нематериальном эфире. Анематериальный эфир – на чем-то еще болеенематериальном и невидимом. И так добесконечности. Ибо человеческая логика и черезнауку, и через философию, и через искусство жадноспешит из меньшей загадки в большую, погружаетсяиз одной невидимости в другую, до тех пор пока неутонет в, кто знает, в какой невидимости.  Не надо из-за этого осуждатьчеловеческую логику. Оно по самой своей природене в состоянии помыслить предел тому, чтоневидимо, то есть тому, что бесконечно. И нашалогика, и наша планета, и наша вселенная – все этоокружено некими бесчисленными невидимостями инекими безмерными беспредельностями. Все нашезнание о мире и человеке, все наши пророчества оних собираются в одно знание и одно пророчество.Это знание и это пророчество гласит: этот видимыймир стоит и существует на невидимостях, которымнет ни счета, ни предела.

Ах, да! Вам оказываетсябожественная честь быть творцом и архитекторомнового мира. Если ли у вас для этого достаточновоображения, достаточно ума, достаточно сердца,достаточно сил? Вот одна деталь: в молнии надосочетать огонь с водою. Это парадокс, не так ли? Ноникуда не деться, на таких парадоксах почиваетэтот мир. Они здесь всюду, вокруг нас, несмотря нато, что мы, люди, мы, бедные млекопитающие, почтичто совсем ничего не понимаем во всем этом. Нашемлекопитающее величество имеет право сердитьсяна то, что нас не спрашивали, когда создавали этотмир, не так ли? Но вот вам предоставляется удобныйслучай получить сатисфакцию [лат. satisfactio –удовлетворение. – ред golden-ship.boom.ru],извольте, создайте новый мир по своему замыслу иплану!

Если же вашимчеловеческим силенкам тяжеловато сотворитьвселенную, тогда спуститесь из мира большогокосмоса в наш малый, земной мир. Может быть, высможете стать архитектором столь малого мира.Ведь наш земной мир по отношению ко вселенной какцелому не только мал, но и бесконечно мал, доневидимости мал. Великий современный астроном,профессор Кембриджского университета ДжеймсДжинс утверждает, что наша планета относительновселенной столь же мала, как «миллионная частицаодной песчинки по отношению ко всему количествупеска на всех морских побережьях этого мира».

Но всмотритесьпристальней в этот наш столь малый земной мир.Здесь все для нас весьма таинственно и весьмазагадочно. Во всем таится нечто необычное ичувствуется течение чего-то невидимого. Ичеловек не может уйти от вопроса: что же самоеглавное в этом мире? И если он серьезно,мученически серьезно размышлял об этом, тодолжен ответить, что в этом видимом мире самоеважное то, что невидимо, неощутимо, ненаблюдаемо.Радиация – страшнейшая сила, но сила невидимая.Гравитационная сила удерживает и сохраняет вчудесном порядке бесчисленные солнечныесистемы, но и она невидима. И бедный homo sapiens со скорбью или соскрежетом зубов признает, что основанием всеговидимого является нечто невидимое. Всякаявидимая вещь своим внутренним нервом связана счем-либо невидимым. О, скажите, как совершитьпереход из видимого в невидимое? И как изневидимого в видимое? Как невидимые фотоны,праэлектроны и электроны сгущаются и создаютэтот видимый, материальный мир? А то, что видимо вмире, бесконечно меньше того, что невидимо в миреи вокруг мира. «Новейшие открытия астрономовпоказывают, что небесные тела (планеты, кометы,звезды), которые покоятся в нематериальном эфире,есть, так сказать, малые, едва приметные материальные островки в космосе.Материя, как показали опыты немецкого астрономаРима, представляет собою исключительное явлениево вселенной. Отношение целой материальной массывсех небесных тел ко всему нематериальномупространству равно отношению двенадцати булавокко всему пространству немецкой империи. Материя,таким образом, - это исключение в космическомпространстве, равно как и в атоме».

Итак, невидимое – этосердце видимого, ядро видимого. Видимое – это нечто иное, как оболочка невидимого. Бесчисленныеформы, в которое облечено невидимое, одето ипереодето. Видимо солнце, но невидима та сила,которая его разогревает. Видимы бесчисленныесозвездия, но невидима сила, которая ими премудродвижет и ведет их через бескрайние пространства,так чтобы они не сталкивались. Видим магнит, носила его невидима. Видима земля, но притяжение ееневидимо. Видим соловей, но невидима таживотворная сила, что поддерживает его в бытии.Видимы многие существа на земле, но невидимасила, которая оживотворила их и поддерживает вграницах жизни. Видима трава, видимы растения,видимы цветы, но невидима сила, которая из одной итой же почвы производит разнообразные травы,цветы, плоды.

Так выглядит мир околочеловека. А что сказать о самом человеке? О, в немтолько разыгрываются интереснейшие идраматичнейшие соревнования между невидимым ивидимым. В нем невидимое с видимым обнялись самымстрастным объятием, объятием, которому нет никонца, ни края, ни в этом мире, ни в другом.Посмотрите, человек жертвует своим видимым теломиз-за каких-то, убеждений своей совести. А ведьсовесть – это нечто невидимое. Если же не так, топокажите мне ее, чтобы я увидел ее своими глазами.Человек идет на смерть за некую мысль, за некуюидею. А ведь мысль – это нечто невидимое, идея –нечто невидимое. Если же не так, то покажите,чтобы я увидел ее своими глазами. Мать своимвидимым телом защищает свое дитя в опасности ижертвует своим видимым телом. Ради чего? Радилюбви. Но ведь любовь – это нечто невидимое. Еслиже не так, то покажите мне любовь вашу, чтобы яувидел е своими глазами. Что такое мысль, чтотакое ощущение, что такое совесть, покажите мнеих, чтобы я увидел их своими глазами в ихсамостоятельной и вещественно очевиднойреальности. Но вы их не можете мне показать, ибоони по своей природе невидимы.

Итак, самое основное вчеловеке невидимо. И еще: человек действительноживет тем, что в нем невидимо. Когда невидимоепокидает человека, тогда его тело умирает. Еслибы было не так, то и мертвец, по крайней мере покаон лежит на столе, мог бы осуществлять жизненныефункции, ведь он имеет те же органы чувств, те жефизические компоненты, что и живой человек. Неттолько одного: нет души в теле, души, котораяподдерживает тело в жизни, души, которая смотритчерез глаза, слышит через уши, чувствует черезорганы чувств, мыслит через мысли. Эта невидимаядуша и есть источник всей наблюдаемой жизничеловека. Вам не нравится, что душа невидима? Но ив нашем теле что мы видим? Только кожу, а всеглавные  жизненныефункции нервов, сердца, легких, мозга сокрыты отнаших глаз. В нас ползают или вьются всевозможныеневидимости, всевозможные фантомы. С этой точкизрения просто гениальна мысль, которую недавноизрек о человеке Алексис Карел в своей ужеставшей знаменитой работе: «Человек,этот незнакомец». Эта мысль гласит: «Каждый изнас является лишь вереницей привидений, черезкоторые движется непонятная реальность».Человек  - этодействительно есть нечто, что мы знаем менеевсего, с чем мы меньше всего знакомы. Карел пишет:«Надо открыто признать, что из всех наук наука очеловеческом существе вызывает наибольшиезатруднения».

Будем искренни, все тримира, и космос, и земля, и человек – представляютсобою некие невидимые силы, облеченные в материю.Раскрой что-либо или кого-либо – отовсюду на тебяпосмотрит своими таинственными глазами какой-тоневидимка. Но если мы смелые и последовательныелюди, то доведем свою мысль до конца. Так я исделаю. Все три видимых мира: космос, земля ичеловек – всего лишь проекция невидимого ввидимом. Видимая природа – это материальнаяпроекция нематериальных, невидимых мыслейБожиих. А человек? Человек – это то же самое инечто гораздо большее, человек – это видимаяпроекция невидимого лика Божиего.

Всякая вещь в этом мире– это рамка, в которую Бог вложил по единой своеймысли. А все вещи вкупе составляют роскошнуюмозаику мыслей Божиих. Следуя от вещи к вещи, мыидем от одной мысли Божией к другой, от однойБожией фрески к другой. А следуя от человека кчеловеку, мы идем от одной иконы Божией к другой.Ибо если в вещи Бог вложил Свои мысли, то вчеловека – Свой образ, Свою икону. Писано вСвященном Писании: И сотвориБог человека, по образу Божию сотвори его (Быт 1: 27)

Смотри, превеликий Богвложил образ Свой, икону Свою в илистоечеловеческое тело. Поэтому всякий человек –малый бог в грязи. Да, малый бог в грязи. Этабоголикость есть то, что человека возвышаетпревыше всех существ и вещей, превыше всех Ангели Архангел, возносит его к Самому Богу. Ни одногочеловека Бог не посылает в этот мир без своеголика. Поэтому всякий человек – богоносец отутробы своей матери. На таинственной границе междвух миров стоит благой Господь Христос и всякуюдушу, что посылает в этот мир, одаряетпрекраснейшим Своим образом (ср. Ин 1:9). Поэтому всякий человек христолик поприроде, христоносец по природе.

Человек в своей душеразбил грехом икону Христову, помрачил еестрастями, обезобразил пороками. И дивный ликХристов измарал черною смолою страсти и гадкимгноем наслаждений. Поэтому многомилостивыйГосподь Христос и стал человеком, да Свой паки обновит образ,истлевший страстьми. Он стал человеком, чтобынапомнить человеку об образе Божием в нем, чтобынапомнить ему о его божественном происхождении,чтобы икону Божию в нем очистить от смердящеймути греха, от черной смолы страсти иотвратительного гноя наслаждений.

Он, бестелесный Бог иГосподь, взял на Себя человеческое тело и вложилв него Свое Божество, чтобы показать людям, чтотело – это оклад иконы Божией. Он, неописанныйБог и Господь, воплощается и воплощениемописывает Себя, изображает Себя. Невидимый Бог,воплотившись, сделал Себя видимым; неописанныйГосподь, воплотившись, описал Себя телом.Соединив в Себе Бога и человека, Господь Христособновил икону Божию в человеке. Всю Свою жизнь наземле Он только тем и занимался, что шел отчеловека к человеку, от грешника к грешнику ибожественною Своею добротою находил и обновлял вних истлевшую от грехов икону Божию.

Апостолы Духом Святымпродолжили дело Спасителя, которое священно иапостольски исполняет до сего для ПравославнаяЦерковь. Через все свои молитвы, через все своипосты, через все свои милостыни, через все своиподвиги православные христиане стремятся кодному, воздыхают об одном: древнеюдобротою возобразитися. Подвизаясь постом имолитвою, человек обновляет в себе,обезображенном грехом, икону Божию. Ревнуя добру,практикуя евангельские добродетели: веру илюбовь, кротость и смирение, боголюбие ибратолюбие, милосердие и воздержание, - человекпостепенно уподобляется Господу Христу,формирует в себе образ Христов (ср. Гал. 4: 19), пока образ Христов неосуществится в нем (ср Рим. 8: 29).

Всякая евангельскаядобродетель в руках православного христианинастановится кистью, которой он пишет в своей душеикону Христову, пока  ненапишет ее полностью. И если посмотришь в душутакого человека, то увидишь Христову икону искажешь себе: действительно, человек в свое теловложил икону Христову, достиг высшего смыслажизни и обогатился непреходящим богатством. Ибо,образ Христов – это величайшая драгоценность вэтом мире, это небесное благо, зарытое в вонючуюжижу этой нашей гнилой планеты. Если обретешьЕго, ты обретешь все, ибо в Нем весь Бог и весьчеловек со всеми своими совершенствами. В Нем,единственно в Нем, и сияние, и высота, ибожественное величие каждого человека. ПоэтомуПравославная Церковь чудесный лик Христовхранит как зеницу своей души, за Негоправославные всегда шли и всегда идут настрадание и смерть. В Нем Православие видит своюславу. Ведь что такое торжество Православия?  Это пречистый образБогочеловека Христа, ибо в личности БогочеловекаХриста – вся сила и мощь, вся апология и всесилиеПравославия.

Только в личностиБогочеловека обрела свою вечную ценностьличность всякого человека вообще. Ибо сущностьличности всякого человека содержится в образеБожием. Человек по происхождению – существо неот мира сего, не от Ангел, не от Архангел, но отСамого Бога. Человек – это настолькозначительное существо, что и Сам Бог, чтобыпровести человека через этот загадочный итаинственный мир, вложил в его душу пресветлыйСвой образ. Эта боголикость души и составляетбожественное величие всякого человека. Поэтомучеловек – это величайшая ценность этого мира,его душа более бесценна, чем все миры, вместевзятые, ибо, если он потеряет душу свою, то ничемне сможет ни возместить, ни откупиться, повсеистинному слову Богочеловека: Кая польза человеку, аще мирвесь приобрящет, душу же свою отщетит? Или, чтодаст человек измену за душу свою? (Мф. 16:26).Человек столь ценен в глазах Божиих, что и СамБог, когда потребовалось, стал человеком радичеловека. Поэтому православие всегданепоколебимо стоит за божественное величиечеловека, за его неприкосновенность,неуязвимость и незаменимость. Оно неустрашимоборется против всего, что обезображивает,умаляет, уничтожает это божественное величиечеловека.

По учениюБогочеловеческой Церкви, Церкви Православной,главное – это обнаружить образ Божий в человеке.Если отыщешь в человеке этот образ, то обнаружишьи его непреходящую ценность, его абсолютность,его незаменимость, его бессмертность и вечность.Часто лик Божий в человеке полностью покрытмутью наслаждений и тернием страсти, слюдоюгрехов и сорняками пороков. Но ты на то иправославный христианин, чтобы снять все это собраза Божиего в душе человеческой, чтобы этотобраз вновь заблистал своей божественноюкрасотою. Если ты сотворишь так, если возлюбишьчеловека в его грехе, то никогда не будешьотождествлять грех с грешником и преступление спреступником, ты всегда будешь отделять грех отгрешника, осуждать грех, милуя грешника.

Если ты спросишь, ктонаучит меня этому, то ответ может быть толькоодин: Господь Христос. Ибо если ты с Его светомвойдешь в душу какого бы то ни было человека, толегко найдешь в ней образ Бога, и отделишь Божиеот греховного, и возлюбишь грешника в грехе его.Видишь, это благовестие, которое принес мирутолько Богочеловек Христос. Он во всякомчеловеке, и в великом грешнике, искал и находилобраз Божий, осуждая грех, миловал грешника.

Вот злорадные книжникии фарисеи привели к Христу женщину-грешницу,схваченную в прелюбодеянии, и по закону Моисеевуона должна быть побита камнями. Ты же что глаголеши? –вопрошают они Иисуса. Иисусже долу преклонься, перстом писаше на земли…, этимсловно желая сказать им: вы земля, земная мыслите,земная и вопрошаете, а посмотрите, душа этойженщины несравненно больше ее греха,  не может ее боголикая душауравняться с грехом ее. Якожеприлежаху вопрошающе Его, восклонься рече к ним:иже есть без греха в вас, прежде верзи камень наню… Они же слышавшее и совестию обличаемии,исхождаху един по единому, наченши от старец допоследних: и оста един Иисус, и жена посредесущее. Восклонься же Иисус и ни единаго видев,точию жену, рече ей: жжено, где суть, иже важдахуна тя? Ни кийждо ли тебе осуди? Она же рече:никтоже, Господи. Рече же ей Иисус: ни Аз тебеосуждаю: иди и (отселе) ктому не согрешай (Ин. 8: 5-7, 9-11).

Вот всемилостивыйГосподь осуждает грех, но не осуждает грешницу.Он как бы говорит: «Я не осуждаю твою боголикуюдушу, но осуждаю твой грех, ты и грех это не одно ито же, в тебе есть божественная сила, котораяможет освободить тебя от греха, иди и с этих порбольше не греши».

А что скажем о Закхее?Смотри, Господь Христос и в нем нашел образ Божийи спас его, хотя по законам человеческой логики,будучи великим грешником, он заслуживалвсевозможного осуждения (Лк. 19: 2-10). А МарияМагдалина? Смотри, человеколюбивый Господьизгнал из нее семь нечистых духов, нашел и в нейобраз Божий, и она своими евангельскимиподвигами стала святительницей. А разбойник накресте? О, здесь вершина человеколюбия Спасителя.Он и в нем открывает образ Божий и по вере еговводит его в рай.

Божественное величие ибожественная неприкосновенность человеческойличности есть основная догма Христова Евангелияи Православия. Что принципиально дляПравославия, то принципиально и для Святосаввья.Святосаввье это не что иное, как Православие,только в сербском духе, в сербской редакции.Православие – это душа нашего народа. Кто дал этудушу сербству? Святой Савва. Мы, сербы, снаем:Святосаввье нас учило и учит, что всякий человек– наш брат, ибо всякий человек имеет образ Божийв своей душе и тем самым имеет вечнуюбожественную ценность, поэтому нельзя ни наодного человека смотреть как на материал, как насредство, как на инструмент. Вся наша история этоне что иное, как борьба нашего народа за душународа, за его вечные ценности. В этоймноговековой борьбе нашего народа за народнуюдушу кто наш главный воевода? Несомненно, святойСавва. Он первым повел борьбу за Православие инепрерывно ведет ее вместе с нами и через нас.

Святосаввская борьба– это прежде всего борьба против всего, чтогрязнит, обезображивает и убивает душу нашегонарода. А ее убивают грехи. Борьба с грехами в наси вокруг нас – это святосаввская борьба.

Милый Марко, сын ты мойединый!

Если ты моей боишьсяклятвы,

Не скажи ты кривогосударям,

Ни в отцову пользу и недядей,

Но по правде истинногоБога.

Не губи души, родноечадо:

Лучше жизни, головылишиться,

Чем сгубить грехом,неправдой душу.

Это святосаввскоеевангелие матери Евфросинии [Е. – матьлегендарного сербского богатыря МаркоКоролевича. прим ред.] Ибо всякий грехпотихоньку убивает душу в человеке, а тем самым –и в народе. Сражаясь против своих личных грехов,человек борется за свободу и правду народнойдуши, борется за ее бессмертие и вечность,борется за ее непреходящие ценности.

Борьба за сербскую,святосаввскую душу – это борьба за божественноевеличие человека. Без него наш человек обесценен,без него от всего лишь бренная, обмундированнаяглина. Чем серб велик и славен? Святым Саввой. Чемсвятой Савва велик и славен? Господом Христом.Ибо верою в Богочеловека Христа и жизнью воХристе Растко преобразился в святого Савву истал величайшим святителем и величайшимпросветителем рода сербского. А тем самым сталнепобедимым духовным вождем нашего народа вовсех сражениях. Облаченный во всеоружие Божие: вевангельскую истину и правду, в евангельскуюлюбовь и смирение, в евангельскую молитву имилосердие, в евангельскую веру и терпение – онвеками вел наш народ от победы к победе. Сербывсегда были непобедимы, если только боролись засвою душу, за свою свободу и правду святосаввскиморужием.

Вот и недавно сербы,только ведомые святым Саввою, одержали победунад конкордатным чудовищем. Победив эточудовище, сербы одолели главного неприятелясвоей души – черный интернационал. Победив жечерный интернационал, они показали, что имеютдуховные святосаввские силы и могут победить идва других интернационала: красный,коммунистический, и коричневый,капиталистическо-фашистский. Ведь не надообманываться, папизм – это отец и фашизма, икоммунизма, и всех организаций и движений,которые желают обустроить и осчастливитьчеловечество путем насильственных илимеханических средств. Фашизм превращает в идолнарод, а коммунизм – класс. И тот и другой желаютобустроить и осчастливить человечество огнем имечем; и тот и другой отождествляют грех сгрешником и из-за греха убивают человека. Азнаете ли, кто их этому научил? Их родной отец,папизм. Ибо средневековый папизм первым изобрелэто и первым осуществил через «святую»инквизицию: грешников убивали за грех, еретиковсжигали за ересь, и все это – ad majorem Dei gloriam [К вящейславе Божией (лат) – девиз ордена иезуитов –прим. ред]. С одной целью: выстроитьвсемирную папскую монархию. Но надо бытьсправедливым: папизм хуже и чем фашизм, и чемкоммунизм, ибо фашизм уничтожает своихпротивников во имя народа, коммунизм – во имякласса, а папизм – во имя кроткого и благогоГоспода Иисуса.

Сербы сердцемпочувствовали опасность, угрожающую им отпапского интернационала, и восстали как одинчеловек, ведомые кем? Святосаввским духом черезсвятосаввского священника. Он апостольскинеустрашимо, златоустовски убедительно исвятосаввски мудро вел наш народ на борьбу сконкордатным чудовищем. И безоружный народодержал победу над организованным насилием. Чем?Святосаввским оружием: православною верою,православною правдою, православною истиною,православною ревностью, православнойнеустрашимостью, православным терпением,православным мученичеством и страданием «закрест честный и свободу златую»… И после этойчерной грозы святосаввский дух через истинныхсвятосаввских священников мудро правит кормиломсудна нашей народной души, ведя ее Святосаввиемчерез бури и грозы нашей горестной инесчастливой современности. Дела его воистинусвятосаввские. А это потому, что в них живетнеисчерпаемая и неуничтожимая творческая сила,святосаввский дух, который всем существом своимисходит из бессмертного, всесильного ивсемудрого Духа Христова, Духабогочеловеческого.

Что делает сербовсербами? Святосаввье и Православие. БезСвятосаввья, без Православия сербы не что иное,как труп на трупе, мертвец на мертвеце. Толькосвятосаввской верой и святосаввской жизньюсербы показывают и доказывают, что они настоящиесербы. Только так они исполняют завет святогоСаввы. В чем заключается этот завет? Вот в чем:смотреть на грешника, как на больного, которогонадо лечить от греха, как от болезни, никогда неотождествлять грешника с грехом и преступника спреступлением, никогда не убивать грешника из-загреха, стараться во всяком человеке отыскатьобраз Божий, ибо это вечная ценность всякогочеловека, то, что составляет божественноевеличие всякого человека, то, ради чего надолюбить и величайшего грешника, а более всеголюбить человека и во грехе его. Особо запомните:ни человек, ни народ, ни человечество не могут иникогда не смогут обустроить и осчастливить себябез Христа, тем более против Христа; все таковыепопытки заканчиваются и всегда будутзаканчиваться междоусобной резней, самоедением,людоедством; кто сеет ветер – пожнет бурю, ктоживет грехом и возвеличивает грех – претворяетэтот мир в безысходный ад.

***

 Из-загустой завесы видимого тянутся бесчисленныебескрайности невидимого. В самом деле, нет четкойграницы между видимым и невидимым, междупосюсторонним и потусторонним, междуестественным и сверхъестественным. Во всем ичерез все видимое и невидимое царствует Он –чудесный и таинственный Бог и Господь,Богочеловек Христос. Во всем видимом и невидимомОн разлил Свои божественные ценности, и все – отбесконечно малого до бесконечно великого –имеет свою божественную ценность. Особенночеловек. Ибо, одаренный боголикой душой, он вмалом представляет собой мир всех божественныхценностей. В этом – божественное величие ибожественная неприкосновенность его личности.

Божественное величие ибожественная неприкосновенность человеческойличности – это ценнейшая истина в нашемчеловеческом мире. Поэтому всякий человек – нашбрат, наш бессмертный брат, ибо всякий человекимеет образ Божий в душе своей. И тем самым имеетвечную, божественную ценность. Следовательно,нельзя ни одного человека считать материалом,средством, инструментом. И самый незначительныйчеловек представляет собой абсолютную ценность.Поэтому, когда бы ты ни встретил человека, скажисебе: смотри, малый бог в грязи! Мой милый, мойбессмертный брат и вечный собрат!

IV

СКОРБИИ ЖЕЛАНИЯ

Роение бесконечностей.

Так или иначе,оказаться в этом загадочном мире в качествечеловека – это первое и самое удивительноесобытие! Я умолкаю перед ним. И никак не могуприйти  в себя от этогоудивительного события. Прийти в себя? Что это? Чтоозначает: быть собою, быть «я», быть личностью?Ощущать себя как себя и все же, и все же не быть всостоянии провести резкую границу между собою ине-собою, ибо неким необъяснимым образом всепереливается в нас и мы во все. Какой-топостоянный прилив и отлив, постоянное волнение ипереливание всего во все и вся. А через все это иво всем этом вечно кружится человеческоеощущение и осознание себя как себя, как личности,как существа неделимого и простого.

Нас, людей, ниспрашивая, вплетают в эту грандиозную тайнусуществования. Вселенная вокруг нас, словно тело,а мы в ней, словно душа. А все в мире как-тоокругло-округлено. Округленное же не имеет ниверха, ни низа. И во всем бездонно. Посмотришь литы с вершины космической перспективы или скосмического дна – с земли, все едино: безднаесть бездна, тянется она снизу вверх или сверхувниз. Человеческое сознание осознает это. Какимобразом? Мы не знаем, ибо не знаем, что делаетсознание сознанием. Окруженный разнообразными ибесчисленными существами и вещами, человекощущает себя как чудо среди них. Ощущать – развеэто не чудо? Мыслить – разве это не чудо? Желать –разве это не чудо? Не ищи чуда все себя, ибо ты сам– величайшее чудо. Не ищи ничего удивительноговне себя, ибо ты сам – величайшая неожиданность.Существовать – разве не есть это нечто само посебе бесконечно удивляющее и непонятное?

Человек бы хотелсковать себя крепкой и массивной земнойдействительностью. Иногда ему приятно бытьокованным ею, потому что душе его таким образомвозможно хоть на что-то опереться. Тут же, вокругвсе какие-то бездны, все какие-то бескрайности,которые немилосердно тащат тебя и гонят по своимпропастям и ущельям. И тогда вздох за вздохом: о,если бы было чуть меньше сознания! И еще быпоменьше ощущений! Легче было бы быть человеком именее неожиданно… Человеческое сознание,человеческое ощущение – две крошечные свечки встрашном мраке безмерной тайны миров,  как тяжело с ними! Можетбыть, их нужно было бы погасить, чтобы человек былспокойнее, не боялся многих бесконечностей, чтосо всех сторон разевают на него пасть? Или двесвечки превратить в два солнца, свет от которыхосветил бы все мрачное в человеке и в мирахвокруг человека? При такой фантастичностиприроды человеческого сознания и ощущения естьли для человека лекарство от фантастичности?Разве не сотканы миры в нас и вокруг нас изчего-то фантастического, непонятного,ненаблюдаемого? Именно из-за этого ощущениегрусти никогда не устареет в человеке. И всечеловеческие муки спешат собраться в гром, чтопроносит через все миры вопль и причитаниечеловеческое: зачем я сотворен человеком, зачем,зачем, зачем?..

***

Большейпротивопоставленности, более жуткойпротивоположности, более непримиримойпротиворечивости не переживает кроме человекани одно существо: ни Бог, ни ангел, ни диавол. Ибочеловек переживает и жизнь и смерть, и небытие ивсебытие, и добро и зло. И все, что в них и междуними. Ведь ни перед кем не лежит столь долгий путьиз небытия к всебытию, от диавола к Богу. А такжестрашное разнообразие ощущений, мыслей, желаний,переживаний. В человеке все смешалось, все: отничего до всего, от безумия до всепонимания, отпреходящего до вечного, от смертного добессмертного, от адского до райского, от диаволадо Бога. В нем всегда есть много непонятного ибеспредельного, а тем самым, бессмертного ивечного, поэтому он никаким образом и никогдавесь не умирает, даже если упорно желает этого. Иникаким образом и никогда он не уничтожит себяабсолютно, даже если бы и желал этого всемсердцем. От него и в нем всегда много остается длябессмертия и вечности.

Тяжко человеку, еслиего мысль охватывает метафизическая паника. Ибоона преследует и гонит его из хаоса в хаос, изужаса в ужас, из потрясения в потрясение, из стонав стон. Тогда все трясется, разламывается итрещит во всех сферах человеческого существа.Возникают трещины, и сквозь них измученная душаусматривает бесчисленные миры. А там, вкосмической мгле и мраке белеет и светлееткакой-то манящий, тихий, мягкий свет. Итаинственный магнетизм миров неодолимопривлекает мысль и вовлекает ее в какую-тострастную игру, вихрь… Человек? Праужас, желаяотдохнуть, вселился в человека мыслью. Внебольшое количество теста положено многодрожжей.

Мысль цепенеет: многиепротиворечия сплелись в человеке объятиями, вкоторых они задыхаются и из которых они никак неосвободятся. Как змеиный клубок, который нельзярасплести. В такой ситуации для человекаметафизической тоски и самое комичноестановится трагичным. Иногда для негочеловеческий смех похож на безумие, даже насумасшествие. Смех? Чье-то безумие… Разве можносмеяться в мире, где есть смерть? Ах, в глиняномтесте нашего существа имеется и эта закваска. Ктознает, чья рука ее положила, кровью нашейзамесила и пустила по этому миру свою упрямуюусмешку?

***

Иногда мысль задумчивокружит по золотой кромке вселенной, а чувствосудорожно всхлипывает в глубоком беспокойстве. Исгибается разум, сгибается  впоиске Бога до грани сумасшествия. О, если бы душабыла только коридором для влияния внешнего мира!Но она, как ненасытное чудовище, все, что к нейприкасается, впитывает в себя, преобразует,претворяет в свое, оживляет какою-то чудноюжизнью, обессмерчивает каким-то необычнымбессмертием. Если же что-то и умрет, это дорогиепокойники…

Душа? Самый гениальныйи самый сильный чудотворец. В ней взглядыпревращаются в мысли, звуки – в ощущения,разнообразные влияния – в разнообразныепереживания, или идеи, или страсти, или соблазны.Разве не замечаешь, Ненавидимый, как Твои слова вморе моей  душипретворяются в драгоценный жемчуг? Вода, гонимаячувствами, истекая из очей становится жемчужноюслезою… О, художник над художниками! Чувство, чтопропускается сквозь сердце, становится светом,громом и молнией. Если мысль молитвою погрузитсяпо ту сторону звезд, то найдет Бога. Бога и себя.Себя, надзвездную и потустороннюю, во всемнебесную. Ибо там ее настоящие истоки ипрародина.

Смертный страхнападает на человека, когда он бдительно следитза своею душою на всех ее путях, когда проникаетво все ее мраки и сумраки, мглы и окраины, бездны ипропасти. Нигде, Господи, я не погибал так опаснои отчаянно, как внутри себя! И никогда, и нигде такотчаянно не умирал, как в себе… Самая страшнаясмерть не около меня, но во мне. Ад за адом,соревнующиеся в самых страшных ужасах. Толькоэто не абстракция, не иллюзия, не фикция, непривидение, а суровая действительность. Ихнеудержимый ужас – в их непосредственнойблизости. А все райское под ударом злапревращается в некую прозрачную, сумеречнуюиллюзию и сны. О, сколько вокруг меня тайн обо мне!Заснув в новой тайне, я пробуждаюсь в более новой,а день провожу в еще более новой. О, Господи,неужели для того Ты дал нам душу, чтобы нас жесамих сокрыть от нас? А сознание, а ощущение, аслово неужели Ты дал нам для того, чтобы мы Тебесказали, что не знаем себя? И сколько источниковслез в моем крошечном сердце! И каждая каплябольше моего сердца…

Чем бывает движимадуша, что непрестанно входит во все новые мысли иво все новые ощущения? Что есть то, что в моей душерождает мысль, чувство, желание? А тело обноситдушу стеной, замуровывает ее в материю не длятого ли, чтобы она не сошла с ума от бесчисленныхбесконечностей, что со всех сторон разрывают ее иразворовывают?.. Очи души не имеют ресниц и век.Поэтому они никогда не могут заснуть. А то она быих уже неоднократно радостно и трепетно закрылаи вошла бы в покой и отдых от жестоких тайн, чтонемилосердно бьют ее, худешькую, нежную, тонкую,более тонкую, чем свет и сон… Господи, напои моесердце нектаром Твоей благодати, дабы оноисполнилось миром, что превосходит всякий ум,человеческий и ангельский! Господи, излечи егоСобою!

***

Если человек заглянетв тайну мира, он не может не заметить, как черезвсе миры идут какие-то легенды и сказки, идут кчему? Каков смысл этих страшных легенд ироскошных сказок? А если остановиться взглядомна глазе человеческом – какая жуткая пропасть!Глаз! Наименьшая, но самая продуктивнаялаборатория в наших мирах. Нет меньшего органа инет большего чудотворца! Разве глаз это нечудотворец, раз видит свет! Ибо что такое свет всвоей сущности? Нечто неощутимое, а это значит,нечто невидимое, разве не так? Это первыйпарадокс: с помощью невидимого, с помощью души,око видит то, что невидимо… А слепые что-тобормочут и бредят, дескать в этом мире нет чуда. О,слепая наивность и слепая простота!

Что это, что произвелопламя в душе, в сердце, что разжигает и раздуваетогонь под мыслью, под чувством, под желанием? И докакого градуса поднимается и до какого пределадоходит эта воспламененность? Наверняка, онаизмеряется детонометром, а не термометром.Чувства – это огонь для мысли, мысль для совести,а для совести – кто, кто, о люди? Несомненно,только Бог. Ибо Бог есть огонь опаляющий. ЧеловекБожий полон огня и извне, и изнутри. Поэтому егомысли, ощущения и желания светят, излучают свет итепло. И он всем своим существом переходит вбессмертное и вечное…

Эгоистичные,хоминистически эгоистичные люди считают иутверждают, что способность к мышлению, чувствами желаниям имеют только люди. Разве столь беденэтот Божий мир, населенный столькими существами?Всмотритесь в кроткое и дивное око задумчивоговола. Разве оно не отражает некие необычныевнутренние миры?  Если небольшее, то за ним стоит интеллектуальный,духовный эмбрион, во всяком случае, чувственный,который имеет свои чудесные миры. Но толькочеловеческая аналитическая мысль не можетпроследить его до конца и отыскать егопервобытную движущую силу. Кто знает, может быть,и его пракорень где-то там в синеющих созвездиях,там, где ангелы роятся, как пчелы, и светлые духисоставляют все новые и новые вселенные и миры…Разве вы не примечаете, как из кроткого воловьегоока на вас смотрит некая бесконечная печаль,грустно вас вопрошающая: зачем? И этот вопрос всердце всего живого, в  ядревсего существующего. Этот вопрос появляетсяпосле всех ответов, которые может датьчеловеческий ум на свои бесконечные вопросы. Напоследнее «зачем?», что исходит от всякогосущества и всякого создания, человеческий ум неможет ответить. Посмотри на человека, он за собоютянет все свое биологическое, геологическое идуховное прошлое: весь растительный, весьживотный и весь минеральный мир, но также и весьангельский, весь духовный, весь божественный мир.А из всех этих миров то гармонично, то хаотичнозвенят и жужжат бесчисленные вопросы, тягостныйприпев который всегда один и тот же: зачем, зачем,зачем?

***

Человек на полпути межБогом и диаволом. Поэтому его разрывают и светлаяБожественная бескрайность, и мрачнаябескрайность диавольская. Человек на полпутимежду материей и духом. Поэтому его разрывают ихзагадочные бескрайности. Мысль человеческая наполпути между конечным и бесконечным, межвременным и вечным, поэтому его и притягивают ксебе их больные противоречия. Ощущениечеловеческое на пути меж раем и адом, поэтому егораспинают их заманчивые противоположности. Окочеловеческое на полпути меж слепотою ивсевидением. Поэтому оно неизмеримо страдает напути от одного к другому. Ухо человеческое наполпути меж глухотою и всеслышанием. Поэтому ононевыносимо страдает, зажатое ихпротивостояниями. Человек на полпути междунебытием и всебытием, между незнанием ивсезнанием, между несовершенством исовершенством, поэтому его и давят бесчисленныепротиворечия всех известных и неизвестных миров.

Для человека и капля –океан. Но и океан – капля. Ибо и в самом малом онвидит самое большое, и в самом большом – самоемалое. Таково человеческое существо. Весь духчеловека, вся мысль, все ощущения тонут не тольков мистерии величайшего, но и в мистериинаименьшего. О, я не хочу бескрайности, не хочу покрайней мере той бескрайности, что скрывается вкапле воды, уничтожьте их, смилуйтесь над нами,жалкими человеческими существами!.. Смотри, подсупермикроскопом человеческого духа из всякогоатома, из всякого электрона, из всякогопраэлектрона, из всякого фотона, роясь,вырываются бесчисленные бесконечности. Всовременной физике и астрономии нет ничего болеебеспредельного в своей таинственности, чемфотоны и электроны. Всякий электрон и всякийфотон излучает бесконечность. О, наши мирывыстроены из одних только бесконечностей. Ачеловек – это носимый волнами остров вбезбрежном океане бесчисленных бесконечностей…Твои бесконечности, Величайший, пугают меня и всамом малом.

Бесконечностивырываются из всякого атома, как и из всякогосолнца; из всякого цветка, как и из всякогосозвездия; из всякого насекомого, как и извсякого существа. Во всем, что Твое, Господи,роятся бесконечности. Это самое многочисленное иочевидное во всех Твоих мирах, о несказанныйГосподи! Разве око человеческое – это не матка, ккоторой слетаются все бесконечности неба иземли? Разве свет – это не матка, и всякаятравинка, и всякая птица, и всякое существо, ивсякая вещь? Матка, матка, матка, от которой ивокруг которой роятся чудные и дивные, страшные ивеличественные бесконечности? И материя всязапечатлелась в каких-то необозримыхбесконечностях. А люди – печальные пленникибесчисленных бесконечностей. Там же, за всемиэтими бесконечностями и проступает Творец всехбесконечностей  и главнаяих матка – Бог, всемудрый и всеблагой. Только сНим и в Нем всякая бескрайность претворяется врадость. Без Него всякая бескрайность  для меня – это и падение, ипропасть, и смерть, и ад! Именно ад, ад, ад!

Рои бесконечностейпустил Ты среди нас, Господи! Что бы мы делали сними, если бы не Ты, их матка, Ты, СладчайшийИисусе, Иисусе Ненаглядный! От соприкосновения сТобой всякая наша мысль и ощущение тонет вбескрайнем восхищении, и радости, и восторге.Твоею благостью, нежностью и любовью Ты всякуюбескрайность претворяешь в мою радость, в моюбесконечную радость и в мой рай, в мойбесконечный рай. И я всем своим существом ощущаюи знаю, что только Тобою все бескрайностипретворяются в чудесные благовестия, о Господиневсех дивных бескрайностей и вечных радостей!...

На террасе атома

 Ничтотак не необходимо человеческому сознанию, каксвет. Внешний или внутренний, все равно. Так какмы видим мир только в свете и с его помощьюпознаем все разнообразные миры, от самогодуховного до самого материального. А чем мы видимсвет? Светом. Во свете видим свет. Без света нам иглаз не поможет. Огромна гносеологическаяценность света, на ней в наибольшей степениосновано человеческое сознание. Неужели свет,необходимый всякому зрению, сам не видит?

Не удивляйтесьпарадоксальности моего вопроса. Меня ошеломляютчудеса вселенной. Как получается, что я постояннодержу их на булавке человеческой мысли и несрываюсь в бесчисленные бездны вокруг нее, надней и под  нею? Какполучается, что, заключенный в молекулучеловеческого ощущения, я задыхаюсь в еготесноте, в то время как надо мною полыхают новыесозвездия и роятся новые вселенные? Мне быловелено: крепко держись за перила атомачеловеческой мысли, несмотря на то что ураганыкосмических тайн дуют на тебя со всех сторон.Ведь человеческая мысль проста, как атом, авокруг нее все не познано, все необычно, всебесконечно. О, уменьшите чудеса, укротите их, вы,невидимые чудотворцы! Вы задавили наше крошечноечеловеческое сознание. Как под развалинамимногих мертвых солнц, ощущает себя душачеловеческая под этим небом… Прислушайтесь, этонежный свет горюет, что проходит сквозь чернуюземную грязь.

Свет и глаза! Что ихсвязывает? Какое меж ними родство? Кто делает ихнеобходимыми друг для друга? О, здесь речь идет отайне, которая превосходит все человеческие умыи все человеческие знания. Нам же остается толькозадавать вопросы царству света, а ответыоставлены, вероятно, для каких-то иных существ, сболее высоким уровнем сознания ибеспредельности ощущений. Мне кажется, что свет иглаза – загадочные тайники неких божественныхтайн. Я знаю, что свет и глаза высаживают нас навсе берега всех миров. С их помощью мыпреодолеваем пространство и время около себя,себялюбие и эгоизм в себе. Глаза – это, возможно,сложнейший орган чувств, потому что они скрываютв себе наибольшее число тайн, но и открывают их.Слезы и те даны глазам, ибо они в наибольшейстепени созерцают тайны миров и печаль. А когдачеловеческие слезы заливают горестные миры,тогда они начинают блестеть праисконнойкрасотой, логосною красотой, красотоюбожественною.

В этом горестном ипечальном мире дар слез есть самый трогательныйи самый чудесный дар. Плакать над горестнойтайной миров дано лишь избранным. А через самыхизбранных плачет вся тварь. Она плакала черезомолитвенные, печальные очи святого ИсаакаСирина, святого Ефрема Сирина и святого СимеонаНового Богослова и через всех на светепечальников рода человеческого. Они плакали иплачут за всю тварь и вместо всей твари, особенноза тех, что имеют очи, а слез не имеют. Они, святыесопечальники и всепечальники, ощущают, как всятварь воздыхает и страдает, вся, от первой допоследней (ср. Рим. 1: 16). А в их нежных ижалостливых сердцах не иссякают слезы.

Грусть в душепроисходит от таинственности мира. И в ней –слеза. Существовать и в то же время не знать, радичего существуешь – вот праисточник грусти. Это ипервоначальный источник слез. Иметь способностьмышления и мыслить, а не знать, откуда этаспособность, откуда мысль и для чего, - это второйнеисчерпаемый праисточник человеческой печали.Иметь способность ощущения и ощущать, а не знать,откуда эта способность и для чего, - это еще одиннеисчерпаемый источник печали человеческой. Авершина печали – не иметь возможностиосвободиться ни от самоощущения, ни отсамосознания. Не является ли это неким вечнымзаточением? Ведь вечно мыслить и вечно ощущать ивсе же не иметь возможности до конца домыслитьмысль о себе и о мире, не иметь возможности доконца прочувствовать ощущение себя и мира – неесть ли это тоска самая тоскливая и мука самаямучительная? Человек может отдохнуть от всего, ноникогда – от себя, от самоощущения исамосознания. Это соломоновская усталость отсуществования и соломоновская мука от бытия.Человеческий чувственный аппарат настолькосложен и запутан, что его мог создать только Бог.То же самое можно сказать и о мыслительномаппарате человека. Нет ничего сложнее этого ни вчеловеке, ни в существах около человека. А тем,что само по себе сложно, запутано и таинственно,разве можно упростить и объяснить что-то из того,что сложно, запутанно и таинственно в мирах околочеловека? Как кажется, человеческое ощущениемира и человеческая мысль о мире еще большеусложняет мир, который и сам по себе очень сложени очень загадочен.

***

На стезю человеческогосознания легла ночь, а до ее начала и после ееконца – только ночь и ночь, глубокая полночь.Чувства человека – как стоящие насмерть слепыечасовые. Бесчисленные ночи своей тьмой,принимающей устрашающие облики фантастическихпривидений, пугают человеческое сознание ибросают человеческие чувства в лихорадку. Ктодаст им необходимые солнца, чтобы разрушитьжуткий мрак и осветить таинственные миры? Тоскабывает еще тяжелее: человек иногда ощущает землюкак свое тело, как слою судьбу, а ее лучи как своинервы, ее взгорья как свои воздыхания, ее бездныкак свои падения, ее болезни как свои печали.

Куда исчезают и в чемутопают человеческие мысли, отталкиваясь отграницы времени и пространства? Не на запад ли, всумерки и сумрак, уводящие во тьму, переходящую втемную ночь и в безысходную пропасть? Алая зарярадости не украшает их черных ресниц. Разве этопоследнее пристанище человеческого ума на путиего существования? А человеческие чувства, когдаони стремительно улетают за грани времени ипространства, куда улетают, в какие миры и в какиереальности? Следует ли мысль чувству или чувствомысли? О, печальное паломничество и еще болеепечальное шествие: печаль за печалью, вздох завздохом. Человек, ты постоянно находишься насвоих похоронах. Ибо бесчисленны твои смерти…

Если пойдет мысльчеловеческая на восток, то встретит распутья,если двинется на запад – еще более страшныераспутья, если отправишься на ют – сновараспутья; и на север – кругом одни распутья.Самое страшное в том, что все они сходятся иникогда не расходятся. Где? В человеческомсамосознании и самоощущении. Поэтому человек –это самое скорбное существо среди всех существ.Везде, в любом мире он первый в скорби. Этопервенство никто по праву не может у негозабрать. Как же тогда его душе не взвиться воплемпричитаний и отчаяния?

О ночи! О все ночи всехмиров, как случилось, что вы все вместе бросилиякорь в зенице человеческого сознания? И какслучилось, что вы вселились во все безднычеловеческой души, так что даже еще осталосьместо для новых ночей и новой полночи? Кажется,что когда где-то там, в небесных высотах, начнутрождаться солнца и станут разгонять мрак, тогдаон бросится на нашу планету и скроется вчеловеческом существе. Можно сказать, что всеполночи, когда их теснит заря, без оглядки бегут иводворяются прямо в человеческом сердце. Ночь,убегая от дня, норовит спрятаться в человеке изатвориться в нем и никогда даже не выходить изнего: здесь ей и ночлег, и пристанище, и самоемилое прибежище. Человек! Прибежище всех ночей иполночей. Он как бы бесповоротно влюблен в них, аони в него. Только здесь печаль настигает печальи причитание сворачивается вокруг причитания.Есть ли для человека лекарство от этой тоски инадрыва? Есть ли? Есть ли?..

***

В этом мире всегрустно, так грустно, что и сказать невозможно.Если этот мир обладает душою, то это грусть. Вмире так много боли, так много горести, так многосмерти, так много греха, неужели Бог когда-нибудьперестает грустить об этом мире? Грех, всякийчеловеческий грех, разве не покрывает печалью ине заливает скорбью светлый лик Божий?

«Печаль моя всегда сомною», - вот исповедь псалмопевца (ср. Пс.37: 18), а также всякого настоящегочеловека. Этот мир стоит на печалующихся душах.Человек ценен настолько, насколько он имеетспособность скорбеть. Если скорбишь ты скорбьюкакого-либо человека, ты стоишь двоих, еслискорбишь скорбью многих людей, ты стоишь, сколькои все они, а если скорбишь скорбью всей твари ивсех существ, стоишь столько, сколько все миры,вместе взятые, и еще более, несравненно более.Чтобы душа человеческая могла довольнонаплакаться над больною тайною этого мира, надо вкаждой поре иметь глаз и в каждом глазу поисточнику слез. А когда в сердце ударят все громыжизненных страданий, вся душа вскипитсочувствием и все очи человеческого существавзволнованно зарыдают, тогда кроткий Иисусголубиными стопами нежно и невидимо войдет врастосковавшуюся душу, а с Ним, дивным ичудотворным, и все благие чудеса Его. И Он, самыйнежный и самый чувствительный, постепеннопретворит человеческую чувствительность вовсечувствительность, а сострадание – вовсесострадательность. Христов человек чувствуетвсякую печаль, как свою печаль, и всякую боль, каксвою боль. И с правом он мог бы сказать: «Печальвсего создания всегда со мною».

Без Господа Иисусадуша человеческая – ужас, и проклятие, иглупость. Только на огненных колесницаххристолюбия человеческая душа может вознестисьтуда, где печаль миров претворяется в милуюпечаль и где горькие тайны одичавших земныхфабрикантов и смерти прекращаются и настаетвечная радость.

И Иисусовом мирегосподствует волшебная вечность. Здесь всякаямысль человеческая начинается какой-то милойбезначальностью, а заканчивается некоей сладкойбескрайностью. И всякому человеческому ощущениюграницею служит божественная безграничность. Ивсецелое существо человеческое исполняетсявечной божественной логосностью, вечнойбожественной логичностью, вечным божественнымсмыслом. И с помощью божественной логосности,божественной логичности, божественного смыслаХристов человек находит вечную божественнуюлогосность, вечную божественную логичность,вечный божественный смысл во всех тварях исуществах во всех Божиих мирах. О, уберите всемиры, останется только Он, единственный, никем незаменимый, всесладчайший Господь и Бог мой –Иисус, вседивный, всечудесный, всемилый!..Столкните все вселенные в бездны небытия,останется только Он над всеми беднымичеловеческими существами, ибо Он, единственно Он,Единый Человеколюбец, воскрешает из всех смертейво все божественные вечности и сверхвечности,радости и всерадости…

Бунт клещей

Когда я вижу человека вего огреховленной действительности, я говорюсебе: для Бога нет большего ада, чем человек. Ачеловек, влюбленный в греховное сладострастие,скрежещет зубами и шелестит: страшнейший ад,который люди придумали для себя, - это Бог… Ему быхотелось, чтобы не было Бога, живого и истинного,что всемилостиво спасает от греха и справедливоосуждает за упорство в грехе. А над этимразмышлением пылает истина: если бы все земныегоры и холмы превратились в ладан и загорелись,смогли бы они перебить этим благоуханием смрадземной, что гноем течет из многих тварей и преждевсего из людей?

Треклятый ужасохватывает меня, когда я наблюдаюбеспредельность человека без Бога. Ибо нетничего страшнее этого. Беспредельность без Бога,что это, если не бессмертие без света и радости?Нет большего чудовища ни в одном из известныхмиров, чем человек без Бога. Нет и более страшногоада. Ибо самый страшный ад – это человек без Бога.Когда мысль человеческая оторвется от Бога, чемона завершится? Чем станет? Чернойбесконечностью. А это ад. Потому что мысль безБога – это страшнейший ад. А чувство, котороеничем не связано с Богом, разве это не ад длячеловека? А мои богоборческие мысли, а моимрачные чувства распинают меня и раздирают, и я,обессилевший, горько вопрошаю: «Господи, если адне во мне, то где же он, где, где?»

Природа греха в том,чтобы возбуждать себя и людей вокруг себя противБезгрешного. Праисконное отвращение ко всемубожественному и небесному опустошаетгрехолюбивого человека. Он бы хотел приблизитьсяк небу, чтобы презрительно плюнуть в него и затемстремглав сладострастно сорваться с неба в мутьземных наслаждений. Вы заметили: все бунты противБога исходят из желания оправдать грех.  А грех, которому нет равныхи который не прощается ни в одном из существующихмиров, следующий: «Мой бунт, Господи, отнюдь неАдамов, ибо я не желаю ни знать, как Ты, ни быть,как Ты, ни жить, как Ты, но совершенно утратитьпамять о Тебе и представление о себе. Мой бунтдаже не Иудин, Господи! Ибо я хочу не предать Тебя,не убить Тебя, а просто не знать Тебя. Не правдали, это не великий бунт, не великий грех? Никакимпутем я не желаю идти к Тебе, мне милее пути, чтоуводят от Тебя. Зачем Ты меня вывел на многие путии завлек в Свои сети? Кто дал Тебе право? Я же нехотел и не хочу…»

***

Этот мир населенрастениями, животными, минералами, а на вершиневсего поставлен человек. Для того ли, чтобыощущать все воздыхания попираемых, все мукипридавленных, все боли огорченных и через трупыспокойно и решительно устремляться к своемубессмертию? О, трагичное бессмертие на трупахближних! Даны ли человеку чувства, которые моглибы это вынести, и душа, которая бы не сошла с умаот этого, и сердце, которое могло бы от этого неразорваться? Но все же человек сущностно исудьбоносно зависит от всех тварей, а все твариот него. Есть что-то в человека, что его делаетсудьбою времени и пространства, судьбою всехподангельстких существ во всех мирах. Поэтому онсмело вздымается духом над всеми безднами,рассеянными по пространству и времени. Но все жеэто маленький, крошечный, малюсенький человек.Извлеките из земли силу притяжения, которой онанас держит в своих страстных объятиях, куда бы мы,люди, разлетелись и куда бы попадали? Есть ли днотакому падению с земли, и куда нам упасть, и на чтомы упадем?

Грехолюбивый человекимеет свою логику, которой оправдывает свой грехи свое зло. Вот она: этот мир сотворенэпилептиком. Разве душа в теле не находитсяпостоянно в эпилептических припадках? Разве телов мире не находится постоянно в эпилептическихконвульсиях? Разве земля в объятиях солнца ненаходится в эпилептических муках? Разве зрачок вглазу не находится в эпилептическом припадке?Наша  звезда – этоотвратительная коростная жаба среди звезд, алюди, а существа, живущие на ней, всего лишькоросты, короста на коросте. Поэтому наша звезданаходится в постоянной лихорадке, а человек наней – в постоянном бреду. Какая-то проклятая жутьструится со всех звезд на нашу звезду. И все болибольных существ сливаются на нашу планету, какбудто она есть единое сердце всех миров. И онакорчится, трясется и бредит в каком-токосмическом бреду, и рыдает под мрачнымивершинами и над грозными глубинами, не понимаяничего из того, что с ней происходит…

Нет ничегоотвратительнее, чем грехолюбивый человек. Онносит в себе страшнейшее пугало – огреховленноесознание и огреховленное ощущение. И еще однопугало – огреховленную волю. А его явь? Этонепрерывные и необозримые шествияотвратительных монстров. Из-за такого человекагрустят над человеком все миры, страшатся его иопасаются за свою судьбу. Если же когда-нибудь,где-нибудь в космосе будут искать страшнейшеепугало, чтобы сделать из него божество, то тольконаша планета будет в состоянии подарить егокосмосу. Чтобы устрашать космос и космическиесущества, достаточно быть человеком – человекомгреха и зла.

***

Что такое природа? Накаком основании она существует? Из чего онасостоит? Где ее основание? Где дно? Где вершина?Где ее начало? Где конец? Все, что ей принадлежит,необычно и удивляет наше крошечное человеческоесознание и ошеломляет наше мелкое человеческоечувство. Ибо и бесконечно малое так же удивляет,как и бесконечно большое. Страх охватываетчеловека и от бесконечно малого, и от бесконечнобольшого. Что только ни проходит и что только нитянется между бесконечно малым (праэлектроном) ибесконечно большим (универсумом)? Человек ибесчисленные существа и вещи. Какие толькопроцессы не ткутся на удивительном ткацкомстанке, растянутом между бесконечно малым ибесконечно великим! Бросается в глаза, что вездеодна и та же тайна: и в самом большом и в самоммалом, и во всем, что между ними. «Везде один и тотже план, одна и та же мысль… Одни и те же законыуправляют и жизнью атома и жизнью звезд».

Но где бы человек нибыл, он всегда находится или на рубеже бесконечномалого, или на рубеже бесконечно большого. И егосознание дрожит и трепещет, приблизившись кжутким пропастям бесконечно великого илибесконечно малого. А чувство в них трепещет ицепенеет. Увлеченная заманчивой таинственностьюбездны, человеческая мысль всегда недалека отбезумия, а человеческое ощущение – от отчаяния.Здесь и для человеческой мысли, и длячеловеческого ощущения только одно спасение –Богочеловек Иисус. Ибо Он, мудростью и любовьюпроводя человеческую мысль и человеческоеощущение через пропасти бытия и существования,незаметно претворяет человеческую мысль вбогомыслие и человеческое ощущение – вбогоощущение. И так вводит их в райскую,божественную вечность, где никакие противоречияне нарушают их богочеловеческий мир.

А без Богочеловекачеловеческая мысль ощущает себя на этой планете,как в космическом леднике, где все замерзает откакого-то неизбывного ужаса. Замерзают мысли,замерзают чувства. Без Богочеловека человеккатится из безумия в безумие из бунта в бунт.Вроде такого безумия и вроде такого бунта: чтоэто за шпионы вокруг нас и над нами? Все этивысшие существа: и Бог, и ангелы, и демоны; кто далим право, это страшное право контроля и суда наднами? Они прилепили нас какими-то силами игравитациями, как клещей, к этой помойной яме,нашей планете, так что некуда деться. Даже когдамы зовем на помощь, когда мы бунтуем, это всеголишь бунт клещей. Наши голоса – голоса клещей,наши вопли – вопли клещей, далеко ли они слышны?Все равно, пусть бы они были слышны хоть намиллиметр от земли, главное то, что нам больно,больно оттого что мы являемся тем, что мы есть. Аэто значит, что и у нас, клещей, есть сердце.Наверняка есть, раз мы ощущаем боль. Пусть нашаболь столь мала, что невидима сверху для высших ибольших существ. Но в том-то и мука наша, что нашаболь, пусть и маленькая, охватывает все нашеклещиное сердце. Разве существует малое сердце ималая боль? Даже и бесконечно малая боль для негобесконечно велика. Вот в том-то и состоит этапроклятая привилегия, что навязана нам, клещам,не знаем по какому праву и чего ради…

***

Всякая человеческаямысль, гонимая инстинктом сознания, уводит вбессмыслие, если не причастится Всесмыслу. Так жеи всякое человеческое ощущение. И такие мысли, итакие ощущения не что иное, как черные демоны вцарстве человеческой души, сама же душа в такомслучае не что иное, как ад.

Причастить мысльбожественному Всесмыслу, божественнойЛогосности – значит преобразить ее в богомыслие.Так же и ощущение, если оно причаститсябожественному Всесмыслу, то преобразится вбогоощущение. А богомыслие и богоощущениеподобны ангелам. Преисполненная ими, душа полнаангелов. Это и делает ее раем. Постоянно ощущать ипостоянно осознавать божественную логосность ибожественную всеценность мира – это и есть райдля человеческой души. Не иметь этого ощущения иэтого сознания – ад для души. Постоянность ибессмертие в ощущениях и в сознании божественнойлогосности мира характерны для ангелов и святых.Совершенное отсутствие этого ощущения и такогоосознания характерно для демонов и погрязших возле людей. Колебания в этом ощущении и в такомосознании – удел человека полуверного. Райсостоит в постоянном и бессмертном чувстве иосознании божественной логосности мира. А ад – вполном отсутствии этого ощущения и этогоосознания. Диавол тем и диавол, что полностью инавечно отрицает логосность и логичность мира.Для него все бессмысленно, все глупо, поэтому инадлежит все уничтожить. Человек же стоит наполпути меж раем и адом, меж Богом и диаволом.

Всякая мысль и всякоеощущение потихоньку ведут душу или в рай, или вад. Если мысль логосна, то связывает человека сБогом Словом, со Всесмыслом, со Всеценностью, аэто и есть рай. Если же она нелогосна,противологосна, тогда она неминуемо связываетчеловека с бессмысленным, с обессмысливателем, сдиаволом, а это уже ад. Что действительно длямысли, в той же мере действительно и для и дляощущений. Все начинается еще здесь, на земле: ичеловеческий рай, и человеческий ад. От жизнидуши с Богом и в Боге в человеке зачинается ирождается все, что бессмертно, вечно ибогочеловечно; от жизни же души с диаволом вчеловеке зачинается и зарождается все, чтосмертно, грешно и инфернально. Жизньчеловеческая на этой планете – это грандиознаядрама: здесь постоянно сталкиваются бренное свечным, смертное – с бессмертным, зло – с добром,диавольское – с Божиим.

***

Ничто так непреследует человека, как грех. Так проявляет себядаже самый милый грех. Грех гонит человека попустыням бессмысленного, глупого, отчаянного,самоубийственного. Через всякий свой грехчеловек, по сути, гонит себя из боли в боль. Изстрадания в страдание, из отчаяния всамоубийство, из праздного в пустое, из смертногово всесмертное. Каин – это прототипсамопреследования. Грех прежде всего преследуетчеловека как мысль, потом как ощущение и, наконец,как страсть. Совершённый, он превращается влегион гонителей. Ибо он разлит по всемучеловеческому самоощущению и самосознанию. А  разливает его совесть. Икуда бы ни поглядел человек, он видит в себетолько грех. И когда он спрашивает его, каково егоимя, он отвечает ему, подобно евангельскомубесноватому: легион – мне имя, так как нас много(ср. Мк. 5:9).

Грех никогда не одинок,но всегда во множестве. Всякий грех – это легион,ибо из одного греха происходят многие грехи. Икаждый по-своему сводит что-либо в человеке с ума,до тех пор пока многие грехи совершенно не сведутего с ума и он не потеряет  покояв себе и в мире вокруг себя. ВспомнитеРаскольникова. После того как он совершилубийство, которое прежде совершения считалестественным, логичным и разумным выражениемсвоей человеческой самостоятельности исмелости, нормальным и рациональнымчеловеческим поступком, он с изумлениемпочувствовал и увидел, что убийство – это страх иужас для человеческого существа, да и целый ад, аглавное – мучитель и гонитель. Везде, в себе ивокруг себя, Раскольников видит только своепреступление, только свой грех. Он никак не можетвыйти из него и вне его. Настолько не может, что онв конце концов выходит на площадь и покаяннокланяется на все четыре стороны света, всемобъявляя свой грех.

Вспомните Макбета.Шекспир гениально показал, что преступление, чтогрех никогда не может быть чем-то естественным илогичным в человеческом существе, хотя бычеловек и старался всеми силами, логикой иразумом оправдать грех как средствочеловеческой жизни, как естественное выражениечеловеческого существа. Грех гонит человека избеспокойства в беснование, из беснования всумасшествие. Макбет показывает это наилучшимобразом. Заметили ли вы, что у Шекспира всехпреступников преследует дух совершенногозлодейства, греха. Всех их мучает этот невидимыйи неумолимый мучитель – грех. Каждый из нихбросается и задыхается в страшном аду своегособственного греха.

Только Фауст –исключение. И это неестественное исключение. Оннейтрализует грех. Всей своей ученостью онстарается грех превратить в негрех, чуть ли не вдобродетели. Но именно здесь Гете весьмаповерхностно знаком с человеком. Он, в отличие отШекспира и Достоевского, не погрузился вбездонные глубины человеческого существа, туда,где неустанно пылают вулканы совести. Дажеязыческая антропология гораздо глубже,естественнее и правдивее. Вспомните Эдипа,Антигону, Медею.

Своей человеческойправдивостью библейская истина о грехе самаябессмертная. После убийства своего брата Каиннигде не может укрыться, земля его не держит и нетерпит, и он несется, убегая от себя, но никак неможет скрыться. Он символически несет на своемчеле печать своего греха. Так и всякий грешникносит в своей совести печать своего греха.Действительно, грех это прежде всего своего родасамоубийство, ибо потихоньку убивает в человекеи душу, и совесть. А затем эта самоубийственнаясила превращается уже в убийственную и тогдаубивает все, что вокруг человека. Все этосвидетельствует, что грех – это нечтонеестественное и противоестественное и вчеловеке, и в мире.

Грех не стареет, но чемдольше живет, тем дольше молодеет, если человекне обуздывает его  в себесовестью. А совесть делает это, если имеет в себеБога. Каждый может испытать на себе, как грехрастет в душе от атомарного до космическогоразмера. Самые очевидные примеры тому – Каин иРаскольников. Для каждого из нас этот рост стольже очевиден на собственном примере. Это нечувствуют только те люди, совесть которыхзамерла в грехолюбии, богоборчестве исладострастии.

***

Все, что во мне и околоменя: большое и малое, конечное и бесконечное,простое и загадочное, мрачное и светлое, видимоеи невидимое, смертное и бессмертное, злое идоброе – все и вся во всех мирах, которые я знаю,ощущаю и предугадываю, подталкивает меня кнадрывной молитве: «Господи, о Господи! Есть ли вТвоих мирах ответы на мои вопросы? Или я один не всостоянии их услышать из того мира, который вседальше и дальше отодвигается от меня? Если я ночьделаю своим языком, Ты меня не слышишь, если деньстановится моим умом, я Тебя не слышу. О, как жеуслышать мне Тебя? О, как же мне Тебя дозваться?Вездесущий, из-за моих грехов Ты не присутствуешьво мне. Оттого я Тебя и не слышу, и не вижу, и непонимаю. О Всемилостивый, сойди, спустись в моесердце, в мою душу, в мое тело – это змеиноелогово, скопище помоев, ад. Но Ты и в ад сошел и всеже остался Богом. Сойди и в мой ад, ибо и его ТыСобою претворяешь в рай. Ибо, где Ты, там и рай, ачеловек с Тобою – ангел. О, яви мне Себя, Господи,несказанный, неизъяснимый!.. Всярастосковавшаяся природа вознеслась к Тебечерез судорожный крик: «Господи, помилуй!»… Болинаши сливают все человеческие слова в единыймолитвенный вопль: «Господи, помилуй!»Обратившись к себе, мы во всем своем существевидим, как разлито только это воздыхание:«Господи, помилуй!» Хотелось бы нам сказать Тебео себе, но слезы льются и являют всю нашу душуперед Тобою всего лишь в двух словах: «Господи,помилуй!» Всякая тварь имеет сердце, а сердцепотому и сердце, что грустит по Тебе и воздыхает:«Господи, помилуй!» В этом грустном мире ничтотак не потребно человеку, как милость к нему ипрежде всего Твоя, Господи: «Помилуй!» А с Тобою иза Тобою и все существа и вся тварь смилуется надчеловеком: «Господи, помилуй! Матушка, помилуй!Друг мой, помилуй! Травушка, помилуй! Пташка,помилуй! Все существа во всех мирах, помилуйте!Помилуйте! Помилуйте!»»

Вниз по шумному водопадувремени.

Если вселенная имеетмечту, не наша ли это планета? Если имеет сердце,не человек ли это? Если имеет зрение, не есть лиэто око человеческое? Но так может показаться сточки зрения человека. Когда же мы посмотрим нанашу планету с зенита космической перспективы,то увидим, что она по отношению к универсуму какцелому есть миллионная частица песчинки, ачеловек на ней – некая квадриллионнаясоставляющая этой миллионной частицы…Утешительные соразмерности, не так ли? Поколичеству материи, присутствующей на его теле,человек – самый невидимый из невидимого,неосязаемый из неосязаемого, неприметный изнеприметного. А человеческие чувства? А мысли? Ажелания? Не являются ли люди по своей физическоймалости скорее невидимыми грибками на огромномтелесном пространстве универсума и даже ещечем-то более мелким и незначительным? Если бы неприсутствие духа в человеке и Логоса в духе, мы,люди, были бы трагичной бессмыслицей Божией.

Почему нашечеловеческое зрение совершенно не соразмернонашему человеческому духу? И наш слух, и все нашичувства вообще? Дальность полета наших чувств доотчаяния несоразмерна с дальностью полета нашихмыслей, наших ощущений, наших стремлений. Какоечувство может проследить нашу мысль на всех еевзлетах в бесконечное и вечное? Все чувственноезахлебывается в своем мелководье и задыхается всвоей собственной тесноте. От страшнойнесоразмерности человеческой чувствительностии человеческого духа человеческая мысльпокрывается мурашками. И вообще, разве возможноздесь хоть какое-то равновесие? Особенно в такомфантастическом мире, как тот, что мы видим и вкотором живем. Если бы человек хоть на мгновениеимел возможность все обозреть зрением и всепрослушать слухом, он бы пронаблюдал в структуревсех существ и вещей и в их отношениях междусобою такие фантастичности и услышал бы такиенеобычности, что для того, чтобы вдовольнаудивляться, ему необходимо было бы иметьтысячу душ, безмерно больших, чем та, которою онрасполагает… Да, да, только если бы человекоблачился силою свыше (Лк 24: 49), если бы онрасширил свое существо, увеличил его ипреобразил Духом Божиим, только тогда ему можнобыло бы обрести равновесие и между своим телом исвоим духом, и между собой и миром около себя.

***

Иногда наш земной мирпохож на темницу, выстроенную из снов. Ифундамент, и кров, и стены, и двери, и окна – всевыстроено из снов. И все же через эти двери из сна,через эти окна из сна, через эти стены из снаникак не пробиться. Все тонко-тонко, всепрозрачно-прозрачно, но все же непробиваемо. Но,возможно, главное утешение состоит в том, чточеловек сам создан из материи, котораянематериальна, тонка и прозрачна, как сон. Чтоесть тоньше совести, что прозрачнее души, чтонежнее мысли? Да и тело, составленное и сложенноеиз неощутимых и невидимых электронов ипраэлектронов, не из той же ли нематериальнойматерии, что и сон? Сон среди бесчисленных снов –вот что такое человек в этом мире, в этой темницеснов.

Хотя и будучи сномсреди снов, человек отличается от остальных сновтем, что он сон, который мыслит, который ощущает,который грустит, который болеет, которыйумирает… О, поэтому этот сон и превращается вкошмар, и становится собственным мучителем. Абыть таким сном – это великая мука, великоеотчаяние, иногда даже и ад. Тогда мысль – этомучитель человека, а ощущение – его палач. Можетли человек освободиться от них? Легко принятьрешение: я не хочу мысли, я хочу ее уничтожить, таккак они мой жестокий мучитель. Но тяжело провестиэто решение в жизнь. А еще тяжелее реализоватьрешение: я не хочу ощущения, я хочу перестатьощущать, я хочу уничтожить ощущение… Обратитеськ своему собственному опыту. Невозможно бытьчеловеком и не ощущать, невозможно умертвить всебе ощущение самоощущение и оставатьсячеловеком. Ибо ощущение в человеке – это нечтоболее исконное, чем что-либо человеческое, а темсамым и более божественное, всем своим существомуходящее в бессмертное и вечное. Потому ичудесный Иисус все человеческие миры основал наощущении, на богоощущении. По Христу, любовь –это нерушимое ощущение, богоощущение; имилосердие – это бессмертное ощущение,богоощущение; и молитва – это бескрайнееощущение, богоощущение; и кротость, и смирение, иблагость, и доброта, и жалость – все этобессмертные ощущения, богоощущения…

Сколько лет необходимочеловеку вносить в тесто своего естестваблагоухание неба, чтобы перестать отдавать илом,сколько лет требуется, чтобы переродить себяевангельскими добродетелями? Из мрачной пещерысвоего тела я смотрю на Тебя, Господи,вглядываюсь и никак не могу разглядеть. Я знаю, япредчувствую и знаю, что Ты единственныйАрхитектор, Господи, Который может выстраиватьвечный дом души моей. А каменщики суть молитва,пост, любовь, смирение, кротость, терпение,надежда, жалость… Тогда все человеческоеприходит в движение, в возбуждение, в приятныйтрепет, в созидательный страх. Как на солнце и всолнце, все – во взвившемся хаосе и буре:непрерывное извержение, огненные фонтаны,обжигающая пламенем вьюга, километровыепротуберанцы. И такое взбудораженное солнце льетна наш земной мир тихий, мирный и животворныйсвет, который как будто не знает никаких гроз ибурь. Так и Христовы люди, особенно святители. Онив пламенном молитвенном восхищении любви и верыпереплавляют себя и из бурных своих переживаний,которыми связывают землю с небом, испускаюттихие и спокойные лучи, чей благой свет и нежнаятеплота смиряет бурные сердца человеческие иукрощает дикость человеческой души… Человек,небо – это кров земли. Смотри, как много тебе данорасти в высоту! Но ровно столько же и спускаться вглубину! Чтобы высота твоя не была несоразмернаглубине твоего корня. Ибо в таком случае человеквалится, рушится, падает и пропадает.

***

Время – это самыйжестокий тиран, когда оно борется с вечностью. Аборется оно через человека. Если меж наминаступает мир или перемирие, человеку становитсялегче. Сколь бы не был влюблен человек в шторма ибури, он хотя бы на краткое время желает укрытьсяв каком-нибудь тихом пристанище, там, где бы времяне боролось с вечностью. Тогда мысли своиммолитвенным шествием стремительно погружаются вбескрайние синие глубины. И всю твою душуохватывает желание, чтобы все твои мыслинавсегда претворились в вековечные молитвы. Ибомысли, которые не переходят в молитву, сеют бури,вызывают шторма, подымают мятеж. Так же иощущения, если они не переходят в молитву.

Проклятие для человека-  мысль, которая не желаетпреобразиться в молитву, закончиться молитвою.Разыгравшись, она не может успокоиться, найтикраеугольный камень, обессмертить себябожественною вечностью. Невыразимо кошмарноиметь мысли, которые не претворяются вмолитвенное возбуждение и восхищение передтаинственностью миров. Нет ничего чудеснеемыслей, которые, лицезря Божий мир, незаметносводятся к молитве. При таких мыслях в человекезамирает чувство времени. Ибо нет более тяжкогобремени, чем время. Тот, кто, благодарябессмертному и вечному, овладел временем, нескинул ли с души своей самое тяжелое бремя?Удивительно занимательная игра разыгрывается вэтом мире: вниз по шумному водопаду времени Богспускает бесчисленные созвездия и миры,бесчисленные тела и души, бесчисленные существаи вещи, и все это разламывается, бурлит и несетсякуда-то вниз, к какому-то дну, которое неизвестносуществует ли?.. А время где-то там вливается вбезбрежный океан вечности.

Во всем земном естьнечто небесное, во всем естественном есть нечтосверхъестественное. В пшеничном зерне естьчастица неба, ибо, вырастая, оно приняло в себямного небесного света, теплоты и синевы. Что-то отзвезд есть в каждом растении, во всем животном иминеральном мире, а тем более во всемчеловеческом. Все в этом земном мире судьбоносносвязано с тем, небесным, миром. Неоспорима истина:земля держится небом и существует небом, земля ивсе, что на ней. Одна и та же сила поддерживаетсуществование и небесного и земного мира, иестественного  исверхъестественного, и видимого и невидимого.Переход естественного в сверхъестественное исверхъестественного в естественное весьматаинственен и загадочен и не подлежит контролючеловеческого исследовательского духа. Черезневидимые праэлектроны и фотоны совершается этозагадочное переливание светозарных логосных силБога Слова в существо человеческое. Так на самомделе нет четких границ между сверхъестественными естественным, между видимым и невидимым. Вовсем земном есть много небесного.

Это становитсянаиболее очевидным в личности БогочеловекаХриста. В Нем явлен полнейший и совершеннейшийсинтез сверхъестественного и естественного,небесного и земного, Божиего и человеческого. ВНем показан совершенный образец и явленабезмерная сила воплощения Божиего вчеловеческом, сверхъестественного вестественном, небесного в земном. В самом деле, вНем олицетворен принцип и явлена сила дляосуществления этого принципа – принцип и силавоплощения себя в другом, Богочеловеческийпринцип и богочеловеческая сила. Только эта силаи только этот принцип выводят человека вбожественные бескрайности и божественныесовершенства. Без Богочеловека человек –существо, закрытое по отношению к тому миру, онникак не может выйти из своей гуманистическойсамоизоляции и никак не преодолеет границысолипсизма, постоянно томится в неотворяемойтемнице «непогрешимого» гуманизма. Внутри же унего – одни только тени, одни только призраки, а вцентре всех центров – «мир как представление»,что означает мир как тень, как призрак.

Человеку дан толькоодин выход из солипсической самоизоляции –Богочеловек Христос. Это осуществляется силоюбогочеловеческой любви. Любовью человекпреодолевает границы своего эгоизма и переноситсебя в возлюбленного, воплощает себя в другом.Так совершается  истинноесоединение человека с человеком, человека слюдьми, человека со всеми существами исозданиями. Через молитву любовь переносит душучеловека в Бога, через милосердие – в ближнего,через братолюбие – в брата, через человеколюбие– в человека, через жалость – во все существа иво все созданное. Сила Христова боговоплощения –это неисчерпаемый источник человеческогообогочеловечения: человек любовью переноситсебя в других людей, воплощается в них. И такимобразом приобретает истинное познание и Бога, илюдей, и твари. Субъект познания любовьювживляется в объект познания, воплощается в него,соединяется с ним. Это богочеловеческий реализм.Ему противоположны все остальныегносеологические правила гуманистического духа.Они удерживают человека в солипсическом пекле«чистого» гуманизма. Здесь человек иссушает себяна собственной жаровне и душит себя собственнымируками.

Богочеловеческийпринцип воплощения себя в другом основан напринципе самопожертвования. В самом деле, этоосновной принцип всякой жизни и всякогосуществования. На этом стоит вселенная: светжертвует собою ради всех существ, служа им,воплощаясь в них. Так же поступают и тепло, ивоздух, и растения, и минералы, и мать радиребенка, и небо ради земли, и земля ради всехземных существ. Так поступают все существа, всевещи, все силы, ибо так поступает Сам Бог. В  этом вся мистерия жизни исуществования, мистерия вселенной и всехвселенных, сколько их ни есть. Принципсамопожертвования в природе осуществляетсясамыми разнообразными путями: путем воплощенияодного в другое, меньшего в большее и большего вменьшее, естественного в сверхъестественное исверхъестественного в естественное, земного внебесное и небесного в земное, человеческого вБожие и Божиего в человеческое. И все этодостигает своего абсолютного и святогосовершенства в мистическом теле БогочеловекаХриста, в Церкви. В ней все путемсамопожертвования воплощаются в Христа, иХристос во всех. При этом даже в самом тесномсоединении с Богочеловеком личность неутрачивает свою индивидуальность инеприкосновенность, но совсеми святыми (Еф. 3: 18)развивается и раститвозращение Божие (Кол. 2: 19)  в мужа совершенна, в мерувозраста исполнения Христова (Еф.4: 13).

Только с помощьюбогочеловеческого реализма достигаетсясовершенное равновесие между естественным исверхъестественным, земным и небесным,человеческим и Божиим, между этим миром и иным.Точно так же только с помощью богочеловеческойсилы Христовой дух в человеке становитсясоразмерным телу, мыль – чувству, ощущения –желаниям. Без этой богочеловеческойсоразмерности во вселенной  ив человеке все погружается в дикий и проклятыйхаос.

Невозможно охватитьвсю истину о мире, о жизни, о тебе, обо мне, о Богени человеческим зрением, ни человеческим слухом,ни человеческой мыслью, ни человеческимощущением, ни человеческим словом. Всем этимможно охватить едва лишь и некую миллионнуючасть истины, а большая ее часть остается чем-топревышающим зрение, слух, мышление, ощущение,выражение, чем-то недосягаемым и неуловимым. Ночеловек может ощутить, познать, охватить всюистину о мире и жизни, только если всего себясовоплотит Богочеловеку, воплотится вБогочеловека, преобразится Богочеловеком. Этоединственный путь, и другого в мире земныхреальностей и человеческих возможностей нет.

***

Скорбна мысльчеловеческая, скорбно и ощущение. Ибо им со всехсторон досаждают боль, и горе, и тайна, ибесконечность, и смерть. Только в Богочеловекечеловеческая мысль причащается непреходящейрадости. Ибо в Нем нет смерти, нет греха, нет зла.До Богочеловека мысль человеческая быламучительна для человеческого духа. Она и до сихпор такова для него. Только с Ним и в Нем мысльчеловеческая становится благовестием, радостноювестью. Не только мысль, но и ощущения, и работа, ижизнь становятся радостью, а сам человекстановится радостником. Расстояние от печали дорадости, от смерти до бессмертия обусловленорасстоянием от человека до Богочеловека. БезБогочеловека ни человеческая мысль, ничеловеческое ощущение, ни человеческая жизнь, нисам человек не могут претвориться в прочную,непреходящую, бессмертную радость, которую не всостоянии расстроить и уничтожить никакое горе,никакая боль, никакая смерть.

Так происходит потому,что в Слове – вся логика и весь смысл мысли, всялогика и весь смысл ощущений, вся логика и весьсмысл разума, вся логика  ивесь смысл человека и всего человеческого. БезСлова и человек и мир, и небо и земля, и время ипространство, и мысль и чувства, и ум и разум –алогосные, бессмысленные, глупые и свирепыечудовища. Со Словом же и в Слове все претворяетсяв благовестие, в Евангелие. Поэтому БогочеловекСебя и все Свое назвал Евангелием, благовестием.Воспользовавшись антитезой, можно назвать все,что без Него, горьковестием, глупой вестью,жестокой вестью некоего всесильного, безумного икровожадного творца-тирана.

***

Меня изумляет, какнекоторые мыслящие люди не замечают Иисуса, неостанавливаются на Нем. А если они не замечаютБога, то разве это мыслители? Не замечать Иисуса вмире нашей человеческой действительности исобытий есть то же самое, что не замечать солнце,а видеть, выставлять и хвалить свечи исветильники как источник света и тепла. Хорошовсе, что глаза человеческие более всего алчут вэтом мире. А с ними – и человеческие ощущения, ичеловеческая мысль. Поэтому око и не можетнасытиться видением до тех пор, пока не узрит Его,в видимом – Невидимого, в конечном –Бесконечного, в несовершенном – Совершенного.Ибо и сама истина будет досадною и непотребною,если она не есть Христос. Мы в человеческом мирене знаем ничего, что было бы более истинным,добрым, красивым, благородным, возвышенным исовершенным, чем Иисус. Он делает истину Истиной,доброту – Добротою, красоту – Красотою исовершенство – Совершенством. Поэтому мыслящийчеловек радостно соглашается с Достоевским иискренно вместе с ним заявляет: «Если б кто мнедоказал, что Христос вне истины и действительнобыло бы, что истина вне Христа, то мне лучше быхотелось остаться с Христом, чем с Истиной».

… Сладчайший Иисусе,разлей и разливай меня по всем Твоим мирам, повсем Твоим небесам и Твоим чудесам, о Боже всехчудес! Я знаю и признаюсь: лампада моя неугасимогорит пред Твоим чудесным Ликом, если тольконепрестанно доливаю в нее каплю по капле кровь,кровь из моего сердца, взволнованного тайноютвоих миров. Единственный, все во мне замениСобою, Незаменимый! Ибо только Тобою и в тебе ячувствую и себя, и миры вокруг меня как благую ирадостную Божию весть… Пусть все мои мысли, всемои чувства, все мои стремления сольются вниз пошумному водопаду времени в дивную и волшебнуюТвою вечность, о Творче времени и Боже вечности!

Она – неодолимаяобольстительница.

Человеческая мысль,если не приходит к Богу, остается ущербной,несовершенной. Поэтому постепенно сохнет, вянет,до тех пор пока, наконец, совсем не увянет. Чтоотносится к человеческой мысли, то относится и кчеловеческому ощущению. Если оно не прикасаетсяк Богу, то довольно быстро утрачивается,замирает, пока совсем не умрет. Этот же законимеет силу и для человека как целого. Если егобытие не завершается Богом,  оностается калекой и недоконченным; в немпостепенно умирает все великое и возвышенное, аостается лишь пустяковое и ничтожное.

Что простерто междучеловеком и всем, что над ним? А что – междучеловеком и тем, что под ним? Не стоит ли человек вкаком-то средоточии, в каком-то центре, чьирадиусы расходятся во все стороны и во всебескрайности? Если же человеческая мысль –единственный свет и всюду вокруг нее тьма,сплошная тьма, густая, тяжелая, непроглядная, тоне есть ли человеческое ощущение – единственнаяживая бабочка в целом мире, вокруг которой, надкоторой и под которой – сплошная пустыня, только  одна пустыня, серая, сухая,смертная.

Кто может проследитьчеловека во всех его путях? А тем более его мысль?Но человеческую мысль  крадетсметь, куда же она ее уносит? Кто может проследитьсмерть на всех ее путях? А возможно ли проследитьощущение? Ах, человеческое ощущение еще слабеечеловеческой мысли, ибо оно со всех сторонокружено небытием. Некая жуткая язва теснитчеловека со всех сторон, и он немеет ибезумствует в одиночестве, а вокруг него пустая,серая земля и холодный пепел морскогобесконечного пространства. А мысль, этот самыйпроклинаемый рок человеческий, как голодная иобезумевшая гиена, несется и безумствует побезводной пепельной пустыне нашей сумрачнойпланеты.

Можно ли причинитьболь человеческой мысли? Если до, то я хочусмягчить эту боль вопросом: не является ли мысльсамым интересным и самым загадочным даромчеловеку? Мы ею ориентируемся, но не знаем, чтоона в сущности такое. Мы ею проверяем все, а чемможем проверить ее, таинственную, беспокойную,неохватную?  Разве она небросала нас бесчисленное количество раз втрагической безвыходности и не заводила нас внепроходимые пустыни – она, неодолимаяобольстительница?.. О мысль, ты для насневыносимое ярмо и тяжелое бремя. Как же нам твоеярмо может стать благим и твое бремя – легким? Иснова грустно спросим тебя: как ты можешь статьдля человека радостью и благовестием?

***

Философия – этосвоеобразное мученичество. Здесь мысль ломаетсяв темных безднах и диких обрывах небытия ивсебытия. Поэтому философы одновременно игрустные, и восторженные люди. Какой-товсепобеждающий инстинкт гонит мысль из тайны втайну. А что не тайна в этом мире и над этим миром?!

Философы – частотрагичные люди. Ибо их мысль долго и упорно бежитвслед за космическими тайнами, до тех пор пока,как птица, не упадет перед их последнимиоплотами.

Философы иногда – этоотчаянные люди. Ибо мысль заводит их в такиелабиринты, из которых нет ни хода назад, нидвижения вперед.

Философы, так илииначе, - это мятежные люди. Ибо для них мысльсвирепее самых страшных загадок этого мира.

Философы иногда – людисаркастические. Ибо мысль не в состоянии найтидля них хоть одну каплю меда, что скрывается вкриницах многих существ и вещей. И они питаютсебя горькими листьями жестоких тайн, что такобильно и буйно растут на лугу наших печальныхземных реальностей. А тот, кто питает себягоречью, разве не имеете права на сарказм, насарказм как на временный modus vivendi иcognoscendi [образ жизнии сознания (лат)].

Я и сам нахожусь сфилософами в плутающем по бескрайним пустынямкараване. И нам не хватает воды, чтобы освежитьдушу, ибо наша мысль устала, изголодалась ижаждет. А мы ее питаем и поим песком. О, пескомсоленых, горьких, страшных тайн… Тяжело бытьфилософом. Ибо та находишься в караване, которыйникак не может выбраться из пустыни. Здесьчеловеческая мысль в конце концов издыхает встрашных муках от голода и жажды. А человек? Отчаянный печальник подле серого,песчаного кургана своего вождя и путеводителя…

***

Но и для человеческоймысли, измученной в пустыне этого мира,существует один выход. Да, только один выход! ЭтоОн, Тот, Кто человеческую мысль завершил Богом,Творцом мысли; Тот, Кто человека – это самоетрагичное существо – усовершил, завершил идовершил Богом. Это чудесный и чудотворныйБогочеловек – Бог человеческой мысли, Логосчеловеческой мысли, Смысл человеческой мысли.

Разве человеческаямысль не есть самое кровожадное чудовище, если незаканчивается, не завершается Логосом мысли,Логикой мысли? Мысли без Логоса, мысли без Смысла,такие человеческие мысли – это великоебессмыслие. Разве вы это не почувствовали? Выдолжны были это почувствовать, если серьезнодумали о том, что такое мысль. Знаете, тогда отужаса леденеют кости, а мысль, размышляя оприроде мысли, впадает в горячку и бред. Истина,человечески реальная истина в том, что только сБогочеловеком и в Богочеловеке человеческаямысль становится для человека благим ярмом илегким бременем. Богочеловек – единственный, Ктооткрыл настоящую стезю для человеческой мысли.Стезю, ведущую к бессмертному совершенству ижизни вечной. Так случается, если человеческаямысль с помощью богочеловеческих средствразвивается в  богомыслие,а человеческое ощущение – в богоощущение.

А там, на таинственныхграницах, где совершается переход ощущений вмысли и мыслей в ощущения, там сгущаются тайны.Там разбиваются сердца. Так погибли Ницше иМетерлинк. Миры затуманились над человеком. Поним непрерывно роятся какие-то тайны, какие-тобескрайности. Сориентироваться среди них – этоискусство из искусств. Этому искусству обучаеттолько Он, таинственный и непобедимый Иисус.

***

Наши люди, если изанимаются философскими размышлениями, обычнобоятся того, что из мысль встретится с Богом. Аэто происходит от того, что они любят мыслитькороткими мыслями и чувствовать узкимиощущениями. Ведь если бы их мысль встретилась сБогом, то должна была бы рухнуть в божественныебескрайности  и утонуть внежданных мирах. Наш же «мыслящий» человек вбольшинстве случаев похож на шелкопряда, которыйревниво скукоживается в свой маленький кокон,чтобы никогда из него не выпорхнуть, а отличие отбабочки, желающей видеть широкие горизонты ибескрайние пространства.

Человек коротких,вялых мыслей весь зарылся в кору этой планеты,как клещ в овечью шерсть. И ничего не видит, кромеэтой коры. А над ним пылают бесчисленные светила,около ста миллиардов только в Млечном пути, исветила иных бесчисленных миров…. Человеческаямысль? О, тонкая белая нить в бескрайностивселенной, слабая молния в непроглядной тьмебесчисленного, таинственного, неопознанного…

Чем лечится мысль отмелочности, от мелкости, от смертности? Богом, Егобескрайностью, Его бездонностью, Егобезмерностью. В соприкосновении с Ним мысльобесконечивается, обездонивается,обессмерчивается. И тогда нет смерти для нее ни водном из существующих миров. Вся бессмертная, всябескрайняя, вся вечная. Тайны миров больше непугают. Напротив, они становятся для неенеиссякаемым источником вечных радостей итрогательного возбуждения: лазоревые –лазурных, золотые – золотистых. Неисчислимомного тайн, сладких и волшебных, поднимаются избесчисленных Божиих миров и восхищенно обнимаютее – неодолимую обольстительницу.

Серна в потерянном рае.Исповедь.

Я серна. Во вселенной я– чувство грусти. Давным-давно кто-то изгнал наземлю все грустное во всех мирах и из этого отлилмое сердце. И с тех пор я – чувство грусти. Я живутем, что из всякого существа и твари высасываюпечаль. Черной каплей печали капает мне в сердцевсякое существо, лишь только я к нему приступаю.Черная роса скорби тоненьким потоком струится помоим венам. И там, в моем сердце, черная росаскорби становится бледной и голубоватой.

По моему существуразлита некая магнетическая сила грусти. И всепечальное в мире она неуклонно привлекает искладывает в моем сердце. Поэтому я самоегрустное существо из всех созданий. У меня естьслезы на всякую боль… Не смейтесь надо мною, онасмешники! У меня даже в голове не укладывается,что в этом горестном мире есть существа, которыесмеются. О проклятый, самый проклятый дар –смеяться в мире, в котором кипит скорбь, клокочетболь, в мире, который опустошается смертью! Какойпредосудительный дар!.. Я никогда не смеюсь отгрусти. Как же мне смеяться, если вы так грубы исуровы, вы – насмешники?! Если вы так злы ибезобразны! А безобразны – от зла. Ибо только злоразрушает красоту земных и небесных созданий…Мне вспоминается, как эта земля некогда былараем, а я – райской серной. О, воспоминание, откоторого я восхищенно скольжу из радости врадость, из бессмертия в бессмертие, из вечностив вечность!..

А теперь? Мрак опаляетмои очи. На все пути, которыми я хожу, легла густаятьма. Мои мысли капают слезами. А чувства кипятпечалями. Все мое существо охватил некийнеугасимый пожар грусти. Все во мне горитпечалью, но никак не сгорает. И я несчастна ужетолько потому, что я вечная жертва всесожжения навселенском жертвеннике скорби. А вселенскимжертвенником скорби является земля, серая ихмурая, бледная и сумрачная планета…

Мое сердце – этонеприступный остров в бескрайнем океане тоски.Непреступный для радости. Да и что такое всякоесердце, если не неприступный остров? Скажите мне,если у вас есть сердце, знаете ли вы, чем все вашисердца окружены? Мое – только лишь океанскимиглубинами и безднами. Оно постоянно утопает вних, никак не выберется из них, никак не выплыветоттуда. Все, к чему оно ни дотягивается, мягко, каквода. Поэтому мои очи и заплаканы от слез, асердце растревожено от воздыханий. Больно моимзеницам, ибо многие полночи заночевали в них.Вчера вечером солнце зашло в моих очах, а сегодняутором не взошло. Оно утонуло во мраке моейгрусти. Что-то страшное и жуткое пронизывает моесущество. Я пугаюсь всего, что вокруг меня и надомною. О, если бы убежать от страхов этого мира! Носуществует ли мир, в котором бы не было страха?Замурованная мукой, одурманенная полынью,пресыщенная желчью, я встревожено бужу своесердце от опьянения скорбью, а оно от этогопьянеет еще более. Душе своей, перепуганной изагнанной ужасами этого мира, я кричу, чтобы онавозвратилась ко мне, а она без оглядки бежит отменя, тоскливой и печальной…

***

Я – серна. Но почему? Незнаю. Вижу, но как, и этого не понимаю. Живу, но чтотакое жизнь, не понимаю. Люблю, но что такоелюбовь, не понимаю. Страдаю, но как возникают,растут и созревают страдания во мне, никак непойму. И вообще, я достаточно мало разбираюсь втом, что во мне и вокруг меня. И жизнь, и любовь, истрадания – все это шире, и глубже, и бескрайнеемоего знания, разумения и понимания. Кто-товыпустил меня на этот свет и дал немного разумамоему существу, поэтому я и понимаю лишь немногоев мире, вокруг меня и мира и во мне. Из всякой вещина меня смотрит нечто непонятное и необычное,потому я и боюсь. А мои большие глаза не потому литак велики, чтобы они могли вместить в себя какможно больше непонятного, охватить как можнобольше неохватного и пронаблюдать как можнобольше ненаблюдаемого?

Наряду с печалью, Некторазлил во мне, обессмертил и увековечил нечтотакое, что превыше чувств и сильнее мысли, нечтотакое, что длительно, как бессмертие, и огромно,как вечность. Это инстинкт любви. В нем естьчто-то всесильное и неодолимое. Он разлит по всеммоим чувствам, по всем моим мыслям и владеет всеммоим существом. Мое существо словно маленький,крошечный островок, вокруг же него бесконечнотянется, разливается и накатывается волнами этазагадка моей души – любовь. И куда бы моя душа нидвинулась, везде любовь. Это нечто всегдаприсутствующее во мне и в то же время самоеблизкое. «Я существую» для меня значит «я люблю».Любовью я есть то, что я есть. Быть, существоватьдля меня то же самое, что и любить. И разве можетбыть какое-либо существо без  любви?О таком существе не знает мое сердце серны.

Не оскорбляйте во мнелюбовь. Ибо этим вы оскорбите мое единственноебессмертие и мою единственную вечность. А темсамым мою единственную бессмертную и вечнуюценность. Ибо что более ценно, как не бессмертноеи вечное? А я именно любовью бессмертна и вечна.Она для меня все. Я ею чувствую, думаю, смотрю,слышу, вижу, знаю, живу и ею причастна бессмертию.Когда я говорю «люблю», я этим обнимаю все своибессмертные мысли, все свои бессмертныеощущения, все свои бессмертные стремления, всесвои бессмертные жизни. Только с этим яоказываюсь превыше всех смертей и превышевсякого небытия. Я серебристая серна, нежнаясерна, серна пугливая...

Через все жуткиебездны и устрашающие пропасти любовь мояпробирается к тебе, синее небо, к тебе, добрыйчеловек, к тебе, цветущая дубрава, к тебе,благоухающая трава, к Тебе, Вседобрый иВсенежный! Через все бесчисленные смерти любовьмоя пробивается к Тебе, о мое сладкое Бессмертие!Поэтому грусть – мой постоянный спутник. Всякаягрубость для меня означает смерть. Больше всегогрубости в этом мире я перенесла от одногосущества, от того, что зовется человеком. О,иногда он смерть всей моей радости. Очи мои,посмотрите поверх него и увидите за нимВседоброго и Всенежного! Доброта и нежность –это жизнь для меня, это бессмертие, это вечность.Без доброты и нежности жизнь – это ад. Лишьчувствуя доброту Вседоброго и нежностьВсенежного, я вся в раю. Если навалится на менягрубость человеческая, о! Это навалится ад совсем своими ужасами. Поэтому я боюсь человека,всякого человека, кроме доброго и нежного.

***

Я на краю ручья, чьиберега цветут лазурью цветов. А ручей этот – измоих слез. Люди ранили меня в сердце, и вместокрови потекли слезы. Нежные небеса, я раскрою вамсвою тайну: вместо крови в моем сердце слезы. Вэтом моя жизнь, в этом моя тайна. Потому я и плачуо всех печальных, о всех немощных, о всехуниженных, о всех оскорбленных, о всех алчущих, овсех беспризорных, о всех огорченных, о всехизмученных, о всех опечаленных. Мои мысли быстрозахлебываются от грусти и превращаются вощущения, а ощущения изливаются в слезы. Раз моиощущения бескрайни, то слезы бесчисленны. Почтовсякое мое ощущение грустит и плачет, ибо лишьтолько исходит от меня в окружающий меня мир, ононатыкается на какую-нибудь человеческуюгрубость. О, есть ли существо, грубее и суровеечеловека?..

Зачем я заброшена вэтот мир, зачем я оказалась среди людей? О,некогда, давным-давно, когда в своих густых ибескрайних лесах я не знала человека, мир был дляменя раем и радостью. И я лишь радостно вплеталасвое райское настроение и восхищение межблагоухающих цветов и ветвей берез, меж пышныхдубрав и синих небес. Но в мой рай шагнул он –грубый, суровый и дерзкий человек. Вытоптал моицветы, срубил деревья, омрачил небо. И так мой райпревратился в ад… О, я не ненавижу его из-заэтого, но жалею. Жалею его, потому что он не имеетощущения рая. А нет большего ужаса для каких бы тони было созданий, чем отсутствие ощущения рая.Знайте, серна не может  ненавидеть,она может только жалеть и сочувствовать. Всеобиды, все грубости она отражает печалью исожалением. Печаль – это ее отмщение. Печаль,следующая за сочувствием… О люди, как вы суровы игрубы! Словно настоящие демоны. Разве естьчто-либо хуже человека? Только об одном молю,только одного желаю – не быть душою в человеке,ощущением в человеке, мыслью в человеке…

Всякую человеческуюгрубость я переживаю, как тяжелейший удар всердце. От этого на сердце явилась опухоль. О,сколько кровоподтеков у меня на сердце?! Отскольких ударов?! Ах, да! Ведь я в потерянном рае,серна в утраченном рае! О, смилуйся надо мною,Вседобрый и Всенежный! Сколько синяков, один задругим, один на другом, и так возникает на сердцеопухоль! О, спаси меня от людей, от грубых и злыхлюдей! Этим Ты претворишь мой мир в рай и моюпечаль в радость…

***

Более всего из того,что можно любить, я люблю свободу, котораязаключается в доброте, нежности и любви. А зло,грубость, ненависть – это рабство, самое горькое.Рабствующий им – рабствует смерти. А есть лирабство страшнее самой смерти? В такое рабствопопадают люди, измышляющие и творящие зло,грубость  и ненависть.Меня же послали в мир, сказав и предсказав,определив и предопределив: будь грустью илюбовью. И я всем своим существом исполняю свойназначение, печалюсь и люблю. Грущу через любовь,люблю через грусть. Разве мне иначе возможно житьв мире, населенном людьми? Моя жизнь в этихпределах, в этих рамках. Я вся сердце, вся – очи,  вся – грусть, вся – любовь,потому меня и потрясает страх, тот милый страх,который знаком только грустной серне…

В своей надменностилюди и не догадываются, какие роскошные ичудесные ощущения заключает в себе серна. Межнами и вами, людьми, зияет пропасть: ни мы не можемперейти к вам, ни вы – к нам. Вы не имеете органовчувств, чтобы ощущать наш мир. Если бы мы, серны,своим сердцем перешли в вас, то попали бы в ад.Некогда мы жили в раю. Вы, люди, превратили его намв ад. Что для вас беся, то же самое вы для нас.Рассказывали нам березы, что видели сатану, когдаон упал с неба на землю (ср. Лк. 10 :18): он упал средилюдей и там остался. И, отпав от неба, он заявил,что ему гораздо приятнее среди людей и что онимеет свой «рай» - это они, люди…

Я знаю и предчувствую,что меня ожидает бессмертие лучшее, чемчеловеческое. Для вас, людей, там, в ином мире,существует и ад. А для нас, серн, только рай. Ибовы, люди, сознательно и добровольно додумались догреха, зла и смерти и без нашего согласиявовлекли в них нас своей мерзостью и злобой,потому что имели власть над нами. Поэтому выбудете отвечать и за нас: за все наши муки иневолю, страдания и смерть. Вы будете нестинаказание за нас и из-за нас… Я слышала, синеенебо шептало черной земле эту вечную истину: людив день Суда дадут ответ за все муки, за всестрадания, за все еды, за все смерти всех земныхсуществ и тварей. Все животный, все птицы, всерастения восстанут и обвинят род людской за всеболи, за все обиды, за все зло, за все смерти, чтоони им причинили в своем гордом самолюбии. Ибо сродом человеческим, впереди него и за ним,шествуют грех, смерть и ад.

Если бы я выбираласреди существ, то предпочла бы человеку тигра,ибо тигр менее кровожаден; предпочла бы человекульва, ибо лев менее жесток; предпочла бы гиену,ибо она менее отвратительна, чем человек;предпочла бы рысь, ибо она менее гневлива, чемчеловек; предпочла бы змею, ибо она менее лукава,чем человек; предпочла бы любое чудище человеку,ибо и самое страшное чудовище менее страшно, чемчеловек… О, правду говорю, от всего сердца говорюэто, ибо человек выдумал и сотворил грех, смерть иад. А это хуже самого горького, чудовищнее самогочудовищного, страшнее самого страшного во всехмоих мирах.

***

Я прислушалась: журчитручей из слез, люди хвалятся какой-торазумностью. А я сужу о них по их основным делам:греху, злу и смерти. И прихожу к заключению, что,если их разум состоит в том, чтобы придумывать исозидать грех, зло и смерть, тогда это не дар, нопроклятие. Разумность, которая живет и выражаетсебя грехом, злом и смертью, - это наказание Божие.Великий разум – великая кара. Я бы обиделась,если бы мне сказали, что я разумна, по-человеческиразумна. Если такой разум – единственное отличиелюдей, тогда я не только отрекаюсь от него, но ипроклинаю. Если бы даже от него зависели мой рай имое бессмертие, я бы навек отреклась и от такогорая, и от такого бессмертия. Разум без доброты –это кара Божия. А великий разум без великойдоброты – это невыносимое проклятие.

С разумом без доброты инежности человек – это законченный диавол. Яслышала от небесных ангелов, когда их крыльяомывались в моих слезах, что диавол – это большаяинтеллектуальная способность без малейшейдоброты и любви. Ведь человек – то же самое, еслине имеет доброты и любви. Человек интеллектуален,но без доброты и милости – это ад для моей нежнойдуши, ад для моего печального сердца, ад для моихбеззлобных очей, ад для моего кроткого существа.Единственным желанием души становится желаниене жить ни в этом, ни в ином мире рядом счеловеком, который интеллектуален, но не имеет нидоброты, ни милостивой нежности. Только тогда ясоглашусь на бессмертие и вечность. Если же нет,уничтожь меня, Боже, и претвори в небытие!

***

В давние времена –рассказывали мне белые серны – по земле прошелОн, Всеблагий и Всемилостивый, и претворил землюв рай. Там, где Он стоял, там и начинался рай. Навсе существа и на всю тварь из Него истекалабесконечная доброта и любовь, нежность и милость,благость и мудрость. Он ходи по земле и сводилнебо на землю. Звали же Его Иисус. О, в Нем мыувидели, что человек может быть дивным ипрекрасным, только если безгрешен. Он грустилнашей грустью и с нами плакал из-за зла, что нампричиняют люди. Он был с нами, противостоячеловеческому созиданию греха, зла и смерти.Нежно и милостиво любя все создания, Он ласкал ихкакой-то божественной печалью и защищал отгрехов человеческий, от человеческого зла ичеловеческой смерти. Он был и навсегда осталсяБогом нашим, Богом грустных и тоскующих созданий,от самых малых до самых больших.

Только похожие на Неголюди милы нам. Они нашего рода. Они нашебессмертие и наша любовь. Душа этих людей сотканаиз Его доброты и милости, любви и нежности,благости, праведности и мудрость. Их разумбожественно мудр, божественно добр, божественнокроток, божественно милостив. И она похожи насветлых и святых ангелов. Ибо великий разум ивеликая любовь, спаянные воедино, - это и естьангельское существо.

Поэтому наша любовьвся спешит к Иисусу всеблагому, вседоброму,всемилостивому, всенежному. Он – Бог наш, иБессмертие наше, и наша Вечность. Его Евангелиеболее наше, чем человеческое, ибо в нас больше Егодоброты, Его любви, Его нежности… О, БлагословенОн во всех сердцах и во всех наших мирах! Он –Господь и Бог наш! Он – наше сладкое утешение вэтом горьком преходящем мире и наша вечнаярадость и том бессмертном мире, что настает…

************************************************************************************************

·         На другой день, который следует запятницею, собрались первосвященники и фарисеи кПилату  и говорили:господин! Мы вспомнили, что обманщик тот, ещебудучи в живых, сказал: после трех дней воскресну;(От Матфея 27:62,63)

·         Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает воМне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо безМеня не можете делать ничего. (ОтИоанна 15:5)

·         И дар не как суд за одного согрешившего;ибо суд за одно преступление — к осуждению; а дарблагодати — к оправданию от многих преступлений. (К Римлянам 5:16)

·          дабы, как грехцарствовал к смерти, так и благодать воцариласьчерез праведность к жизни вечной ИисусомХристом, Господом нашим. (КРимлянам 5:21)

·         Ибо, когда мы жили по плоти, тогдастрасти греховные, обнаруживаемые законом,действовали в членах наших, чтобы приносить плодсмерти; (К Римлянам 7:5)

·         потому что закон духа жизни во ХристеИисусе освободил меня от закона греха и смерти. (К Римлянам 8:2)

·         Когда же тленное сие облечется внетление и смертное сие облечется в бессмертие,тогда сбудется слово написанное: поглощенасмерть победою. (1-еКоринфянам 15:54)

·         А тем, которые приняли Его, верующим воимя Его, дал власть быть чадами Божиими, (От Иоанна 1:12)

·         Иисус сказал ему в ответ: истинно,истинно говорю тебе, если кто не родится свыше, неможет увидеть Царствия Божия. (ОтИоанна 3:3)

·         Ибо если мы соединены с Ним подобиемсмерти Его, то должны быть соединены и подобиемвоскресения, (К Римлянам 6:5)

·         Итак, если вы воскресли со Христом, тоищите горнего, где Христос сидит одесную Бога; (К Колоссянам 3:1)

·         Да и все почитаю тщетою радипревосходства познания Христа Иисуса, Господамоего: для Него я от всего отказался, и всепочитаю за сор, чтобы приобрести Христа  и найтись в Нем не со своеюправедностью, которая от закона, но с тою, котораячерез веру во Христа, с праведностью от Бога повере;  чтобы познать Его, исилу воскресения Его, и участие в страданиях Его,сообразуясь смерти Его,  чтобыдостигнуть воскресения мертвых.(К Филиппийцам 3:8-11)

·         Истинно, истинно говорю вам: слушающийслово Мое и верующий в Пославшего Меня имеетжизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел отсмерти в жизнь. (От Иоанна 5:24)

·          Истинно, истинноговорю вам: кто соблюдет слово Мое, тот не увидитсмерти вовек. (От Иоанна 8:51)

·          Как отБожественной силы Его даровано нам все потребноедля жизни и благочестия, через познаниеПризвавшего нас славою и благостию,  которыми дарованы намвеликие и драгоценные обетования, дабы вы черезних соделались причастниками Божескогоестества, удалившись от господствующего в мирерастления похотью:  то вы,прилагая к сему все старание, покажите в веревашей добродетель, в добродетелирассудительность,  врассудительности воздержание, в воздержаниитерпение, в терпении благочестие,  в благочестии братолюбие, вбратолюбии любовь.  Еслиэто в вас есть и умножается, то вы не останетесьбез успеха и плода в познании Господа нашегоИисуса Христа.  А в ком нетсего, тот слеп, закрыл глаза, забыл об очищениипрежних грехов своих. (2-еПетра 1:3-9)

·          Впрочем,братия, радуйтесь, усовершайтесь, утешайтесь,будьте единомысленны, мирны, — и Бог любви и мирабудет с вами. (2-е Коринфянам13:11)

·          Ибо ЦарствиеБожие не пища и питие, но праведность и мир ирадость во Святом Духе. (КРимлянам 14:17)

·          какая пользачеловеку, если он приобретет весь мир, а душесвоей повредит? или какой выкуп даст человек задушу свою? (От Матфея 16:26)

·          Ибо какаяпольза человеку, если он приобретет весь мир, адуше своей повредит?  Иликакой выкуп даст человек за душу свою? (От Марка 8:36,37)

·          Ибо что пользычеловеку приобрести весь мир, а себя самогопогубить или повредить себе? (ОтЛуки 9:25)

·          Иисус же сказалей в ответ: Марфа! Марфа! ты заботишься исуетишься о многом,  аодно только нужно; Мария же избрала благую часть,которая не отнимется у неё. (ОтЛуки 10:41,42)

·         Кто из вас обличит Меня в неправде? Еслиже Я говорю истину, почему вы не верите Мне? (От Иоанна 8:46)

·         Иисус сказал ей: Я есмь воскресение ижизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет. (От Иоанна 11:25)

·         Опять говорил Иисус к народу и сказал им:Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будетходить во тьме, но будет иметь свет жизни. (От Иоанна 8:12)

·         Доколе Я в мире, Я свет миру.(От Иоанна 9:5)

·         ибо Им создано всё, что на небесах и чтона земле, видимое и невидимое: престолы ли,господства ли, начальства ли, власти ли, — все Ими для Него создано; (К Колоссянам1:16)

·          Ибо истинноговорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ниодна иота или ни одна черта не прейдет из закона,пока не исполнится все. (От Матфея5:18)

·          Ибо тварь снадеждою ожидает откровения сынов Божиих,  потому что тварь покориласьсуете не добровольно, но по воле покорившего ее, внадежде,  что и сама тварьосвобождена будет от рабства тлению в свободуславы детей Божиих.  Ибознаем, что вся тварь совокупно стенает и мучитсядоныне;  и не только она,но и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себестенаем, ожидая усыновления, искупления теланашего. (К Римлянам 8:19-23)

·         Я с вами во все дни до скончания века.  (От Матфея28:20)

·         …превыше всякого Начальства, и Власти,и Силы, и Господства, и всякого имени, именуемогоне только в сем веке, но и в будущем,  и все покорил под ноги Его, ипоставил Его выше всего, главою Церкви, котораяесть Тело Его, полнота Наполняющего все во всем. (К Ефесянам 1:21-23)

·          И Он есть главатела Церкви, (К Колоссянам 1:18)

·          потому что мужесть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Онже Спаситель тела. (К Ефесянам 5:23)

·          доколе все придемв единство веры и познания Сына Божия, в мужасовершенного, в меру полного возраста Христова; (К Ефесянам 4:13)

·         ибо Им создано всё, что на небесахи что на земле, видимое и невидимое: престолы ли,господства ли, начальства ли, власти ли, — все Ими для Него создано; (ККолоссянам 1:16)

·          

·          но истинноюлюбовью все возращали в Того, Который есть главаХристос,  из Которого всетело, составляемое и совокупляемое посредствомвсяких взаимно скрепляющих связей, при действиив свою меру каждого члена, получает приращениедля созидания самого себя в любви. (КЕфесянам 4:15,16)

·          чтобы поступалидостойно Бога, во всем угождая Ему, принося плодво всяком деле благом и возрастая в познании Бога, (К Колоссянам 1:10)

·         Но Сам Иисус не вверял Себя им, потомучто знал всех и не имел нужды, чтобы ктозасвидетельствовал о человеке, ибо Сам знал, чтов человеке. (От Иоанна 2:24,25)

·         чтобы и язычникам быть сонаследниками,составляющими одно тело, и сопричастникамиобетования Его во Христе Иисусе посредствомблаговествования, (К Ефесянам 3:6)

·          Ибо, кактело одно, но имеет многие члены, и все членыодного тела, хотя их и много, составляют однотело, — так и Христос.  Ибовсе мы одним Духом крестились в одно тело, Иудеиили Еллины, рабы или свободные, и все напоеныодним Духом. (1-е Коринфянам12:12,13)

·          потому что мы члены тела Его, отплоти Его и от костей Его. (КЕфесянам 5:30)

·          Верующий в Сынаимеет жизнь вечную, а не верующий в Сына не увидитжизни, но гнев Божий пребывает на нем. (От Иоанна 3:36)

·          Истинно,истинно говорю вам: слушающий слово Мое иверующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, ина суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь. (От Иоанна 5:24)

·          Иисус сказалей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня,если и умрет, оживет.  Ивсякий, живущий и верующий в Меня, не умрет вовек.Веришь ли сему? (От Иоанна 11:25,26)

·          и все покорилпод ноги Его, и поставил Его выше всего, главоюЦеркви,  которая есть ТелоЕго, полнота Наполняющего все во всем. (К Ефесянам 1:22,23)

·          Ныне радуюсь встраданиях моих за вас и восполняю недостаток вплоти моей скорбей Христовых за Тело Его, котороеесть Церковь, (К Колоссянам 1:24)

·          ибо в Немобитает вся полнота Божества телесно, (К Колоссянам 2:9)

·         Для сего преклоняю колени мои предОтцем Господа нашего Иисуса Христа,  от Которого именуетсявсякое отечество на небесах и на земле,  да даст вам, по богатствуславы Своей, крепко утвердиться Духом Его вовнутреннем человеке,  вероювселиться Христу в сердца ваши, чтобы вы, укорененные и утвержденные в любви,могли постигнуть со всеми святыми,что широта и долгота, и глубина и высота,  и уразуметь превосходящуюразумение любовь Христову, дабы вам исполнитьсявсею полнотою Божиею. (К Ефесянам3:14-19)

·          Ибо угодноСвятому Духу и нам не возлагатьна вас никакого бремени более, кроме сегонеобходимого:  воздерживатьсяот идоложертвенного и крови, и удавленины, иблуда, и не делать другим того, чего себе нехотите. Соблюдая сие, хорошо сделаете. Будьтездравы". (Деяния 15:28,29)

·         Так говорит Господь: проклятчеловек, который надеется на человека и плотьделает своею опорою, и которого сердце удаляетсяот Господа. (Иеремия 17:5)

·         Вы — соль земли. Если же соль потеряетсилу, то чем сделаешь ее соленою? Она уже ни к чемунегодна, как разве выбросить ее вон на попраниелюдям. (От Матфея 5:13)

·         Все чрез Него начало быть, и без Негоничто не начало быть, что начало быть.(От Иоанна 1:3)

·         слушающий слово Мое и верующий вПославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд неприходит, но перешел от смерти в жизнь. (От Иоанна 5:24)

·          Благословен Боги Отец Господа нашего Иисуса Христа,благословивший нас во Христе всяким духовнымблагословением в небесах, (КЕфесянам 1:3)

·         Господин его сказал ему: хорошо, добрый иверный раб! в малом ты был верен, надмногим тебя поставлю; войди в радость господинатвоего. (От Матфея 25:21)

·          твердая же пищасвойственна совершенным, у которых чувстванавыком приучены к различению добра и зла. (К Евреям 5:14)

·          чтобы несделал нам ущерба сатана, ибо намне безызвестны его умыслы. (2-е Коринфянам 2:11)

·          Иботварь с надеждою ожидает откровения сыновБожиих,  потому что тварьпокорилась суете не добровольно, но по волепокорившего ее, в надежде,  чтои сама тварь освобождена будет от рабства тлениюв свободу славы детей Божиих. Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает имучится доныне;  и нетолько она, но и мы сами, имея начаток Духа, и мы всебе стенаем, ожидая усыновления, искуплениятела нашего. (К Римлянам8:19-23)

·         чтобы и язычникам бытьсонаследниками, составляющимиодно тело, и сопричастниками обетования Его воХристе Иисусе посредством благовествования, (КЕфесянам 3:6)

·          Я есмьистинная виноградная лоза, а Отец Мой —виноградарь.  Всякую уМеня ветвь, не приносящую плода, Он отсекает; ивсякую, приносящую плод, очищает, чтобы болеепринесла плода.  Вы ужеочищены через слово, которое Я проповедал вам.  Пребудьте во Мне, и Я в вас. Как ветвь не может приносить плода самасобою, если не будет на лозе: так и вы, если небудете во Мне.  Я есмьлоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем,тот приносит много плода; ибо без Меня не можетеделать ничего.  Кто непребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь, изасохнет; а такие ветви собирают и бросают вогонь, и они сгорают.  Еслипребудете во Мне и слова Мои в вас пребудут, то,чего ни пожелаете, просите, и будет вам. (От Иоанна15:1-7)

·         ибо Им создано всё, что нанебесах и что на земле, видимое и невидимое:престолы ли, господства ли, начальства ли, властили, — все Им и для Него создано; и Он есть прежде всего, и все Им стоит.  И Он есть глава тела Церкви;Он — начаток, первенец из мертвых, дабы иметь Емуво всем первенство, (К Колоссянам 1:16-18)

·         доколе все придем в единство веры ипознания Сына Божия, в мужа совершенного, в меруполного возраста Христова;(К Ефесянам 4:13)

·          для чего я итружусь и подвизаюсь силою Его, действующею вомне могущественно. (К Колоссянам1:29)

·          и не держасьглавы, от которой все тело, составами и связямибудучи соединяемо и скрепляемо, растет возрастомБожиим. (К Колоссянам 2:19)

·          И вас, бывшихнекогда отчужденными и врагами, по расположениюк злым делам,  нынепримирил в теле Плоти Его, смертью Его, чтобыпредставить вас святыми и непорочными инеповинными пред Собою, (ККолоссянам 1:21,22)

·         И сказал Бог: да произрастит землязелень, траву, сеющую семя [по роду и по подобиюее, и] дерево плодовитое, приносящее по родусвоему плод, в котором семя его на земле…И сказалБог: да произведет земля душу живую по роду ее,скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. Истало так. (Бытие 1:11,24)

·          ибо мы Имживем и движемся и существуем, как и некоторые изваших стихотворцев говорили: "мы Его и род". (Деяния 17:28)

·          Который естьобраз Бога невидимого, рожденныйпрежде всякой твари; (К Колоссянам 1:15)

·         ибо в Нем обитает вся полнотаБожества телесно, (ККолоссянам 2:9)

·         Как от Божественной силы Егодаровано нам все потребное для жизни иблагочестия, через познание Призвавшего насславою и благостию, которыми дарованы намвеликие и драгоценные обетования, дабы вы черезних соделались причастниками Божескогоестества, удалившись от господствующего в мирерастления похотью:  то вы,прилагая к сему все старание, покажите в веревашей добродетель, в добродетелирассудительность, в рассудительностивоздержание, в воздержании терпение, в терпенииблагочестие,  вблагочестии братолюбие, в братолюбии любовь.  Если это в вас есть иумножается, то вы не останетесь без успеха иплода в познании Господа нашего Иисуса Христа.  А в ком нетсего, тот слеп, закрыл глаза, забыл об очищениипрежних грехов своих. (2-е Петра 1:3-9)

·         Вы же выслушайте значение притчи осеятеле:  ковсякому, слушающему слово о Царствии и неразумеющему, приходит лукавый и похищаетпосеянное в сердце его — вот кого означаетпосеянное при дороге.  Апосеянное на каменистых местах означает того,кто слышит слово и тотчас с радостью принимаетего;  но не имеет в себекорня и непостоянен: когда настанет скорбь илигонение за слово, тотчас соблазняется.  А посеянное в тернииозначает того, кто слышит слово, но забота векасего и обольщение богатства заглушает слово, ионо бывает бесплодно.  Посеянноеже на доброй земле означает слышащего слово иразумеющего, который и бывает плодоносен, так чтоиной приносит плод во сто крат, иной в шестьдесят,а иной в тридцать. (От Матфея 13:18-23)

·          Истинно,истинно говорю вам: слушающий словоМое и верующий в Пославшего Меня имеет жизньвечную, и на суд не приходит, но перешел от смертив жизнь.  Истинно,истинно говорю вам: наступает время, и насталоуже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и,услышав, оживут.  Ибо, какОтец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну далиметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему властьпроизводить и суд, потому что Он есть СынЧеловеческий.  Недивитесь сему; ибо наступает время, в которое все,находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия;  и изыдут творившие добро ввоскресение жизни, а делавшие зло — ввоскресение осуждения. (От Иоанна 5:24-29)

·          Истинно,истинно говорю вам: верующий в Меняимеет жизнь вечную. (От Иоанна 6:47)

·         Подвизайся добрым подвигом веры,держись вечной жизни, к которой ты и призван, иисповедал доброе исповедание перед многимисвидетелями. (1-е Тимофею 6:12)

·         потому что наша брань не противкрови и плоти, но против начальств, противвластей, против мироправителей тьмы века сего,против духов злобы поднебесной. (К Ефесянам 6:12)

·          потому что плотские помышления суть вражда противБога; ибо закону Божию не покоряются, да и немогут. (К Римлянам 8:7)

·         Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога?Итак, кто хочет быть другом миру, тот становитсяврагом Богу. (Иакова 4:4)

·          И исполнилосьслово Писания: "веровал АвраамБогу, и это вменилось ему в праведность, и оннаречен другом Божиим". (Иакова 2:23)

·          Вы друзья Мои,если исполняете то, что Я заповедую вам. (От Иоанна 15:14)

·         Итак покоритесь Богу; противостаньтедиаволу, и убежит от вас.  Приблизьтеськ Богу, и приблизится к вам; очиститеруки, грешники, исправьте сердца, двоедушные.(Иакова 4:7,8)

·          Вы еще не докрови сражались, подвизаясь против греха, (К Евреям 12:4)

·         твердая же пища свойственнасовершенным, у которых чувстванавыком приучены к различению добра и зла. (КЕвреям 5:14)

·          Духа Божия(и духа заблуждения) узнавайте так: всякийдух, который исповедует Иисуса Христа,пришедшего во плоти, есть от Бога;  а всякий дух, который неисповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, неесть от Бога, но это дух антихриста, о которомвы слышали, что он придет и теперь есть уже в мире.(1-е Иоанна 4:2,3)

·          Но кто вникнет взакон совершенный, закон свободы, и пребудет внем, тот, будучи не слушателем забывчивым, ноисполнителем дела, блажен будет в своем действии. (Иакова 1:25)

·          А тем, которыеприняли Его, верующим во имя Его, дал власть бытьчадами Божиими,  которыени от крови, ни от хотения плоти, ни от хотениямужа, но от Бога родились. (От Иоанна 1:12,13)

·         Ваш отец диавол; и вы хотите исполнятьпохоти отца вашего. Он былчеловекоубийца от начала и не устоял в истине,ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь,говорит свое, ибо он лжец и отец лжи. (От Иоанна 8:44)

·          Всякий,пребывающий в Нем, не согрешает; всякийсогрешающий не видел Его и не познал Его. (1-е Иоанна 3:6)

·          Кто делаетгрех, тот от диавола, потому что сначала диаволсогрешил. Для сего-то иявился Сын Божий, чтобы разрушить дела диавола.Всякий, рожденный от Бога, не делает греха, потомучто семя Его пребывает в нем; и он не можетгрешить, потому что рожден от Бога.  Дети Божии и дети диаволаузнаются так: всякий, не делающий правды, не естьот Бога, равно и не любящий брата своего. (1-еИоанна 3:8-10)

·          Возлюбленный! неподражай злу, но добру. Кто делаетдобро, тот от Бога; а делающий зло не видел Бога.(3-е Иоанна 1:11)

·         Иисус отвечал им: истинно, истинно говорювам: всякий, делающий грех, есть рабгреха.  Но раб непребывает в доме вечно; сын пребывает вечно.  Итак, если Сын освободитвас, то истинно свободны будете. (От Иоанна 8:34-36)

·          и уже не я живу,но живет во мне Христос. А чтоныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия,возлюбившего меня и предавшего Себя за меня. (КГалатам 2:20)

·          все вы, во Христакрестившиеся, во Христа облеклись.(К Галатам 3:27)

·          Течет ли изодного отверстия источника сладкая и горькаявода? (Иакова 3:11)

·          познаете истину,и истина сделает вас свободными.(От Иоанна 8:32)

·          Мы умерли длягреха: как же нам жить в нем? …Итакмы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, какХристос воскрес из мертвых славою Отца, так и намходить в обновленной жизни. …Так и вы почитайтесебя мертвыми для греха, живыми же для Бога воХристе Иисусе, Господе нашем. Итак да нецарствует грех в смертном вашем теле, чтобы вамповиноваться ему в похотях его; …Грех не долженнад вами господствовать, ибо вы не под законом, нопод благодатью…. Благодарение Богу, что вы, бывпрежде рабами греха, от сердца стали послушнытому образу учения, которому предали себя.Освободившись же от греха, вы стали рабамиправедности. Говорю по рассуждениючеловеческому, ради немощи плоти вашей. Какпредавали вы члены ваши в рабы нечистоте ибеззаконию на дела беззаконные, так нынепредставьте члены ваши в рабы праведности надела святые.Ибо, когда вы были рабами греха, тогдабыли свободны от праведности…. Но ныне, когда выосвободились от греха и стали рабами Богу, плодваш есть святость, а конец — жизнь вечная. Ибовозмездие за грех — смерть, а дар Божий — жизньвечная во Христе Иисусе, Господе нашем. (КРимлянам 6:2,4,11,12,14,17-20,22,23)

·         потому что закон духа жизни во ХристеИисусе освободил меня от закона греха и смерти. …Ибо живущие по плоти о плотскомпомышляют, а живущие по духу — о духовном.  Помышления плотские сутьсмерть, а помышления духовные — жизнь и мир, …Новы не по плоти живете, а по духу, если только ДухБожий живет в вас. Если же кто Духа Христова неимеет, тот и не Его. (К Римлянам 8:2,5,6,9)

·          и несообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесьобновлением ума вашего, чтобы вам познавать, чтоесть воля Божия, благая, угодная и совершенная.(К Римлянам 12:2)

·          И потому ябегу не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобытолько бить воздух;  ноусмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуядругим, самому не остаться недостойным. (1-е Коринфянам 9:26,27)

·          Итак, умертвитеземные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злуюпохоть и любостяжание, которое естьидолослужение, …А теперь вы отложите все: гнев,ярость, злобу, злоречие, сквернословие уст ваших; (К Колоссянам 3:5,8)

·          Ибо тайна беззакония уже в действии,только не совершится до тех пор, пока не будетвзят от среды удерживающий теперь. (2-еФессалоникийцам 2:7)

·          Итак, небудем спать, как и прочие, но будем бодрствовать итрезвиться.  Ибо спящиеспят ночью, и упивающиеся упиваются ночью. (1-е Фессалоникийцам 5:6,7)

·          Пророчестване уничижайте. Все испытывайте, хорошегодержитесь.  Удерживайтесь от всякого рода зла.(1-е Фессалоникийцам 5:20-22)

·         Юношеских похотей убегай, а держисьправды, веры, любви, мира со всеми призывающимиГоспода от чистого сердца. (2-еТимофею 2:22)

·          Пишу вам,отцы, потому что вы познали Сущего от начала. Пишувам, юноши, потому что вы победилилукавого. Пишу вам, отроки, потому что вы позналиОтца.  Я написал вам, отцы,потому что вы познали Безначального. Я написалвам, юноши, потому что вы сильны, и слово Божиепребывает в вас, и вы победили лукавого. (1-еИоанна 2:13,14)

·         Кто побеждает мир, как не тот, ктоверует, что Иисус есть Сын Божий?... Знаем также,что Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, дапознаем Бога истинного и да будем в истинном СынеЕго Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и жизньвечная. (1-е Иоанна 5:5,20)

·         После сего Иисус пошел в город,называемый Наин; и с Ним шли многие из учениковЕго и множество народа.  Когдаже Он приблизился к городским воротам, тутвыносили умершего, единственного сына у матери, аона была вдова; и много народа шло с нею из города.  Увидев ее, Господь сжалилсянад нею и сказал ей: не плачь.  И,подойдя, прикоснулся к одру; несшие остановились,и Он сказал: юноша! тебе говорю, встань!  Мертвый,поднявшись, сел и стал говорить; и отдал его Иисусматери его. (От Луки 7:11-15)

·         От шестого же часа тьма была по всейземле до часа девятого; (От Матфея27:45)

·          и померклосолнце, и завеса в храме раздралась по средине.  Иисус, возгласив громкимголосом, сказал: Отче! в руки Твои предаю дух Мой.И, сие сказав, испустил дух. (ОтЛуки 23:45,46)

·          И вот, завеса вхраме раздралась надвое, сверху донизу; и земляпотряслась; и камни расселись; и гробы отверзлись; и многие тела усопшихсвятых воскресли (От Матфея27:51,52)

·         …истинно говорю вам: так как вы сделалиэто одному из сих братьев Моих меньших, тосделали Мне. (От Матфея 25:40)

·         Тогда скажет им в ответ: истинно говорювам: так как вы не сделали этого одному из сихменьших, то не сделали Мне. (ОтМатфея 25:45)

·          А согрешаятаким образом против братьев и уязвляя немощнуюсовесть их, вы согрешаете против Христа. (1-е Коринфянам 8:12)

·          И сотворил Богчеловека по образу Своему, по образу Божиюсотворил его; мужчину и женщинусотворил их. (Бытие 1:27)

·          Был Светистинный, Который просвещает всякого человека,приходящего в мир. (От Иоанна 1:9)

·          Ибо никто неможет положить другого основания, кромеположенного, которое есть Иисус Христос. (1-е Коринфянам 3:11)

·          Итак всякого, ктослушает слова Мои сии и исполняет их, уподоблюмужу благоразумному, который построил дом свойна камне;  и пошел дождь, иразлились реки, и подули ветры, и устремились надом тот, и он не упал, потому что основан был накамне. (От Матфея 7:24,25)

·          Кто отлучитнас от любви Божией: скорбь, или теснота, илигонение, или голод, или нагота, или опасность, илимеч? как написано:  за Тебяумерщвляют нас всякий день, считают нас за овец,обреченных на заклание.  Новсе сие преодолеваем силою Возлюбившего нас.  Ибо я уверен, что ни смерть,ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, нинастоящее, ни будущее,  нивысота, ни глубина, ни другая какая тварь не можетотлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе,Господе нашем. (К Римлянам 8:35-39)

·          Итак, если вывоскресли со Христом, то ищите горнего, гдеХристос сидит одесную Бога;  огорнем помышляйте, а не о земном. Ибо вы умерли, и жизнь ваша сокрыта со Христомв Боге.  Когда же явитсяХристос, жизнь ваша, тогда и вы явитесь с Ним вославе. (К Колоссянам 3:1-4)

·          ибо мыИм живем и движемся и существуем, как и некоторыеиз ваших стихотворцев говорили: "мы Его и род". (Деяния 17:28)

·          ибо Имсоздано всё, что на небесах и что на земле,видимое и невидимое: престолы ли, господства ли,начальства ли, власти ли, — все Им идля Него создано;  и Онесть прежде всего, и все Им стоит. (К Колоссянам1:16,17)

·          где червь их неумирает и огонь не угасает. (ОтМарка 9:44)

·          Иначе,что делают крестящиеся для мертвых? Если мертвые совсем не воскресают,то для чего и крестятся для мертвых?  Для чего и мы ежечасноподвергаемся бедствиям?  Якаждый день умираю: свидетельствуюсь в томпохвалою вашею, братия, которую я имею во ХристеИисусе, Господе нашем.  Порассуждению человеческому, когда я боролся созверями в Ефесе, какая мне польза, если мертвые невоскресают? Станем есть и пить, ибо завтра умрем!  Не обманывайтесь: худыесообщества развращают добрые нравы.  Отрезвитесь, как должно, ине грешите; ибо, к стыду вашему скажу, некоторыеиз вас не знают Бога. (1-е Коринфянам 15:29-34)

·          Итак,если вы воскресли со Христом, то ищитегорнего, где Христос сидит одесную Бога; (ККолоссянам 3:1)

·          Ибо в вас должныбыть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе: (К Филиппийцам 2:5)

·          о горнемпомышляйте, а не о земном. (ККолоссянам 3:2)

·          Итак, если вы со Христом умерли для стихиймира, то для чего вы, как живущие в мире,держитесь постановлений:  "неприкасайся", "не вкушай", "недотрагивайся"  [что всеистлевает от употребления], по заповедям и учениючеловеческому?  Это имееттолько вид мудрости в самовольном служении,смиренномудрии и изнурении тела, в некоторомнебрежении о насыщении плоти. (К Колоссянам 2:20-23)

·         Ибо вы умерли, и жизнь ваша сокрыта соХристом в Боге. (К Колоссянам 3:3)

·          Итак, умертвите земные члены ваши: блуд,нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание,которое есть идолослужение, (К Колоссянам 3:5)

·          А теперь выотложите все: гнев, ярость, злобу,злоречие, сквернословие уст ваших;  не говорите лжи друг другу,совлекшись ветхого человека с делами его (ККолоссянам 3:8,9)

·         отложить прежний образ жизни ветхогочеловека, истлевающего вобольстительных похотях, (К Ефесянам 4:22)

·          и облекшись внового, который обновляется в познании по образуСоздавшего его,  где нетни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания,варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всемХристос.  Итакоблекитесь, как избранные Божии, святые ивозлюбленные, в милосердие, благость,смиренномудрие, кротость, долготерпение,  снисходя друг другу и прощаявзаимно, если кто на кого имеет жалобу: какХристос простил вас, так и вы.  Болееже всего облекитесь в любовь, которая естьсовокупность совершенства. (К Колоссянам 3:10-14)

·          Смерть! гдетвое жало? ад! где твоя победа? (1-еКоринфянам 15:55)

·          и гробыотверзлись; и многие тела усопших святыхвоскресли  и, выйдя изгробов по воскресении Его, вошли во святый град иявились многим. (От Матфея 27:52,53)

·          сеетсятело душевное, восстает тело духовное. Есть тело душевное, есть тело идуховное. (1-е Коринфянам 15:44)

·          впрочем СынЧеловеческий идет, как писано о Нем, но горе томучеловеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы этому человеку неродиться. (От Матфея 26:24)

·          Опятьговорил Иисус к народу и сказал им: Я свет миру; кто последует заМною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметьсвет жизни. (От Иоанна 8:12)

·          От Него ивы во Христе Иисусе, Которыйсделался для нас премудростью от Бога,праведностью и освящением и искуплением, (1-еКоринфянам 1:30)

·          Говорю порассуждению человеческому, ради немощи плотивашей. Как предавали вы члены ваши врабы нечистоте и беззаконию на дела беззаконные,так ныне представьте члены ваши в рабыправедности на дела святые. (К Римлянам 6:19)

·         зная, что Христос, воскреснув из мертвых,уже не умирает: смерть уже не имеет над Нимвласти. … Какой же плод вы имели тогда? Такие дела, каких ныне сами стыдитесь,потому что конец их — смерть. Но ныне, когда выосвободились от греха и стали рабами Богу, плодваш есть святость, а конец — жизнь вечная. (КРимлянам 6:9,21,22)

·         Ибо воля Божия есть освящение ваше, чтобы вы воздерживались отблуда; чтобы каждый из вас умел соблюдать свойсосуд в святости и чести,  ане в страсти похотения, как и язычники, не знающиеБога; (1-е Фессалоникийцам 4:3-5)

·          мы просили иубеждали и умоляли поступать достойно Бога,призвавшего вас в Свое Царство и славу. (1-е Фессалоникийцам 2:12)

·         но, по примеру призвавшего васСвятаго, и сами будьте святы во всех поступках. (1-е Петра 1:15)

·         Только живите достойноблаговествования Христова,чтобы мне, приду ли я и увижу вас, или не приду,слышать о вас, что вы стоите в одном духе,подвизаясь единодушно за веру Евангельскую, (КФилиппийцам 1:27)

·          чтобы поступалидостойно Бога, во всем угождаяЕму, принося плод во всяком деле благом ивозрастая в познании Бога, (К Колоссянам 1:10)

·          Старайтесьиметь мир со всеми и святость,без которой никто не увидит Господа. (К Евреям 12:14)

·          Освяти ихистиною Твоею; слово Твое есть истина.(От Иоанна 17:17)

·          ибо закон данчрез Моисея; благодать же и истинапроизошли чрез Иисуса Христа. (От Иоанна 1:17)

·         церкви Божией, находящейся в Коринфе, освященным во Христе Иисусе,призванным святым, со всеми призывающими имяГоспода нашего Иисуса Христа, во всяком месте, уних и у нас: (1-е Коринфянам 1:2)

·          Мы жевсегда должны благодарить Бога за вас,возлюбленные Господом братия, чтоБог от начала, через освящение Духа и веру истине,избрал вас ко спасению, (2-е Фессалоникийцам 2:13)

·          и открылсяСыном Божиим в силе, по духу святыни,через воскресение из мертвых, о Иисусе ХристеГосподе нашем, (К Римлянам 1:4)

·          благодаря Бога иОтца, призвавшего нас к участию в наследии святыхво свете, (К Колоссянам 1:12)

·          Это я и делалв Иерусалиме: получив власть отпервосвященников, я многих святыхзаключал в темницы, и, когда убивали их, яподавал на то голос; (Деяния 26:10)

·          По сей-то волеосвящены мы единократным принесением телаИисуса Христа. …Ибо Он одним приношениемнавсегда сделал совершенными освящаемых. (К Евреям 10:10,14)

·          и преобразилсяпред ними: и просияло лице Его, как солнце, одеждыже Его сделались белыми, как свет.(От Матфея 17:2)

·          Когда сходилМоисей с горы Синая, и две скрижали откровениябыли в руке у Моисея при сошествии его с горы, тоМоисей не знал, что лице его стало сиять лучамиоттого, что Бог говорил с ним. (Исход34:29)

·          В Нем была жизнь,и жизнь была свет человеков. (ОтИоанна 1:4)

·          ибо всякий,делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету,чтобы не обличились дела его, потому что они злы, (От Иоанна 3:20)

·          а поступающий поправде идет к свету, дабы явны были дела его,потому что они в Боге соделаны. (ОтИоанна 3:21)

·          Опять говорилИисус к народу и сказал им: Я светмиру; кто последует за Мною, тот не будет ходитьво тьме, но будет иметь свет жизни. (От Иоанна8:12)

·          Тогда Иисуссказал им: еще на малое время свет есть с вами; ходите, пока есть свет, чтобы не объялавас тьма: а ходящий во тьме не знает, куда идет.(От Иоанна 12:35)

·         Доколе свет с вами, веруйте в свет, дабудете сынами света. Сказав это,Иисус отошел и скрылся от них. (От Иоанна 12:36)

·          Я свет пришел вмир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался вотьме. (От Иоанна 12:46)

·         Вы были некогда тьма, а теперь — свет вГосподе: поступайте, как чада света,(К Ефесянам 5:8)

·          Всякое даяниедоброе и всякий дар совершенный нисходит свыше,от Отца светов, у Которого нетизменения и ни тени перемены. (Иакова 1:17)

·          Вы — свет мира. Не может укрыться город, стоящий наверху горы. (От Матфея 5:14)

·          чтобы вам бытьнеукоризненными и чистыми, чадами Божииминепорочными среди строптивого и развращенногорода, в котором вы сияете, как светилав мире, (К Филиппийцам 2:15)

·          чтобы БогГоспода нашего Иисуса Христа, Отец славы, дал вамДуха премудрости и откровения к познанию Его,  и просветил очи сердцавашего, дабы вы познали, в чем состоит надеждапризвания Его, и какое богатство славногонаследия Его для святых, (КЕфесянам 1:17,18)

·          Итак, если вы,будучи злы, умеете даяния благие давать детямвашим, тем более Отец Небесный даст Духа Святагопросящим у Него. (От Луки 11:13)

·          Но как они,познав Бога, не прославили Его, как Бога, и невозблагодарили, но осуетились в умствованияхсвоих, и омрачилось несмысленное их сердце; (К Римлянам 1:21)

·          и уже не яживу, но живет во мне Христос. Ачто ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божия,возлюбившего меня и предавшего Себя за меня. (КГалатам 2:20)

·          больныхисцеляйте, прокаженных очищайте, мертвыхвоскрешайте, бесов изгоняйте; даром получили,даром давайте. (От Матфея 10:8)

·         Но Иисус, зная помышления их, сказал им: всякое царство, разделившееся само всебе, опустеет; и всякий город или дом,разделившийся сам в себе, не устоит. (От Матфея12:25)

·          ибо мы Имживем и движемся и существуем, как и некоторые изваших стихотворцев говорили: "мы Его и род". (Деяния 17:28)

·          Быв же спрошенфарисеями, когда придет Царствие Божие, отвечалим: не придет Царствие Божие приметнымобразом,  и не скажут: вот,оно здесь, или: вот, там. Ибо вот, Царствие Божиевнутрь вас есть. (От Луки 17:20,21)

·         Ибо Царствие Божие не пища и питие, ноправедность и мир и радость во Святом Духе. (К Римлянам 14:17)

·          Ищите же преждеЦарства Божия и правды Его, и это все приложитсявам. (От Матфея 6:33)

·          Посему говорювам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть ичто пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душане больше ли пищи, и тело одежды? …потому чтовсего этого ищут язычники, и потому чтоОтец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду вовсем этом. Ищите же прежде Царства Божия иправды Его, и это все приложится вам. (От Матфея6:25,32,33)

·          В продолжениепути их пришел Он в одно селение; здесь женщина,именем Марфа, приняла Его в дом свой;  у неё была сестра, именемМария, которая села у ног Иисуса и слушала словоЕго. Марфа же заботилась о большом угощении и,подойдя, сказала: Господи! или Тебе нужды нет, чтосестра моя одну меня оставила служить? скажи ей,чтобы помогла мне.  Иисусже сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! тызаботишься и суетишься о многом, а одно только нужно; Мария же избралаблагую часть, которая не отнимется у неё. (От Луки10:38-42)

·          Пребудьте воМне, и Я в вас. Как ветвь не может приносить плодасама собою, если не будет на лозе: так и вы, если небудете во Мне.  Яесмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я внем, тот приносит много плода; ибо без Меня неможете делать ничего.  Ктоне пребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь, изасохнет; а такие ветви собирают и бросают вогонь, и они сгорают. (От Иоанна 15:4-6)

·          Ибо мысоработники у Бога, а выБожия нива, Божие строение. (1-е Коринфянам 3:9)

·          какая пользачеловеку, если он приобретет весь мир, а душесвоей повредит? или какой выкуп даст человек задушу свою? (От Матфея 16:26)

·          ибо восстанетнарод на народ, и царство на царство;и будут глады, моры и землетрясения по местам; (ОтМатфея 24:7)

·          А Я говорю вам:любите врагов ваших, благословляйтепроклинающих вас, благотворите ненавидящим вас имолитесь за обижающих вас и гонящих вас, (От Матфея 5:44)

·          И сотворил Богчеловека по образу Своему, пообразу Божию сотворил его; мужчину и женщинусотворил их. (Бытие 1:27)

·          Был Светистинный, Который просвещает всякого человека,приходящего в мир. (От Иоанна 1:9)

·          Дети мои, длякоторых я снова в муках рождения,доколе не изобразится в вас Христос! (К Галатам4:19)

·          Ибо кого Онпредузнал, тем и предопределил быть подобнымиобразу Сына Своего, дабы Он был первородным междумногими братиями. (К Римлянам 8:29)

·          а Моисей взаконе заповедал нам побивать таких камнями: Тычто скажешь?  Говорили жеэто, искушая Его, чтобы найти что-нибудь кобвинению Его. Но Иисус, наклонившись низко,писал перстом на земле, не обращая на нихвнимания.  Когда жепродолжали спрашивать Его, Он, восклонившись,сказал им: кто из вас без греха, первыйбрось на нее камень.  Иопять, наклонившись низко, писал на земле. Они же,услышав то и будучи обличаемы совестью, сталиуходить один за другим, начиная от старших допоследних; и остался один Иисус и женщина,стоящая посреди.  Иисус,восклонившись и не видя никого, кроме женщины,сказал ей: женщина! где твои обвинители? никто неосудил тебя?  Онаотвечала: никто, Господи. Иисус сказал ей: и Я неосуждаю тебя; иди и впредь не греши. (От Иоанна8:5-11)

·          Я близок кпадению, и скорбь моя всегда предомною. (Псалтирь 37:18)

·          И спросил его:как тебе имя? И он сказал в ответ: легион имя мне,потому что нас много. (От Марка 5:9)

·          И Я пошлюобетование Отца Моего на вас; вы же оставайтесь вгороде Иерусалиме, доколе необлечетесь силою свыше. (От Луки 24:49)

·          чтобы вы,укорененные и утвержденные в любви, моглипостигнуть со всеми святыми, чтоширота и долгота, и глубина и высота, (К Ефесянам3:18)

·          и не держасьглавы, от которой все тело, составами и связямибудучи соединяемо и скрепляемо,растет возрастом Божиим. (К Колоссянам 2:19)

·          доколе всепридем в единство веры и познания Сына Божия, вмужа совершенного, в меру полноговозраста Христова; (К Ефесянам 4:13)